Александр Андреев - Главное - воля!

Однако… Преимущества у "Нагана" все же были. Двуперая пружина в сочетании с малым импульсом отдачи обеспечивали великолепную точность, система обтюрации позволяла использование глушителя… Ну, и "единый" калибр — тоже, в своем роде, плюс. А главное — в тот момент Александре Федоровне с генералами ссориться было пока что рановато. Поэтому и поступил на вооружение "3-линейный револьвер Нагана образца 1895 года" двух модификаций: "офицерская" модель, обычный револьвер двойного действия с самовзводом, и "солдатская", предназначенная для вооружения пулеметчиков, урядников, вахмистров, старшин и кавалеристов — она имела только одинарное действие: перед каждым выстрелом курок надлежало взводить вручную. Это считалось необходимым "для предотвращения беспорядочной стрельбы и непроизводительного расхода патронов". И нельзя сказать, чтобы эти опасения были совсем уж безосновательны. В конце концов, в барабан "Нагана" помещалось только семь патронов — и попробуйте-ка перезарядить его, сидя в седле во время кавалерийской атаки! Именно поэтому некоторые "эксперты" призывали комплектовать каждого солдата не одним, а двумя-тремя револьверами. Расчет простой: нельзя перезарядить — так смени оружие целиком!

Главными гостями на сегодняшнем празднике жизни были Генерал-от-Инфантерии Драгомиров, специально вызванный из Киева, генерал-лейтенант Ридигер, инспектор стрелковой части, председатель оружейного отдела АК и член главной распорядительной комиссии по перевооружению армии, и генерал Залюбовский, занимавший должность начальника Сестрорецкого оружейного завода.

Императрица медленно прохаживалась вдоль составленных в ряд дощатых столов. Длинная кавалерийская шинель, туго перетянутая в талии, лилово-алая кепи-конфедератка с четырехугольным верхом и "узким" орлом, короткая тугая коса. Легкое прикосновение кончиков затянутых в тонкую кожу пальцев к разложенным и расставленным по столу образцам. Задумчивость в необыкновенно синих глазах.

Стол и выставленные рядом с ним полдесятка особо масштабных изделий, топырящихся суставчатыми паучьими лапами треног, находились у самого края трехсотметровой дистанции, ограниченной на дальнем краю земляным валом. Вдоль вала возвышались густо натыканные мишени, менять их должны были укрывавшиеся в проходящей у подножия вала полнопрофильной траншее солдаты.

Неподалеку навеса и собравшихся вокруг императрицы генералов толпились особо доверенные лица — дюжины полторы офицеров. На ослепительно-белом снежном фоне новехонькие серо-синие кителя АУЦ — курсантские, отмеченные на голых гладких погонах буквой "К" и эмблемой ОСШ на левом рукаве, и золотопогонные преподавательские — мешались с темно-зеленой формой гвардейской стрелковой бригады, алыми черкесками Конвоя и сплошь покрытыми золотым шитьем мундирами роты Дворцовых Гренадер. Офицеры Лейб-гвардии Уланского Её Величества полка держались несколько особняком — как и положено кавалеристам в обществе презренной пехоты.

Полк этот, шефом которого являлась царствующая государыня, Александра Федоровна превратила в некое подобие личной гвардии — при помощи генерала Орлова, назначенного по её настоянию командиром этого полка.

Аликс познакомилась с ним, тогда ещё полковником, в 1889 году во время второго визита в Россию, когда она за шесть недель пребывания в гостях у старшей сестры смогла насмерть влюбить в себя цесаревича.

Его стройная фигура, матовая кожа и глаза-маслины, малиновый звон отчаянных шпор и дерзкие речи произвели на молодую принцессу, отвергнутую родителями её БОЛЬШОГО ПРИЗА и русской аристократией, немалое впечатление.

Они бы произвели впечатление и на Елку, но у неё были дела и поважнее — так что она только отметила про себя, что полковник, претендуя на некие чувства и проистекающие из этих чувств выгоды, представляется довольно полезным… человеком. Хотя и не очень высокого качества — по причине запущенной наркомании и крайней увлеченности мистикой.

Мистику Елка ценила. Она значительно упрощала жизнь и ОЧЕНЬ значительно упрощала работу. В планах, потихоньку составляемых ею, нашлось место нескольким мистическим сектам — точно так же, как и тантрическим, символическим, христианским… Сектанты — отличный финансовый инструмент и великолепное пушечное мясо.

К этому же самому кругу относятся и наркотики. Да, полезная штука. В созданном при АУЦ медцентре УЖЕ проводятся масштабные исследования — Империи срочно требовались "боевые коктейли", позволяющие использовать возможности организма бойца на максимуме и за этим максимумом: "…зловещие шоколадки" с говорящими названиями вроде "Боевой" и "Офицерский", дозволенные или даже предписанные — при острой нехватке времени — для "использования при планировании и проведении операций". Нечто в этом духе. Но "боевой пыл" — это одно. И то — только в соответствующих обстоятельствах. А морфий, эфир или опиум — со-овсем другое.

"Орлов был не из орлов". Такой вот каламбур.

Шакал из шакальей стаи, преданный до тех пор, пока чует выгоду.

Казаки Собственного ЕИВ Конвоя, уланы Её Величества, рота дворцовых гренадер, куда набирали только солдат и унтеров, отмеченных либо солдатским георгиевским крестом, либо медалью ордена Святой Анны ( каковая вручалась за ДВАДЦАТЬ лет беспорочной службы! ) и курсанты АУЦ — включая в их число и нижних чинов Учебного унтер-офицерского батальона — вместе с пажами и фрейлинами служили превосходным рабочим материалом. С их помощью на полигонах АУЦ из сложения отдельных технических идей все яснее и яснее прорисовывалась совершенно новая тактика. Рождаясь из техники, как Венера из пены морской.

Техника-тактика-ведение операций-стратегия-политика!

"Все выше, и выше, и выше…"

А их умение обращаться с автоматическим оружием могло превратить эти численно небольшие силы в весьма грозного противника — в случае необходимости, разумеется. И "численно небольшими" оные силы могли оставаться недолго. Как известно, рецепт быстрого развертывания умеренных качеств дивизии заключается в том, чтобы создать один батальон — но такой, чтобы у него с дороги вражеские полки разбегались! А потом каждого рядового назначить сержантом, каждого сержанта — младшим лейтенантом… И так далее. Конвойцев, улан и дворцовых гренадер Елка готовила по этому принципу.

Стрелки… это была совсем другая песня. Для тех трех стрелковых батальонов гвардейской бригады, что постоянно стояли в Царском Селе, Её Величество планировала совершенно особенное будущее. Стрелковые батальоны были созданы в конце 50-х годов, когда армию начали перевооружать на нарезное оружие ЦЕЛИКОМ. До того в каждом пехотном батальоне существовала "штуцерная команда"… Впрочем, все это — древняя история. Главное же… Гвардейская Стрелковая бригада относилась к "Молодой Гвардии". И от полков "Старой", таких, как основанный Петром Великим Преображенский или созданный при Анне Иоанновне Измайловский, переполненных надменной гордостью и бесконечно амбициозных, они отличались, как день от ночи.