Рафаил Мельников - Крейсер I ранга Россия (1895 – 1922)
- Название:Крейсер I ранга Россия (1895 – 1922)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Истфлот
- Год:2007
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Рафаил Мельников - Крейсер I ранга Россия (1895 – 1922) краткое содержание
Данная книга – вторая в трилогии под общим названием „Рюрик“ был первым» и посвящена крейсеру I ранга «Россия». Этому кораблю пришлось пройти через испытания двух войн и провести в дальних плаваниях не один год.
Для широкого круга читателей, интересующихся военной историей.
Крейсер I ранга Россия (1895 – 1922) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Своим появлением в бухте миноносцы произвели большой переполох – никто не ожидал русских. На пароходе японский флаг был быстро заменен корейским, на всех береговых зданиях, на лодках тоже подняли корейские флаги. Миноносцы подошли к пароходу, отправили шлюпки для осмотра судна и ареста капитана. Оказалось, что капитан был в это время на берегу, а остальная команда во время этого осмотра быстро села в лодки и удрала на берег. Это уже неосмотрительность командиров миноносцев, так как могли их арестовать и добыть полезные сведения. Заложили подрывной патрон, но взрыва почему-то не последовало, тогда миноносец № 206 миной затопил пароход. На берегу, рассказывают, собралась громадная толпа корейцев. Благодаря тому, что миноносцы в течение всего поиска ходили полным ходом, у них засорились трубки. Пришлось взять их на буксир и, идя 5-узловым ходом, направиться к бухте Шестакова. В 4 ч миноносцы исправили и стали у нас грузиться углем.

У борта крейсера во время погрузки угля
В 5 ч дня увидели идущий навстречу пароход. "Богатырю" приказали поскорее осмотреть и взорвать пароход. Тот подошел к пароходу и сделал сигнал: "оставить судно в течение 15 мин". Адмирал напомнил сигналом о документах и с "Богатыря" отвалил к пароходу катер. Команда с парохода между тем на нескольких лодках подошла к "Богатырю", который стал их выгружать, а с "Громобоя", чтобы не терять времени, подошел катер с подрывными патронами взорвать пароход.
Долго мелькали на палубе огни, пока там не были заложены 18 ф патроны и шлюпка отвалила. Минут 6, пока горел шнур, все напряженно ожидали, время тянулось долго, и вдруг раздался негромкий звук взрыва, и большой огненный столб поднялся над погибающим судном. Уже начало темнеть, и картина взрыва была очень эффектна. Через 3 мин пароход затонул. Миноносцы между тем были снабжены провизией, инструкциями и письмами Командиру порта и отправлены во Владивосток. Все от души пожелали им благополучно вернуться домой, избегнув встречи с японцами. По нашим расчетам, неприятельская эскадра должна уже возвращаться на юг, извещенная о нашем пребывании в Гензане. Миноносцы ушли, а наши крейсера пошли 18-узловым ходом от берега на NO 81°, прямо на Сангарский пролив. Был уже 9 ч вечера. Мы все радостно беседовали в кают-компании о сегодняшнем успехе. Второй потопленный пароход носил имя "Хогинуро-Мару". Но больше всего было разговоров о предстоящей бомбардировке.
Время летело быстро, и когда мы около 11 ч хотели уже расходиться по каютам, влетает в кают-компанию вахтенный унтер-офицер и докладывает старшему офицеру, что прямо по носу открылся идущий нам на пересечение большой пароход без огней. Кто уже спал, вскочил, и все мы быстро очутились наверху. Сразу после светлой кают-компании ничего не видно. Подошли поближе и сделали холостой выстрел. Пароход открыл отличительные огни, он перешел нам на правую сторону, застопорил машину и находился от нас кабельтова 1,5. С нашего мостика спросили по-английски: "Какой нации?". С него довольным голосом отвечают: "Японской!". "Катер к спуску". В него садятся вооруженные матросы, два офицера, лейтенант П. и мичман Д., и катер отправляется на пароход за капитаном. Привозят нескольких японцев, один, в военно-морской форме, отдает при входе на трап старшему офицеру свою саблю. Вид у них ошеломленный. Оказывается, мы остановили военный транспорт в 4000 тонн "Кинчиу-Мару". Сколько на нем человек – спрашивают у японца. Отвечает – 210. Предложили ему передать на судно, чтобы все оттуда перебирались поскорее на наши крейсера.
