Анна Гурова - Черный Клан

— Неудивительно, — проворчал я, вставая. — Но мне же тебя в принципе не победить! Ты мне три раза успеешь откусить голову, прежде чем я хотя бы раскрою пасть.

— Верно, — без лишней скромности сказал он. — И что? Любитель сражается до победы, а профессионал — до конца. Мы здесь пытаемся сделать из тебя профессионала. По местам!

Потом был еще бой, и еще, и еще… В конце концов, когда я раскачался, сражаться с Грегом оказалось весьма увлекательно. Он демонстрировал множество приемов и подробно комментировал каждый, повторяя их по несколько раз. Он с такой легкостью выбивал меня из любой обороны, что я вошел в раж и начал атаковать сам. Грег подбадривал меня и явно поддавался. По крайней мере Валенок вскоре заявил, что ему скучно смотреть на эти поддавки, и опять куда-то ушел.

А Ники осталась. И смотрела на Грега, провожая каждое его движение восхищенным взглядом.

Мне уже начинало казаться, что я кое-чего достиг, когда Грег остановился.

— Ладно, на сегодня хватит, — решил он. — В принципе, у нормального дракона все навыки боя заложены генетически. Если ты не собираешься специализироваться как боевой — а я вижу, что нет, — то тебе пока хватит того, что у тебя есть.

— Почему это «не собираюсь»? — обиделся я.

— В тебе нет настоящей ярости. Нет жестокости. Ты жалеешь противника. Ты способен остановиться в любой момент. Ты слишком много думаешь до, после и даже во время боя о том, кто прав, а кто неправ. Ей-богу, иногда мне кажется, что ты серебряный.

— Когда он разозлится, то бьется терпимо, — заметил Валенок. — Я же предлагал: несколько бодрящих пинков…

— Может, он бронзовый? — предположила Ники. — Они тоже дерутся без азарта…

Грег покачал головой.

— Ники, ты не понимаешь. Да, бронзовые сражаются с холодной головой, просчитывая каждый ход. Именно поэтому-то их и считают настоящими мастерами войны, хотя боевые красные бывают гораздо мощнее. Но при этом бронзовым чрезвычайно нравится сражаться. Алекс, а тебе нравится?

Я хорошенько подумал и сказал:

— Скорее нет. Это как игра — если не всерьез. А если всерьез — тут и вовсе не до «нравится», это уже по-другому называется…

— Вот видишь?

— И что мы будем делать дальше? — спросил Валенок.

— А у нас есть выбор? Будем гонять его дальше. Может, в нем еще проснется драконья натура…

Странно, но мне показалось, что Грегу этого не очень хочется.

Дни шли за днями, складывались в недели. Теперь я занимался каждый день, чередуя огненные занятия и битвы с Грегом. Для экономии времени мы проводили спарринги прямо на заводе. Сначала Грег гонял меня по всему залу, постепенно понижая температуру выдоха. Потом я подскакивал к потолку и плевался в него огнем, но по большей части промахивался. Честно сказать, чаще я попадал по себе, чем по нему. Тогда Валенок с бранью поливал меня из огнетушителя, а я млел в потоках пены и радовался, что чешуя драконов огнеупорна.

А погода испортилась. Как говорят в Питере: «Лето у нас выдалось теплое, солнечное, и вот удача — пришлось на выходные!» Но выходные закончились, и настали промозглые серые будни. Пасмурное низкое небо давило на психику и вгоняло в сонливость. Я просыпался и засыпал под шорох и плеск дождя. Холодный ветер выдувал все жизненные силы. В тусклом рассеянном свете даже молодая зелень казалась серой. В НИИ целыми днями горел свет, будто уже наступила осень.

Вместе с погодой что-то нехорошее случилось и со мной. Утром я с трудом поднимался с постели и потом весь день бродил, зевая, как сонная муха. В институте дремал за компом — впрочем, половина тетушек делала то же самое, так что на меня никто особо не обращал внимания. После работы я через силу волокся в метро, а на тренировках вместо огня выдыхал какой-то инертный газ, сильно озадачивший Грега с Валенком.

— Нет, это не огненный выдох, это отрыжка какая-то! — в сердцах сказал Грег после очередной жалкой попытки.

Они с Валенком устроили экстренное совещание, во время которого я откровенно клевал носом за тренерским столом.

— Он надорвался, — сокрушался Грег. — Я его загонял.

— Как же, загонял! Да ты с него только пылинки не сдуваешь, — не соглашался Валенок.

— Нет-нет, он надорвался, я вижу. У него даже аппетит пропал. Что же с ним делать теперь?

— Я вообще думаю, что он просто обленился. Леха, чего тебе не хватает?

— Солнца не хватает, — капризно ответил я, не открывая глаз. — Я метеозависимый. Отправьте меня на юг, и я сразу взбодрюсь.

— Ну, давай слетаем. Дня за два при попутном ветре доберемся.

— Угу, издевайся дальше.

— Кстати, как там с полетами? — спросил Грег. — По-прежнему глухо? Хочешь, сегодня заменим огненную тренировку воздушной?

Я даже не пошевелился. Грег вздохнул.

— Я не могу учить его насильно, — услышал я его голос. — Он спит на ходу и ничего не соображает. Что мне с ним делать?

— Может, он больной? — предположил Валенок. — Смотри, уже и глаза закатил — вот-вот сдохнет. Пора его добить, чтоб не мучился. Леха, может, тебя усыпить?

— Усыпляйте, — покорно согласился я, падая головой на стол.

— А что, это идея, — оживился Грег. — Леха, ты не хочешь впасть в спячку?

— Хочу, — проворчал я.

— Так сегодня вечером и впадай.

От удивления я поднял голову со стола.

— Говорю, впадай на здоровье! Только не забудь сначала превратиться в дракона. Иначе дольше пары дней не протянешь.

— И когда я проснусь?

— Вот уж не знаю. Когда твой организм решит, что восстановился. Обычно недели хватает.

— Да идите вы, — уныло сказал я, решив, что он тоже издевается.

Грег пожал плечами и объявил, что тренировка окончена.

Сама идея впасть в спячку поначалу показалась мне бредовой. Но тем же вечером, из последних сил вползая в квартиру, я решил — что я теряю? Надо попробовать!

Для начала я позвонил начальнице нашего отдела и сказал, что заболел гриппом и раньше чем через неделю не появлюсь. Потом соврал родителям, что уезжаю с другом ловить рыбу в Карелию — просто чтобы не искали меня с милицией, а то мало ли что матушке в голову взбредет. Запер дверь на цепочку, открыл все форточки, отключил газ. Везде выключил свет.

Со всеми этими хлопотами я лишился последних сил. Через силу съел бутерброд и упал в кровать. Теперь самое интересное: смогу ли я поменять облик без помощи Грега?

Тело перетекло в драконье так легко и охотно, будто только этого и ждало. Я обнаружил, что на кровати не помещаюсь, и сполз на пол, раскидывая попутно залежи книг и журналов. Под ними, к моему удивлению, обнаружился ковер. Я свернулся на нем в клубок, подобрал лапы, накрылся хвостом. Оказалось неожиданно удобно. Я гулко вздохнул и закрыл глаза.