Юрий Никитин - Порвали парус

- Неужели ученые не успеют?

- Надеюсь, - ответил я, - успеют. Но давайте лучше примем меры.

Мещерский поинтересовался со вздохом:

- Какой вариант самый худший из всех худших?

Я ответил с трудом:

- Если ничего не предпринимать, негритянское население исчезнет полностью. Потому уже сейчас правительство Штатов… и да и других, где есть эти арроамериканцы и афроевропейцы, должно обратиться к населению к воззванием. Белым и остальным расам вирус не опасен, потому могут безбоязненно уступить на время для афроамериканцев свои подземные бункеры, что приготовили себе и семьям на случай атомной войны.

Лица Бондаренко и Кремнева просветлели, Кремнев даже вздохнул/ с облегчением, а Мещерский сказал торопливо:

- Да-да, это прекрасный вариант!.. Нам нужно выиграть время. А этих бункеров в Америки миллионы. Практически все афроамериканское население можно спрятать… Спасибо, Владимир Алексеевич, я как-то сразу и не подумал…

- Американцы бы додумались, - ответил я. – Они прежде всего о своих кошельках и бункерах думают.

- Мне кажется, - сказал он, заметно оживая, - убежища предоставят с удовольствием. – Всяк любит быть героем и спасителем, когда самому ничего не грозит. А стоимость продуктов, что пожрут негры в бункерах, возместит правительство. Можно будет даже приписать лишний нолик к сумме расходов на спасенных афроамериканцев.

Кремнев уточнил деловито:

- Ветер пойдет через Тихий?

- И через Атлантику, - ответил я.

- Какой раньше?

- Жители тихоокеанского побережья, - ответил я, - пусть начнут передавать афроамериканцам бункера уже сейчас. У них есть в запасе всего пара месяцев. Через Атлантику воздушные потоки и заметно слабее, и двигаются со скоростью стада пасущихся коз.

- Месяца три в запасе?

- Даже четыре, - подтвердил я. – Так что массы воздуха со стороны Тихого, постепенно слабея, доберутся до атлантического побережья почти одновременно с ветром с той стороны планеты.

Мещерский покачал головой, потом его лицо стало строже, спросил совсем другим голосом:

- А что насчет того, кто это создал?

- Эпидемия началась в ЮАР…

- Террористы там?

- Возможно, - согласился я. – Но то, что эпидемия началась оттуда, ничего не значит. Напротив, это как бы алиби. Дескать, раз началось у нас, то это кто-то нас подставляет… Если бы мы разработали этот вирус, запустили бы точно не из России.

- Похоже и на подставу, - сказал он, - с другой стороны… гм… вот создали они вирус, который им точно не повредит… почему не выпустить на свободу сразу?..

- Для эмоционального удовлетворения? – спросил я.

Бондаренко сказал живо:

- А что? Зато можно полюбоваться, как это сволочи мрут в корчах! Тот год, что вчера насрал возле твоего забора, сегодня орет и пускает кровавую пену…

- Нет, - сказал я, - нет. Создал не подросток у которого все на эмоциях, а серьезный человек, а то и не один. К тому же создавал несколько месяцев… Любые эмоции угаснут.

Кремнев буркнул:

- А я некоторых сволочей из детства и сейчас ненавижу.

- У военных, - напомнил я, - и ученых мозги устроены по-разному. Можно сказать, у нас эмоции сильно приглушены, а у кого-то и вовсе ампутированы. Работой, не скальпелем.

Мещерский произнес трезво:

- Если бы в корчах, было бы всего лишь ужасно, но не больше. Нет, мне жалко не мертвецов, а кому они, еще живые, могли бы навредить перед смертью… К счастью, намеренно это сделано или так получилось, но, как я понимаю, вирус просто угнетает центральную нервную систему, вызывает апатию, сонливость, нежелание что-то делать, вообще шевелиться… Большинство из тех, кто был за рулем, просто сворачивали на обочину и останавливались, чтобы вздремнуть пару минут. Только несколько поездов сошли с рельс, да были столкновения грузовых составов, но удивительно мало. Машинисты тоже, не в силах побороть наступающий сон, либо останавливали поезд, либо сообщали вперед по линии о плохом самочувствии… Так что техногенных катастроф почти нет. Тем более, что даже в ЮАР, где победили черные, вся важные службы оставались на белых, которых возили на службу под охраной правительственных войск из черных.

- В общем, - сказал я, - нужно анализировать все версии. У нас группа Мануйленко будет рассматривать варианты мутации вируса, остальные займутся поисками источника заражения. Вариантов два: либо мутирует в безопасную форму по достижении еще нескольких часов или дней, либо успеет убить всех носителей негритянского генома, а потом либо мутирует, либо умрет впадет в летаргический, чтобы вам было понятнее, сон…

Кремнев поинтересовался:

- А третий вариант? Может мутировать в еще более опасную форму?

- Вы не генетик, - ответил я, - иначе знали бы, что такая вероятность один к трем миллиардам. То-есть, вероятность есть, но не стоит тратить время, чтобы ее рассматривать.

Мещерский спросил быстро:

- Какова оснащенность тех, кто создал такую мерзость?

- Вопрос ставите верно, - ответил я. – К счастью, еще не пришли времена, когда вирус такой сложности можно состряпать на коленке. Чтобы сделать даже простейший, нужна прекрасно оснащенная лаборатория, куда должны входить в обязательном порядке такие приборы… Вы записывайте, записывайте!

Мещерский сказал также быстро:

- Все пишется. Нас слушают десяток моих помощников в кабинетах, все сработают моментально!

Я кивнул, начал дотошно перечислять, он внимательно слушал, наконец сказал:

- Да, это впечатляет, хотя я ничего и не понял… А нельзя вычисления сделать в одной стране, материалы для первого уровня обработки в другой, а окончательную работу отладки вируса в третьей? Или хотя бы в разных городах?

- Можно, - ответил я. – Вообще-то ученые так и работают. Сейчас даже для крохотного шажка вперед требуются слаженные усилия больших групп научных работников. Однако…

- Да-да?

- Секретность в таких случаях соблюсти трудно, - напомнил я.

Лицо Мещерского чуть прояснилось.

- Я надеялся, что вы так ответите. Значит, где-то в одном месте прекрасно оборудованная лаборатория с большим штатом работников…

- Или новейшей аппаратурой, - прервал я, - что может автоматизировать простейшие операции, а это высвободит десяток-другой человек.

- А сколько человек необходимо?

Я подумал, прикинул объем работ, покачал головой.

- Не меньше пяти.

- Так мало? – спросил Мещерский.

- Но пятеро будут работать несколько лет, - сказал я. – Если же у них будут сметливые помощники, тоже генетики, то за полгода управились бы.

Бондаренко сказал:

- Надо искать ученых, что исчезли полгода тому?..

- И кто закупал подобное оборудование, - сказал Бронник. – И куда было доставлено.

- Если не в крупнейшие мировые центры, - прорычал Кремнев, - туда можно сразу посылать спецназ. Или лупить по тому месту крылатыми ракетами.