Эндрю Робертс - Смерч войны

Первая ракета «Фау-2» упала на Британию в 18.40 8 сентября 1944 года, буквально через пять минут после запуска с пригородной дороги под Гаагой. Боеголовка весом в одну тонну взорвалась на Стейвли-роуд в Чизике, на западе Лондона, убив троих и ранив четверых человек. На том месте, где стояли шесть домов, образовался кратер. Поначалу власти, опасаясь паники, скрыли истинную причину катастрофы, объяснив ее «взрывом газа», но позднее им пришлось признать существование новой угрозы.

За пять месяцев по Британии было выпущено 1359 ракет, погибли 2754 человека, получили ранения 6523. Немецкая пропаганда объявила о «превращении Лондона в руины», но 10 ноября 1944 года Черчилль заверил палату общин: «Разрушения и жертвы пока невелики, и не надо преувеличивать опасность». Тем не менее только от удара одной ракеты по универмагу «Вулвортс» в Нью-Кросс на юго-востоке Лондона 25 ноября погибли сто шестьдесят и получили ранения двести человек. 29 декабря четыре ракеты, упавшие в Кройдоне графства Суррей, разрушили две тысячи домов. Девочка, пережившая этот взрыв, вспоминала:

«С неба падали какие-то обломки и куски человеческих тел. В сточной канаве лежала голова лошади. Я видела искореженную детскую коляску и ручонку ребенка в шерстяном рукаве. У паба стоял раздавленный автобус, в нем сидели люди, покрытые пылью, мертвые. Там, где был «Вулвортс», не осталось ничего, кроме огромной ямы, окутанной облаками пыли. Вместо здания груды рваного камня и кирпичей, а из-под них раздаются крики людей».

За восемьдесят дней 2300 летающих бомб «Фау-1» разрушили 25 000 домов и убили 5475 британцев. От ракет «Фау-2» пострадал и Антверпен: число жертв составило более 30 000 человек. Немцы даже собирались наносить ракетные удары и по Америке — с модернизированных подводных лодок. Последняя ракета «Фау-2», упавшая на Британию, как и первая, была запущена из района Гааги. Она взорвалась в Уайтчепеле в 19.21 27 марта 1945 года, убив 134 человека. От них не было защиты, они проникали и в глубокие убежища. «Оружие возмездия» убивало и тех, кто его производил. По некоторым оценкам, при изготовлении ракет погибло около двадцати тысяч узников концлагерей. Условия рабского труда на этих заводах были жуткие: недоедание, голод, болезни, производственные травмы и несчастные случаи.

Более десяти тысяч ракет и крылатых снарядов «фау» и 24 000 жертв только в Британии, не считая погибших в Голландии и Бельгии. Но «оружие возмездия» уже не могло изменить баланс сил, если бы даже вызвало вдесятеро больше разрушений и жертв, потому что Гитлер воспользовался им только после дня «Д». К этому времени американцы, британцы и канадцы уже высадились в Нормандии, и они не пошли бы ни на какие договоренности с Гитлером независимо от масштабов ракетной кампании. Результаты применения «чудо-оружия» не оправдали вложенных в него средств и усилий. Оно оказалось очередным блефом фюрера.

Несмотря на все победы союзников над немцами после высадки в Нормандии 6 июня 1944 года, форсирование Рейна в марте 1945 года, задержавшееся из-за катастрофы под Арнемом в середине сентября, и разгром вермахта в Арденнах зимой, война с Германией была выиграна на Восточном фронте. С начала операции «Барбаросса» и до декабря 1944 года немцы потеряли там 2,4 миллиона человек убитыми, а в сражениях с западными союзниками — двести две тысячи [1249] Hastings, Armageddon, p. 111. . И жертвы были неравные: со дня «Д» и до дня победы в Европе, 8 мая 1945 года, русские потеряли свыше двух миллионов человек — втрое больше, чем британцы, американцы, канадцы и французы. Могли ли демократии пойти на такие жертвы? Или, что представляется более вероятным, все дело в НКВД и в терроре, заставлявшем советских людей воевать?

Потерпев сокрушительное поражение под Сталинградом, когда русские захватили в январе 1943 года всю 6-ю армию Паулюса, и понеся через шесть месяцев неприемлемые потери под Курском (хотя и меньшие в сравнении с противником), вермахт продолжал отступать под ударами советских войск, приближая самоубийство Гитлера 30 апреля и капитуляцию Германии в мае 1945 года. В ходе крупномасштабных летних наступательных операций 1943 года Красная Армия вернула Орел, Харьков, Таганрог и Смоленск, отбросив немцев к Днепру и отрезав 17-ю армию на Крымском полуострове. Фельдмаршал Эрих фон Манштейн и румынский диктатор маршал Йон Антонеску предлагали Гитлеру вывести немецкие и румынские войска с полуострова, с тем чтобы использовать их в обороне Румынии и Болгарии, но фюрер, как всегда, ответил отказом, потеряв в результате обе страны и целую армейскую группировку в Крыму. Гитлер вынашивал идею превратить Крым в сугубо арийскую колонию и не желал отказываться от своей мечты даже тогда, когда военная необходимость требовала хотя бы на какое-то время отложить ее осуществление.

Николаус фон Белов писал по этому поводу: «Гитлер раньше своих военных советников и гораздо отчетливее предвидел угрожающее развитие событий на Восточном фронте, но упорно не хотел прислушиваться к мнению командующих армиями, настаивавших на отводе войск. Крым надо было удержать любой ценой, и аргументы Манштейна не имели для него никакого значения» [1250] Below, At Hitler's Side, p. 184. . Германия лишилась четверти миллиона штыков. Это уже не могло отразиться на исходе войны, если не считать того, что, как отметил один историк, «огромный контингент немецких солдат оказался в плену, а не погиб в боях» [1251] Gerhard L. Weinberg in eds Deutsch and Showalter, What If?, p. 215. . Тем не менее, по сути, была допущена серьезная стратегическая ошибка. Как и в решении держать немецкие войска на Керченском полуострове для того, чтобы когда-нибудь захватить Кавказ, Гитлер все еще надеялся предпринять новое наступление на юге Советского Союза, хотя возможностей для этого уже не существовало.

Для немецких солдат в долгом и мучительном отступлении после Курска главным стало выживание, а не победа. Русский же солдат освобождал свои города и села, приходя в ужас от зверств, которые нацисты творили на оккупированных территориях. Типичный пример: в Орле, были разрушены все мосты и половина зданий и выжили только 30 000 из 114 000 человек, населявших этот город до войны; остальные либо умерли от голода и болезней, либо были расстреляны или угнаны в Германию на положении рабов [1252] Carruthers and Erickson, Russian Front, p. 151. . Невозможно без содрогания даже писать о том, что в анатомо-медицинском институте в Данциге было найдено восемьдесят человеческих голов и восемьдесят два обезглавленных тела: здесь изготавливали мыло и кожу из трупов русских, польских, еврейских и узбекских заключенных. «Сырье» поставлял близлежащий концлагерь в Штуттхофе. Здесь только за шесть недель от тифа умерло 16 000 узников, и производство мыла шло полным ходом, когда институт посетили министры образования и здравоохранения [1253] Beevor, Berlin, pp. 94—95. . Неудивительно, что души солдат Красной Армии каменели, и они жаждали наказать всех немцев — без разбора, — тем более что сила теперь была на их стороне. Виновен или невиновен — о таких понятиях старались не думать; они наказывали не столько конкретного немца или немку, сколько их сыновей, мужей, отцов. Чувства жалости и сострадания были позабыты.