Эндрю Робертс - Смерч войны

Еще дальше к северу 15 января 1944 года Красная Армия предприняла наступление с целью освобождения Ленинграда. Войска Ленинградского фронта генерала Л.А. Говорова и Волховского фронта генерала К.А. Мерецкова, воспользовавшись морозами, сковавшими Финский залив, озера и болота, атаковали оба фланга германской 18-й армии. Город, переживший самую кровавую в истории блокаду, длившуюся девятьсот дней и унесшую миллион сто тысяч жизней, и выдержавший удары 150 000 снарядов и 100 000 бомб, был освобожден в понедельник, 17 января 1944 года. Через два дня советские войска освободили Новгород, и немцы продолжали стремительно отступать. Когда генерал Георг фон Кюхлер отвел группу армий «Север» с передовых позиций, Гитлер заменил его Моделем, которому удалось уговорить фюрера согласиться со стратегией «Schild und Schwert» («Щита и меча»), допускавшей временные отходы войск для последующего перехода в контрнаступление. Тем не менее к 1 марта Красная Армия вышла на линию Нарва — Псков — Полоцк. (Говоров в июне напал на Финляндию, которая в сентябре приняла условия Советов, обещав больше не помогать военной экономике Германии.)

Модель смог повлиять на Гитлера (чего не удавалось другим генералам) по той простой причине, что фюрер ему симпатизировал и нисколько не сомневался в его личной преданности. Модель даже осмеливался спорить с ним, но только лишь по военным делам и вне ставки фюрера. Кроме того, Модель, постоянно находясь на передовых линиях, пользовался такой популярностью в войсках, какой не имели «придворные» генералы.

В январе 1944 года Гитлер создал для ОКХ еще одну проблему, связанную, конечно, с острой нехваткой человеческих ресурсов. С начала войны и вплоть до последних месяцев 1943 года стандартная немецкая пехотная дивизия состояла из трех полков, насчитывавших девять стрелковых батальонов. В каждом полку было по двенадцать стрелковых рот и рот тяжелого оружия, гаубичная и противотанковая роты; кроме того, в каждой дивизии имелся отдельный противотанковый разведывательный батальон. Общая численность средней дивизии составляла до 17 000 человек. В октябре 1943 года дивизии были реорганизованы таким образом, что в каждом полку оставалось по два батальона, и общая численность сократилась до 13 656 человек. Тем не менее через три месяца Гитлер попросил ОКХ довести численность дивизий до 11 000 человек без ущерба для их огневой и боевой мощи. Командование сухопутных сил, понимая невозможность столь кардинального сокращения, предложило компромиссный вариант: 12 769 человек. Дивизия «стандарта 1944 года» отличалась существенным преобладанием боевых частей по сравнению со вспомогательными подразделениями — до 80 процентов, но уменьшение численности обслуживающего персонала не могло не сказаться на ее эффективности. Германия продолжала терять солдат, и реорганизация дивизий лишь предвещала ее грядущий коллапс.

29 января 1944 года на Манштейна пошли в наступление войска 1-го Украинского фронта Жукова и 2-го Украинского фронта Конева, двух лучших русских генералов (Ватутина убили украинские партизаны-националисты). В ходе ожесточенного сражения, получившего название Корсуньского [1269] Корсунь-Шевченковская операция 24 января — 17 февраля 1944 г. и длившегося три недели, но практически неизвестного на Западе, были отрезаны два немецких корпуса, оказавшихся в «котле»; Манштейн вызволил их ценой огромных потерь — 100 000 человек [1270] Dupuy and Dupuy, Encyclopedia, p. 1220. . Русские войска продолжали идти вперед, форсировав Буг и Днестр. Их превосходство и в живой силе, и в технике было таково, что Красная Армия могла сковать немецкие войска по всему фронту, выждать, когда откроются бреши, и снова атаковать. Но и в этом кровопролитном, хотя и проигрышном, сражении немцы наносили противнику такие контрудары, какие мог, наверное, выдержать только русский солдат. Если бы русский солдат попытался бежать с передовой, как это иногда делали его западные собратья в «Битве за выступ» [1271] Арденнское сражение в декабре 1944-го — январе 1945 г., последнее контрнаступление немцев на Западном фронте. , то его бы пристрелили энкавэдэшники. «Кто, как не мы, одолеет немцев?» — говорил Константин Мамердов [1272] Видимо, речь идет о журналисте К.А. Мамедове, разведчике, прошедшем всю войну с 1942 г. , фронтовик [1273] Hastings, Armageddon, p. 111. . Вопрос, конечно, риторический. Ответ очевиден: никто, только русские.

