Анна Гурова - Черный Клан

Я задумчиво поглядел на сковородку, вот только никаких позитивных эмоций больше не испытал. Заявление Грега играючи отбило мне весь аппетит.

— Значит, умереть? — повторил я, пытаясь обернуть дело в шутку. — А потом воскреснуть? Это что, новое задание?

— Вроде того, — подтвердил Грег.

— Чудесно! Великолепно!

— А что в этом такого? Время от времени надо сбрасывать шкуру, — нравоучительно сказал Грег. — Ты растешь, и старая кожа становится тебе мала. Собственно, она тебе уже жмет, разве не чувствуешь?

— Ну разве что в плечах немного, — принужденно засмеялся я, невольно бросая взгляд на левую руку. Сейчас на моем желтом — лучшем, — глазу была повязка, но я и так знал, что увижу, если ее сниму: похожая на дорогую перчатку белая чешуя вместо кожи и короткие заостренные темные когти. — Но в целом она меня вполне устраивает. Я все-таки не змей, чтобы шкуру сбрасывать… по крайней мере не змей большей частью!

Но Грега было не так просто сбить с темы.

— Змей не змей, это неважно. Надо ловить моменты, подходящие для перемены. Сейчас ты на пороге такого момента. Но, если пришла пора меняться, а ты упорно цепляешься за старое, начинается застой, который заканчивается катастрофой. И перемены все равно происходят, только очень болезненно и… в неправильную сторону.

— Это в какую? — мрачно спросил я.

— Падать всегда легче, чем подыматься, — философски заметил Грег. — Чтобы этого не произошло, мы, Алекс, с тобой и возимся. Сам иногда не пойму, зачем мне это надо…

«Так, может, и не надо?» — с надеждой подумал я.

Грег засмеялся.

— Я же не говорю, что тебе придется умереть на самом деле. Зачем впадать в крайности? Пока не припекло, попробуем провести превращение щадящими методами.

Я помотал головой, не поверив ни единому его слову.

— Знаю я ваши «щадящие методы». Насмотрелся в Зеленкино. Что-то мне все это не нравится!

— Ничего, ты еще войдешь во вкус. Некоторые так увлекаются переменами, что их прежняя личность исчезает вовсе.

— Во вкус чего — самоуничтожения? Так, давай перейдем к конкретике. Что мне надо будет делать на этот раз? Как именно мне предстоит умереть, чтобы переродиться?

Грег помолчал и неожиданно предложил:

— А давай сам..

— Что — покончи с собой?

— Зачем же так сразу? Найди способ умереть и воскреснуть.

Ну и задачку мне задали! Вот так с ходу разрешить вопрос, над которым тысячелетиями бьются лучшие умы человечества. Когда первый шок прошел, мне стало смешно. Грег же не может требовать от меня такое всерьез! Я даже заподозрил, что он просто хочет отделаться от меня.

«Стоп! — сказал я себе. — Спокойно! Будем рассматривать это задание как коан. Хлопок одной ладонью, и все такое. Ну, поехали…»

С полчаса я прикидывал варианты решения задачи и так и этак, а потом отправился на поиски по традиционному маршруту — в Интернет. Поиски в Сети вскоре принесли кое-какие результаты. Как ни странно, тема смерти, перерождения, воскрешения и обновления оказалась, без преувеличения, популярной. Я даже нашел целый психологический тренинг. Заключался он в следующем: компания едет в лес, каждый выкапывает себе могилку, забирается туда и целый день тихо в ней сидит. А вечером возвращается к жизни цветущим и обновленным. Называется — «обряд ритуальной смерти». Просто праздник какой-то!

«Нет, — думал я, — нутром чую, все не то. Не ритуал имел в виду Грег. Игра и есть игра. Умереть понарошку — а превращаться что, тоже понарошку? Если бы я организовывал этот ритуал сам, я бы сделал так, чтобы, по крайней мере, угроза гибели была настоящая…»

Но если подвергнуть свою драгоценную, единственную жизнь смертельному риску, где уверенность, что этот риск не станет напрасным? Как побывать на том свете и с гарантией вернуться назад?

Безвыходная ситуация.

Я лениво перебирал ссылки, которые выдал поисковик на слово «превращение», уже не надеясь найти что-то толковое. Глаз зацепился за странную фразу:

«Смерть только освобождает от телесных оков…»

«А ну-ка!» — Я с воодушевлением щелкнул по ссылке и прочитал всю фразу целиком:

«В любви и смерти — путь к превращению. Вместе они сжигают жизнь, что отделяет человека от страны, из которой не возвращаются…»

Ни начала, ни конца, ни пояснений, и даже источник указан не был. Ну и что бы это значило?

Я почесал в затылке. В этом загадочном отрывке определенно был какой-то смысл. Я это чувствовал, только не мог выразить словами или хотя бы сформулировать мысленно.

«Это не ответ, — сообразил я. — Это подсказка…»

Грег сказал сегодня немало слов о смерти, но о любви даже не упомянул…

Несколько минут я сидел неподвижно, повторяя про себя эту фразу. Потом меня посетила неожиданная идея. Я взял телефон, набрал номер Ники и пригласил ее в гости. Под предлогом проконсультировать меня и посоветоваться. И вообще обсудить происходящее. Хотя сам толком не понимал, зачем она тут нужна.

Ну, если не считать того, что я по ней давно уже соскучился.

Дождь на улице усиливался. Казалось, уже темнеет, хотя до заката было еще далеко. Снаружи было сумрачно, свистел ветер, капли барабанили по стеклу. Мы с Ники сидели на полу — она на ковре возле дивана, я на паркете под батареей, куда, откровенно говоря, уже несколько дней как перебрался спать. Пили чай. Разговаривали об интересном. Я глядел на Ники, как она рассеянно перебирает мои книги, время от времени быстро взглядывая на меня, и думал — хоть бы этот день тянулся подольше! На душе было невероятно спокойно и тепло. Наверно, это и называется — быть довольным жизнью. И почему я не приглашал ее в гости раньше?

Разговор шел о задании Грега. Я делился результатами поисков по «ритуальной смерти». Ники слушала, кивая. Комментировала в том духе, что меня занесло куда-то не туда. Я не спорил, потому что и сам так считал.

— …короче, можно закопаться в землю, но это как-то глупо, — закончил я.

Ники подняла взгляд, внимательно вглядываясь в мое лицо.

— У тебя с Грегом какие-то проблемы?

— Уж скорее у него со мной, — ухмыльнулся я. — Нет, вроде все идет путем. Если не считать этого задания. А почему ты спросила?

— Грега что-то беспокоит, — сказала Ники, помолчав. — Связанное с тобой. Я-то думала, он уже давно начнет тебя учить — ну, как меня, — а он все чего-то тянет. Словно выжидает. Вчера с Валенком ругались. Потом Валенок ушел злющий, а Грег взял и ни с того ни с сего прочитал мне лекцию о морали. Об оружии, которым лучше не пользоваться. Не знаешь, к чему бы?

— Неа, — соврал я.

Мне сейчас не хотелось говорить о неприятных вещах. Вместо этого я сказал:

— Хочешь узнать, почему он ругал Валенка?

Раз уж Грегу все равно все стало известно, я решил нарушить наш с байкером уговор и рассказал Ники о позорной охоте на змея-искусителя.