Наталья Богуненко - Музруков

В 1997 году журналист Виталий Губарев беседовал на комбинате с его тогдашним директором В. И. Фетисовым. Вот фрагмент этой беседы:

«— Был у нас директором Борис Глебович Музруков. Он пришел в 47-м и в 53-м уже ушел. Когда пришел, ему было 43 года. А ведь при нем построено семь реакторов, вся радиохимия. Весь 20-й завод, то есть плутониевое производство, построен, по сути, весь комбинат. А дальше начинались лишь “эпизодические” вещи, хоть и довольно крупные: остекловывание отходов, перевод производства на переработку топлива… Да, это были крупные мазки, но не более того, а основную картину написали при Музрукове…

— Значит, для вас именно Музруков идеал директора?

— Нет, не могу ни о нем, ни о том времени судить! Нет у меня такого права… Музруков — это махина, это великий человек, и я могу только преклоняться перед такими людьми! И должности у нас разные, хоть и называются одинаково…»

Итоги той невероятной эпопеи, результатом которой стало создание в СССР первых образцов атомного оружия, теперь имеют право подводить ветераны отрасли.

Л. П. Сохина: «Что же способствовало удаче в ядерном проекте? Здесь много факторов: высокий уровень исследований в области физики, героическая работа ученых в других направлениях, самоотверженный труд сотен тысяч строителей, монтажников, рабочих, инженеров, конструкторов, военных и узников сталинских лагерей. Но самым главным в быстром решении проблемы была эффективно действующая система организации».

В центре этой системы, непосредственно участвуя в решении всех разносторонних и многочисленных проблем, все успевая и ничего не упуская, помогая людям и организуя их на максимально эффективную работу, всегда находился Борис Глебович Музруков.

Два года, проведенные в Москве, позволили Борису Глебовичу хоть немного перевести дух после чрезмерно напряженных лет работы на Уралмаше и на комбинате «Маяк». Здесь же он окончательно убедился, что обязанности чиновника, даже и самого высокого ранга, ему не по душе.

Конечно, за 1953–1955 годы Музруков как начальник Четвертого, очень важного главка в Минсредмаше успел сделать многое. Он организовывал и контролировал работу радиохимических комбинатов, подобных «Маяку», на всей территории СССР, внес большой вклад в создание системы подготовки специалистов этой области. Но заводская, по-настоящему живая жизнь теперь была только в командировках. Ходить по ковровым дорожкам в кабинетах и коридорах московских министерств ему, так скучавшему без общения с производственными коллективами, становилось все тяжелее.

Кроме того, в 1955 году В. А. Малышева на посту министра среднего машиностроения сменил А. П. Завенягин. С ним у Б. Г. Музрукова, по всей видимости, хороших личных контактов не сложилось. Так что предложение перейти на работу в КБ-11 подоспело вовремя. Да и для этого важного секретного объекта назначение Бориса Глебовича директором имело большое значение.

А. Д. Захаренков, заместитель министра среднего машиностроения, Герой Социалистического Труда, вспоминал: «Он пришел сюда (в КБ-11. — Н. Б.), когда организация опытноконструкторских работ большого экспериментального производства, планирование научных исследований требовали твердого и очень опытного руководителя. И ученые, во главе с Юлием Борисовичем Харитоном, попросили тогда министерство направить в институт Бориса Глебовича Музрукова».

Из выступления Ю. Б. Харитона 12 октября 1979 года на вечере, посвященном семидесятипятилетию Б. Г. Музрукова:

«В некий момент 1955 года опять возник вопрос о назначении начальника нашего объекта. Предлагался ряд кандидатур, но я, хорошо зная Бориса Глебовича, отчетливо чувствовал, что именно Борис Глебович является тем человеком, который нам нужен. В это время объект переживал период роста, предстоял фундаментальный, так сказать, его расцвет, это было возможно при решении ряда существенных новых проблем. Я получил санкцию руководства министерства переговорить с Борисом Глебовичем. Пришел к нему в кабинет и как-то очень остро почувствовал, что его приход к нам является абсолютной необходимостью.

Переговорив с Борисом Глебовичем, я с чувством глубокого облегчения получил его согласие на приезд сюда в качестве начальника объекта. И вскоре он приехал и с той же энергией, с которой брался за работу на Уралмаше и “Маяке”, взялся за весь сложный комплекс задач по работе и развитию нашего объекта».

Согласие Бориса Глебовича возглавить КБ-11 многое значило и для самого института, и для города, который строился рядом с ним.

С 1946 года здесь сменилось два директора. В 1951 году, когда по болезни оставил свой пост первый директор КБ-11 П. М. Зернов, на эту должность был назначен А. С. Александров. В 1955 году его перевели в Москву. КБ-11, чрезвычайно важный объект в атомной отрасли страны, остался без начальника.

К этому времени коллектив КБ-11 приступил к новым задачам огромной сложности, порученным ученым и производственникам правительством страны. Задачи эти были тесно связаны друг с другом, образуя разветвленный комплекс, и от их успешного разрешения в конечном итоге зависело создание ядерного щита СССР. Роль начальника объекта в этой важнейшей работе трудно переоценить.

Сознание важности предстоящего дела оказывалось сильнее всех обстоятельств чисто житейского плана. Бориса Глебовича не пугала необходимость сменить столицу на глубокую провинцию, отлаженную министерскую службу — на беспокойные обязанности руководителя большого научно-производственного коллектива. Даже состояние здоровья, которое заметно ухудшилось после работы на Урале, не повлияло на принятие решения. На новую работу он поехал один. Анна Дмитриевна и дети (кроме старшего сына, проживавшего в Челябинске-40) остались в Москве.

Чтобы оценить масштаб задач, которые предстояло теперь решать Музрукову, нужно обратиться, хотя бы в общих чертах, к истории создания и работы уникального предприятия — КБ-11.

Первый ядерный центр СССР начал свою жизнь в лесах Мордовии в 1946 году. Постановление о его создании было принято правительством страны одновременно с документом об отведении земель для строительства Базы-10 (комбината «Маяк»), