Эндрю Робертс - Смерч войны

Друг мой, это действительно самое грандиозное из всего, что мы когда-либо предпринимали.

Уинстон Черчилль — Франклину Рузвельту. 23 октября 1943 года

1

«Что для вас самое ценное?» — спросил солдата накануне дня «Д» генерал Монтгомери. «Моя винтовка, сэр!» — ответил солдат. «Нет, это не так, — сказал Монти. — Ваша жизнь, и я должен сохранить ее для вас» [1106] Alistair Home, History Today, 1/2002, p. 57. . Безусловно, крупномасштабная морская высадка на укрепленное побережье северо-запада Европы была связана с огромным риском, но союзники сделали все возможное и невозможное для того, чтобы потери свести к минимуму, подготовив сокрушительные силы вторжения. Слишком многое зависело от исхода операции. В случае поражения в Нормандии в июне 1944 года Соединенные Штаты почти наверняка отказались бы от стратегии «Германия прежде всего» и обратили бы все свое внимание на Тихоокеанский театр войны. История морских десантов украшена не розами, а шипами. Достаточно вспомнить Дакар, Дьеп, Салерно и Анцио. Успеху операции «Торч» помог прилив, и проводилась она не против немцев. Никто и, конечно же, Черчилль в первую очередь, не мог забыть Галлиполи.

Тем не менее в Нормандии все должно было получиться. Высадка, вначале ее планировали офицеры генерал-лейтенанта сэра Фредерика Моргана при КОССАК — располагавшейся в Лондоне организации начальника штаба главнокомандующего экспедиционных сил союзников, обеспечивалась полным господством в воздухе и на море. Бомбардировки и воздушные налеты должны были парализовать все попытки немцев организовать контрнаступление, и на континент высаживалась поистине огромная сила — двадцать пять дивизий к концу июня, а затем еще четырнадцать, не говоря уже о колоссальном количестве военной техники, вооружений, боеприпасов и материалов. Однако те, кто планировал операцию, надеялись и на удачу. «Да поможет нам Бог, — записал накануне в дневнике командующий всеми военно-морскими силами адмирал сэр Бертрам Рамсей. — Верю, что так и будет» [1107] eds. Love and Major, Bertram Ramsay, p. 83. . Гитлер же в директиве № 51 от 3 ноября 1943 года указывал:

«Опасность на Востоке сохраняется, но еще большая угроза исходит с Запада — англосаксонская высадка. На Востоке, когда события развиваются по наихудшему сценарию, огромные пространства позволяют оставлять территории даже в значительных масштабах и избежать смертельного удара. На Западе все иначе!.. Там надо ждать нападения, там — если нас не вводят в заблуждение — произойдут решающие десантные битвы».

Эти битвы, говорил фюрер на совещаниях начиная с лета 1943 года, будут решающими не только для исхода вторжения союзников, но и всей войны. «Мы должны быть всегда начеку, как пауки, расставившие свои сети, — заявлял он еще 20 мая 1943 года. — Слава Богу, у меня хорошее чутье на такие вещи и я могу предвидеть ход событий» [1109] eds. Heiberand Glantz, Hitler and his Generals, p. 139. . Немцы уже потратили колоссальные средства за предыдущие восемнадцать месяцев на сооружение фортификаций во Франции, известных как «Атлантический вал». За два года два миллиона невольников уложили в различные бункеры и укрепления 18 миллионов тонн бетона (многие из них можно видеть и сегодня). Прибрежные воды и пляжи были усеяны минами, в полях выросли столбы, сделанные из стволов деревьев и предназначавшиеся для планеров, прозванные «спаржей Роммеля». В январе 1944 года Гитлер назначил его командующим группой армий «Б», поручив оборонять Францию от вторжения. В этом качестве он не мог не вступить в конфликте Рундштедтом, главнокомандующим на Западе, имевшим иные взгляды на оборону Франции: Роммель настаивал на том, чтобы вести оборонительные бои на побережье.

Единственным человеком, нисколько не сомневавшимся в том, что союзники высадятся именно в Нормандии, был Гитлер. «Следите за Нормандией», — неоднократно наставлял он Рундштедта. Об этих предписаниях фюрера и Рундштедт, и его начальник штаба генерал Понтер Блюментрит рассказывали историку Бэзилу Лидделу Гарту после войны [1110] Liddell Hart; Other Side, p. 246. . Как вспоминал Блюментрит, предупреждения насчет Нормандии его штаб постоянно получал с марта 1944 года, и все они начинались словами: «Фюрер опасается…» Никто не знал, каким образом Гитлер пришел к такому выводу. «Похоже, не раз осмеянная «интуиция» Гитлера была не очень далека от точнейших расчетов самых способных полководцев» [1111] Ibid. .

Военная хитрость, мистификация противника относительно намерений, возможностей и вероятных действий, стара, как сама военная теория. Еще древнекитайский стратег и философ Сунь-цзы учил: «Война есть путь обмана». Конечно, мистификации союзников нередко сводились к пустословию и распространению всякого вздора. Однако никто не возьмется отрицать триумфа операций «Фортитьюд-север» и «Фортитьюд-юг», вынудивших Гитлера держать сотни тысяч солдат в Норвегии, Голландии, Бельгии и в районе Па-де-Кале, а не перебрасывать их в Нормандию, где и следовало ожидать вторжения с весны 1942 года, когда появились первые наметки этих планов. Они по праву вошли в число самых успешных обманных мероприятий по дезориентации противника в истории войн [1112] Hesketh, Fortitude, p. x. . Над Па-де-Кале союзники провели вдвое больше разведывательных полетов и упреждающих бомбардировочных ударов, чем в Нормандии. На другой стороне пролива напротив Кале была дислоцирована целая фиктивная армейская группировка — американская 1-я группа армий (ФУСАГ) под командованием генерала Паттона, которую даже посетил король Георг VI. Здесь были установлены макеты танков, сделанные из резины декораторами киностудии «Шеппертон», оборудованы ложные командные пункты, на берегу дымились полевые кухни, у берега на волнах покачивались ненастоящие десантные суда, на аэродромах горели закамуфлированные огни [1113] Overy, How the Allies Won, p. 151. . Естественно, немцы не могли поверить в то, что Паттон, прославленный генерал, мог командовать кукольной армией (наверное, он и сам этому удивлялся). (Его опала из-за рукоприкладства вскоре закончилась.)

Еще в мае 1944 года абвер считал, что в Британии дислоцировано семьдесят девять дивизий; на самом деле их было сорок семь. В эстуарии Темзы союзники сосредоточили армаду макетных десантных судов и танков, из Восточной Англии шел нескончаемый поток ложных радиограмм. Перед высадкой в Нормандии на Гибралтар был отправлен актер, исполнявший роль Монтгомери и снабженный в том числе носовыми платками цвета хаки с монограммой БЛМ. Предварительно он изучил повадки генерала, с интересом обнаружив, что и сам Монти был неплохим артистом. (Правда, наблюдательный агент Оси на Гибралтаре мог заметить, что на руке дублера Монти отсутствует средний палец.) В день «Д» над Па-де-Кале был сброшены «чаффы» (кодовое название «Уиндоу»), противорадиолокационные отражатели, создававшие на немецких радарах впечатление массированного нападения. Все эти уловки, по сути, сохранили десятки тысяч жизней.