Георгий Юленков - Белые перья шпиона

По традиции, перед самым вылетом старший инструктор Молчанов в присутствии Начальника Центра, запросил у старшего группы Гандыбы, планы по выполнению задания.

— Товарищ Пятый, планирую использовать новый вариант "Подхват".

— Сам, что ли выдумал?

— С ребятами вместе.

— С ребятами? Ну, давай, рассказывай, "стратег".

— Основную атаку целей проводим сверху с разных сторон. Для этого, сначала, с высоты одиннадцать тысяч, выходим парой чуть вперед левее от курса цели. Остальное звено, увеличив дистанцию между парами до тысячи метров, и сократив расстояние в парах до пятидесяти, идут на десяти тысячах юго-восточнее, выше ожидаемого эшелона цели. Хорошо бы использовать дымку, но тут уж как повезет. Так, надеюсь, противник нас до самой атаки не увидит." Групповая цель, наверняка, будет на восьми или девяти. Моя пара встречает гостей, и отвлекает их внимание на себя атакой с запада, пока звено Орловского пикирует с юго-востока. Каждая пара уходит после атаки вверх, все в разные стороны, и сразу готовится к следующей атаке. Вторую атаку проводим "все вдруг", по моей команде.

— Да-а, Ну, и намудрил же ты, Гандыба. Может, лучше как в среду, всей группой от солнца зайдем, и головного собьем?

— Да, они к этому привыкли уже. Разрешите в этот раз по-новому! Мы вместе с ребятами, два дня придумывали, и на карте проигрывали.

— "Проигрывали" они. Уж больно сложно тут у тебя, а ну как потеряешь звено?

— Ну, товарищ старший лейтенант!

— Ладно, делай! Поглядим, что из этой "стратегии" получится. Командуй взлет группе.

— Есть, товарищ Пятый!

Стоящие на левом фланге короткого строя инструкторы, скептически обменялись взглядами, выражая этим сомнение в тактическом таланте юного командира, но монолитность строя не нарушили. И, лишь после команды "По самолетам!", не менее резво, чем обучаемые рванулись к задним кабинам учебно-боевых "Зябликов". Майор Скрынников, по-своему оценил объяснения старшего группы. Чуть кивнув своим мыслям, он достал сигарету из портсигара. Когда предстартовая суета на полосе завершилась, из висящего на стене КП динамика раздался серьезный и немного взволнованный голос курсанта Гандыбы.

— Это Седьмой. Группа "Веди" доложить о готовности!

Последовавшая за этим барабанная дробь ответов шести курсантов о готовности к взлету, ненадолго всколыхнула эфир. И спустя полминуты, на запрос курсанта ответил Дежурный по аэродрому.

— Седьмой, "Чаще", разрешите взлет группы?

— "Чаща", Седьмому. Группе взлет разрешаю!

— Это Седьмой. Группа "Веди", внимание, на взлет!

Заправленные, и несущие в развале цилиндров V-образного дизеля по учебному орудию с сотней учебных же снарядов, "Зяблики", по одному отрывались от полосы, и вставали в круг. Когда группа собралась и развернулась на курс, последовала новая команда.

— Группа "Веди". "Тюльпанам Букет"! Набрать высоту девять тысяч.

Радиосвязь донесла последние команды до юных пилотов и, управляемые подростками самолеты, с набором высоты, растаяли в небе. Старший инструктор Молчанов, находился в задней кабине самолета, пилотируемого курсантом Ковалем (ведомым Гандыбы). Взлет, на взгляд Молчанова, не обошелся без ошибок, но некритичных. От тренировочной зоны до границы соседней Финляндии было сто с чем-то километров, до полосы Каргопольского Центра около двенадцати. И хотя, окружное начальство периодически стращало командиров всех уровней запретами нешифрованных передач, но радиосвязь между самолетами инструкторов и курсантов Центра, пока оставалась практически открытой. Терять личный состав и технику Центра, из-за чрезмерной секретности, и потери пилотами ориентировки, командование было не готово…

Приведя свое воинство в район патрулирования, молодой командир, скупыми фразами, раздал указание подчиненным, вызвав добродушные ухмылки инструкторов в задних кабинах. Вскоре, участники засады, заняли свои позиции, и стали нарезать круги и восьмерки. Через семь минут ожидание "охотников" было вознаграждено. Из дымки на северо-востоке показалась цель. Орловский видел, что цель летит точно в ловушку, но был удивлен составом условного противника. Из-за отсутствия биноклей у пилотов звена, пока можно точно сказать лишь то, что самолет не маленький, но тип его пока был не определен.

— Седьмой. Докладывает Девятый! Наблюдаю один крупный самолет на высоте десять тысяч пятьсот. Мы на тысячу ниже его и южнее. Нас он вроде пока не видит. Движется курсом к авиабазе. Тип не ясен, дымка мешает. Моторов, то ли два, то ли четыре, возможно ТБ-3. Разрешите набрать высоту в сторону цели?

— Это Седьмой. Девятый. Цель сопровождать, не приближаясь. Ждать моей команды.

— Девятый, это Пятый! Наш ТБ-третий еще не взлетал. То, что вы видите, это не наша цель. Возможно, это высотный разведчик. Он тут по графику должен быть, где-то, через час.

— Товарищ Пятый! Разведчики ни разу не нарушали раньше свое время пролета. Это кто-то другой! Разрешите проверить?

— Орловский! Тьфу ты, Девятый! Не вздумайте стрелять по разведчику! Просто сопровождайте. Мы сами к ним подойдем, и все уточним.

В это же время, экипаж другого летательного аппарата был занят скучной рутинной работой. В этих краях они уже бывали в начале этого же 1939 года. Задачи тогда были такими же, только летели они в тот раз на стандартной в "авиагруппе Ровеля" машине (на высотном варианте "Хейнкель He-111"). Сейчас бомбардир занимался проверкой работы видоискателей фотоаппаратуры, и попутно осматривал горизонт на предмет новых целей.

— "Ах, мой, милый Августин, все прошло все. Ах, мой милый…" Шайзе!

— Пауль! Что ты там увидел?

— Не хочу показаться паникером, Макс, но у нас серьезные проблемы. Впереди патруль "Буревестников". Идут с Юго-запада, выше нас на полтысячи, и курсом на пересечение.

— Вот мерзость и откуда они только взялись так высоко? Пауль, дистанция и сколько их там?

— Их двое, командир. И минут через десять-двенадцать сойдемся вплотную.

— Это плохо, камераден. Меняем курс. Идем на северо-запад. Хватит ленивым финнам и того, что мы уже успели для них нащелкать.

— Герр гауптман, мы не идем на Каргополь?

— Не идем, Берти. Папа не будет сердиться, если эту часть задания мы выполним не сегодня, но сильно расстроится, если не выполним уже никогда. Лучше ответь, сколько нам осталось до границы?

— Километров сто, или чуть больше, герр гауптман. Я готовлю пулемет?

— Готовь. Хотя против пары высотных ягдфлигеров, нам будет трудно выстоять. Как думаешь, Пауль, мы сможем набрать еще полтора километра? Вряд ли они смогут долго лететь за нами на почти тринадцати тысячах.

— На заводе сказали, что лучше не рисковать, это ведь первый из 130-х. Если бы не папа Ровель, то этого красавца еще пару месяцев мариновали бы на испытаниях. Но сейчас у нас, генносен, других вариантов не наблюдается. Или, молясь всем святым, наберем еще хоть сколько-то, и тогда они, возможно, до нас не дотянутся. Или, в процессе набора, заглохнет один из моторов, и мы спикируем к ним прямо на обед.