Между тем на транспорте шел аврал: бросали что-то за борт, спускали шлюпки, одна за другой, и они стали приставать к нам и к "Громобою". Пленных японцев оцепили караулом и пересчитали. В основном, были кули и команда парохода, военных матросов немного и несколько солдат. Всех морских офицеров посадили в наши пустые каюты и приставили часовых. Я вглядывался в выражение их лиц, но ничего не мог прочитать. Некоторые из них оказались говорящими по-русски, многих – бывших обывателей Владивостока – все больше содержателей притонов, узнали наши матросы.
Между тем, выгрузка пленных кончилась, собиравшиеся было улизнуть шлюпки поймали, и адмирал приказал послать катер на транспорт взорвать его, предварительно убедившись, что, согласно словам японского капитана, там никого не осталось. Взяли капитана с собой и отправились. Катер отвалил от крейсера. Вот на палубе транспорта замелькали фонари – это наши его осматривают. Прошло несколько минут, и оттуда слышен голос П.: "на транспорте вооруженные солдаты, сдаваться не хотят!" Через несколько мгновений катер вышел из-за кормы транспорта. П. с него кричит: "на транспорте четыре 47-мм пушки!" Тотчас наша команда была убрана вниз, на верхней палубе оставлена лишь артиллерийская прислуга, верхней батареи, и та положена. Катер спрятался за крейсер, а мы приготовляемся выстрелить миной. Вот минный офицер командует: "ПЛИ!". Мина вылетает из аппарата. Попадет или нет? Попали в угольные ямы; поднялся черный столб, и транспорт стал садиться.
Между тем, японские солдаты высыпали на верхнюю палубу и открыли по крейсеру из ружей страшный огонь. У нас сыграли: "открыть огонь"!, и я скомандовал в своей верхней центральной батарее 2 кабельтова. Гром орудий, щелканье пуль о надстройки крейсера сливались в оглушительный рев. Вначале стрельбу с транспорта я принял за наши пулеметы и никакого жуткого ощущения не испытывал, пока один из сидевших за шитом орудия комендор не крикнул мне: "Ваше Благородие, это японцы стреляют!" Каюсь в своей слабости: узнав, что этот непрерывный треск происходит от японских пуль, я потерял спокойствие и спрятался за шит орудия. Да, чувство скверное, жуткое, когда слышишь, как кругом тебя сыпятся пули и мелкие снаряды и по всему борту идет непрерывающаяся дробь. Мы открывали огонь несколько раз на короткое время, когда их огонь уже через чур усиливался. Главное, мы не могли двинуться с места, так как за нами стоял спрятавшийся от пуль катер. Долго тянулось время, пока тонул транспорт, уже мы несколько освоились с пулями: и выходили из-за щитов. До чего, однако, человек ценит собственную персону. Минут через 17 транспорт окончательно погрузился вверх кормой. И то, в момент погружения, оставшиеся несколько человек не переставали стрелять в нас. Погибли героями, надо отдать им справедливость.
Было уже около 2 ч ночи, когда "Кинчиу-Мару" затонул, и мы опять большим ходом пошли в открытое море. Усталые, но веселые, мы спустились вниз и стали расспрашивать П., что он видел на пароходе. По его словам, там было около 300 солдат 37-го пехотного полка. Когда он при втором посещении транспорта вместе с японским капитаном обходил судно, встретил наверху несколько человек и усадил их на катер. На его удивление, капитан объяснил, что больше никого нет. Обходя транспорт, в одной из кают он нашел и арестовал шесть пехотных офицеров. Один ИЗ матросов, между тем, прибежал к нему и доложил, что трюм полон солдатами. Сунулись было туда, но их встретили дикие вопли и щелканье затворов винтовок. Тогда П. и крикнул на крейсер о солдатах, а сам с командой поспешил на катер. Все оружие, которое было нами захвачено: сабли, ружья, старший офицер приказал бросить за борт к нашему великому огорченно.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: