Наталья Богуненко - Музруков

Аварии на комбинате, по мере ввода в строй новых реакторов, все же не прекращались, но становились менее трагическими событиями. Накапливался опыт эксплуатации этих сложных установок, при ликвидации различных ЧП можно было работать не в такой спешке, как раньше. Постепенно улучшалось оборудование, создавались различные приспособления, помогавшие в работе на аварийном объекте, становился более строгим дозиметрический контроль. И тем не менее в этих ситуациях от персонала всегда требовались мужество, хладнокровие, решительность. Такие качества поддерживал в людях Борис Глебович, так он вел себя сам. Понимая, что наиболее правильным решением всех проблем с возможным переоблучением персонала будет улучшение условий труда на комбинате, Б. Г. Музруков очень быстро после завершения первого, самого тяжелого этапа работ на предприятии начал его развитие именно в этом направлении.

Под руководством главного инженера Б. В. Громова на заводе «Б» проводилась большая поисковая работа. В промышленных условиях создавались новые эффективные технологии, генерировались одна за другой перспективные идеи, осуществление которых изменяло первоначальные технологические схемы.

При этом условия труда на заводе оставались очень тяжелыми. Здание и установки были спроектированы без учета высокой радиоактивности перерабатываемых материалов. Санпропускник, то есть специальное помещение, где производился бы контроль за уровнем облучения персонала, закончившего смену, практически отсутствовал. Небольшая душевая не отвечала самым простым нормам защиты от загрязнений активными веществами. В результате они проникали на все радиационно-чистые участки производства и даже выносились в город.

В 1950 году на заводе по решению Б. Г. Музрукова был проведен ремонт. Попытались разделить зоны работ с разной степенью радиационной опасности, улучшить санитарно-бытовой режим в помещениях. В условиях действующего производства существенно исправить положение не удалось. Как тогда Музруков решил вопрос с этим производством, рассказывает М. М. Башкирцев: «В качестве наиболее яркого примера заботливого отношения Бориса Глебовича к людям и директорского умения решать сложные насущные проблемы можно упомянуть постановку им вопроса о строительстве нового, очень крупного производственного объекта взамен действующего.

А произошло это так. В начале 1951 года при проведении еженедельных оперативных совещаний на радиохимическом заводе неоднократно обсуждался вопрос о необходимых мерах по улучшению условий труда. Это производство хотя и было еще совсем новым (прошло только около трех лет после строительства и ввода его в эксплуатацию), но выявились существенные трудности в обеспечении нормальных условий труда. В них не было ничего удивительного, так как в связи с большой важностью и срочностью производство создавалось без должной отработки технологии и аппаратуры на крупномасштабных опытных установках. Наоборот, можно было поражаться тому, что такое сложное и тонкое производство в кратчайшие сроки было создано и успешно работало. Однако особенности аппаратурного оформления технологического процесса вынуждали часто отключать отдельные аппараты для их ремонта, для замены или восстановления их частей. При этом приходилось такое оборудование освобождать и тщательно очищать от высокоагрессивных и токсичных химических веществ.

Во время проведения таких работ трудно было уберечься от загрязнения атмосферы и различных поверхностей в производственных помещениях, что ухудшало условия труда обслуживающего и ремонтного персонала. Несмотря на осуществление целого ряда крупных мероприятий по реконструкции оборудования, добиться коренного улучшения условий труда не удавалось. Чтобы не допустить возникновения профессиональных заболеваний, приходилось прибегать к сокращению продолжительности рабочего дня на некоторых рабочих местах (это крайне усложняло управление производством) и применять другие профилактические меры.

В такой обстановке на одном из очередных оперативных совещаний (приблизительно в апреле 1951 года) обсуждались дальнейшие меры по улучшению условий труда на описанном выше объекте. В высказываниях специалистов прозвучала мысль о том, что никакой реконструкцией существующего оборудования не удается — и не удастся — достигнуть решающих результатов, так как архитектура самого здания и особенности размещения оборудования не позволяют добиться существенного улучшения организации технологического процесса и радикального усовершенствования аппаратуры. Чтобы кардинально изменить положение, пришлось бы построить новое производство! Наверное, из опасения выглядеть не очень реалистичным никто, собственно, даже не пытался сформулировать такое предложение, поэтому оно и не обсуждалось. Все ведь понимали, что в тяжелых условиях послевоенного периода сама постановка этого вопроса казалась не совсем серьезной, хотя бы в силу того, что стоимость нового производства такого типа была не меньше стоимости крупного металлургического завода.

По окончании этой памятной оперативки Борис Глебович, как обычно, задержался с руководителями производства и еще долго что-то обсуждал с ними. А вечером того же дня я получил срочное задание подготовить письмо в министерство с развернутым обоснованием необходимости строительства этого самого нового производственного объекта и с изложением возможностей для разработки проекта более совершенной конструкции здания и более рационального размещения усовершенствованного оборудования. Нужно было обосновать также необходимость использования существующего производства после пуска нового в качестве экспериментального для предварительной проработки различных усовершенствований технологического процесса. Использовался и довод о необходимости расширения объемов производства. Мне приказано было побеседовать по этому вопросу с наиболее авторитетным специалистом — руководителем производства — и через три дня представить подготовленный документ на подпись Борису Глебовичу. В такие сжатые сроки выполнялись тогда важные поручения. Хотя я и не очень верил в быстрое решение столь сложного вопроса, но отнесся к нему серьезно, так как с инженерной точки зрения он был очень интересен. По завершении моей работы Борис Глебович внес только одно небольшое, но очень существенное дополнение о том, что разработка проектного задания на основе изложенных в письме основных принципов может быть в кратчайшие сроки выполнена самим предприятием, для чего будет выделено (с временным освобождением от других работ) до десяти наиболее квалифицированных специалистов.