В марте группу армий «Юг» постигла серия неудач, хотя в том не было вины Манштейна. Он делал все, что мог, в тяжелейших условиях. 4 марта северный фланг его войск смял Жуков, сумевший за последующие три дня преодолеть сто миль и выйти к железной дороге Варшава — Одесса. 28 марта пал город Николаев на реке Буг. Через два дня, 30 марта, Гитлер уволил Манштейна, лучшего, по мнению Лиддела Гарта и многих других историков, военного стратега не только в Германии. «Всю советско-германскую войну в 1942— 1944 годах в принципе можно рассматривать как дуэль между Манштейном и Жуковым, — считает известный историк сражений армий двух стран Джон Эриксон. — Сначала Сталинград, потом Курск, затем снова поединок Манштейна и Жукова в январе — марте 1944 года в Восточной Украине… Перед нами двое поразительных, выдающихся стратегических мыслителей, стратегических дизайнеров сражений, стратегических командующих высшей категории» [1274] Carruthersand Erickson, Russian Front, p. 130. . Однако у Сталина хватило ума держаться за Жукова. Гитлер же лишился незаурядного человека, который должен был бы стать главнокомандующим всего Восточного фронта, на создании этого поста он всегда настаивал, но в итоге оказался в бессрочном резерве. «Я постоянно конфликтовал с Гитлером по поводу стиля руководства, приняв командование группой армий, с первого и до последнего дня», — говорил Манштейн в Нюрнберге, обвиняя во всем Гиммлера и Геринга. Но о самом фюрере он тем не менее отзывался по-прежнему с некоторым уважением: «Это была неординарная личность. Он обладал невероятно острым умом и необычайной силой воли» [1275] Goldensohn, Nuremberg Interviews, p. 356. .

Командование группой армий «Юг», с апреля 1944 года называвшейся группой армий «Северная Украина», Манштейн передал Моделю, который совсем недавно — с января — стал командующим группой армий «Север», но уже получил звание фельдмаршала: в возрасте пятидесяти трех лет он был самым молодым фельдмаршалом в Германии после Роммеля. В тот же день, когда уволил Манштейна, Гитлер убрал с поста командующего группой армий «Южная Украина» Клейста, которого войска Конева и 2-го Украинского фронта генерала Родиона Малиновского заставили ретироваться в Румынию. Его место занял жестокий, грубый и непопулярный в армии Фердинанд Шёрнер. Клейст впоследствии так высказывался о складе ума Гитлера: «Это компетенция скорее психиатров, а не генералов». Тем не менее в Нюрнберге он гнул одну и ту же линию: «Я был всего лишь солдатом, и не мое дело заниматься психоанализом. Он был главой государства, и для меня этого было достаточно» [1276] Ibid., pp. 346-347. . Клейст утверждал, будто еще в декабре 1943 года предлагал Гитлеру оставить пост верховного главнокомандующего, а 29 марта 1944 года между ними произошла «серьезная ссора» и, «когда фюрер закричал на меня, я закричал на него вдвое громче». Так это было или не так, но Клейст отметил в характере фюрера еще одну интересную деталь, на которую обращали внимание и другие деятели в его окружении, а именно: «Проговорив с ним два часа, вы приходите к убеждению, что вам удалось его убедить в чем-то, но он опять начинает все сначала, словно вы еще не сказали ни слова» [1277] Ibid.,p. 347. . Такая самоуверенность и эгоцентризм, возможно, и были полезны Гитлеру, когда он становился фюрером, но сослужили плохую службу и его стране, и ему самому в мировой войне, которую его противники вели более успешно на основе коллегиальности, а не диктатуры.