Борис Тененбаум - Великий Черчилль

Жена Асквита Марго, особа весьма колючая, говорила о Ллойд Джордже:

« Он еще ни разу не видел какого-нибудь пояса без того, чтобы не ударить ниже его ».

Про него еще и не то говорили – он считался прохиндеем легендарной пронырливости, обманщиком, демагогом и неистовым бабником.

Тем не менее, всеми признавалось, что человек он способный и энергичный и в военное время показал себя замечательным министром, ответственным за производство боеприпасов, а потом – превосходным военным министром, куда лучше, чем был фельдмаршал Китченер, которого он после его гибели заменил.

В роли премьера Ллойд Джордж тоже обнаружил замечательные качества – и энергию, и ум, и воображение.

И ему были нужны энергичные сотрудники. Начиная с мая 1917 года он начал все чаще и чаще советоваться с Черчиллем. В июле он назначил его на пост министра производства вооружений – тот самый, который в 1916 году занимал он сам. И не пожалел о своем решении – хотя его поносили за это все консервативные газеты. Уинстон Черчилль извлек кое-какие уроки из своего падения с политического олимпа Англии – он перестал пытаться заменять собой все правительство. Вместо этого он взялся за доверенный ему участок и в три месяца реорганизовал его на диво эффективно: вместо полусотни автономных отделов он создал совет, всего из 11 человек, каждый из которых получил свой участок работы. Заодно к деятельности совета были привлечены промышленники, занимавшиеся самим производством боеприпасов, – дело они знали до тонкости и оказались прекрасными советниками и консультантами. Заодно Черчилль ликвидировал все трудовые споры, разрешив деятельность профсоюзов. За более высокую квалификацию рабочим стали приплачивать дополнительные деньги. Грандиозной проблемой была стачка рабочих оружейных заводов. Черчилль встретился с Дэвидом Кирквудом, одним из лидеров забастовщиков. Они поговорили. Все уволенные забастовщики были восстановлены на работе, и через три дня забастовка прекратилась. Черчилль назначил Кирквуда управляющим на заводах Майлс Энд, ответственным за организацию оплаты труда, и тот разработал систему бонусов, которая казалась ему справедливой. Черчилль утвердил ее, не исправив и запятой, – и через три месяца Майлс Энд побил рекорд производительности, показав самый высокий в Британии результат по производству снарядов.

Новый министр вооружений Уинстон Черчилль оказался прекрасным руководителем, у Ллойд Джорджа не было причин сожалеть о сделанном им выборе.

11 ноября 1918 года было подписано перемирие с Германией, положившее конец военным действиям. Вечером этого дня Ллойд Джордж пригласил Черчилля на ужин. Присутствовало еще два человека – Ф.E. Смит, приятель и Черчилля, и Ллойд Джорджа, и сэр Генри Уилсон, начальник имперского Генерального штаба и главный военный советник Ллойд Джорджа.

Сэр Генри в своем дневнике отметил интересный диалог, происшедший за этой дружеской беседой:

« Война окончена. Л.Дж. [Ллойд Джордж] предлагает расстрелять кайзера. Уинстон – против ».

Кайзера не расстреляли.

Окончание Великой Войны в 1918 году Черчилль так и встретил на посту министра вооружений.

K концу войны в его жизни случился к тому же и чисто личный сюрприз. Второй муж его матушки ушел от нее к актрисе Стеллe Патрик Кемпбелл, приятельнице драматурга Б. Шоу.

Однако и матушкa Черчилля не осталась одинокой и вышла замуж в третий раз. Ее муж, его новый «отчим», был моложе Уинстона на три года.

Леди Рэндольф Черчилль и в 64 года не изменила себе.

В 1918 году в Германии был опубликован философский трактат Освальда Шпенглера. По-немецки он назывался «Der Untergang des Abendlandes», что по-русски передавалось как «Закат Западного Мира» или «Закат Европы», и суть его сводилась к тому, что, во-первых, европейская цивилизация не единственно возможная, есть и другие, а во-вторых – она на ущербе, и конец ее уже недалек. Книга имела огромный успех, который наверняка не получила бы еще в 1914 году, какие-нибудь четыре года назад. Вообще говоря, это было довольно понятно.

B 1914 году богатая и процветающая Eвропа ощущала себя единым организмом, где границы были прозрачны, деньги взаимно конвертируемы на основе единого золотого стандарта, и где деньги, товары и люди в принципе довольно свободно циркулировали в едином цивилизационном пространстве.

Европейская « пентархия », известная со времен Меттерниха, в составе трех империй (Германской, Российской и Австро-Венгерской), одной империи, которая еще к тому же была и конституционной монархиeй (Великобритании), и одной республики (Франции) составляла пресловутый « концерт держав ».

Этот « концерт » решал не только все европейские проблемы, но и едва ли не все проблемы мира.

B 1918 году Европа была совершенно другой – Германскaя, Российскaя и Австро-Венгерскaя империи рухнули. Германия стала крайне шаткой республикой, разоренной, обиженной и озлобленной, Австрия развалилась на несколько государств, границы которых были определены более или менее по этническим линиям, причем это « более или менее » было крайне неточным.

Хуже всего пришлось России. Помимо тягостной войны, которую она проиграла, она свалилась сперва в глубокую, очень хаотичную социальную революцию, а потом – в кровавую кашу Гражданской войны, в результате которой просто выпала из сферы европейской политической системы.

Номинальным победителям – Англии и Франции – пришлось ненамного лучше, они понесли огромные потери, и человеческие, и материальные.

Возможно, наиболее тяжелыми последствиями оказались социальная нестабильность и полный дисбаланс системы безопасности.

Когда все уже было окончено, Ллойд Джордж сказал, вспоминая август 1914 года, про тот момент, когда началась Великая Война: «… это были самые роковые минуты для Англии, с тех пор как существуют Британские острова. Мы вызывали на бой самую могущественную военную империю, которая когда-либо существовала… Мы знали, что Англии придется испить чашу до дна. Сможем ли мы выдержать борьбу? Знали ли мы, что до того, как мир в Европе будет восстановлен, нам придется пережить 4 года самых тяжелых страданий, 4 года убийств, ранений, разрушений и дикости, превосходящих все, что до сих пор было известно человечеству? Кто знал, что 12 миллионов храбрецов будут убиты в юном возрасте, что 20 миллионов будут ранены и искалечены. Кто мог предсказать, что одна империя [Британская] вынесет потрясения войны; что три других блестящих империи мира будут раздавлены вконец и их обломки будут рассеяны в пыль, что революции, голод и анархия распространятся на большую половину Европы ».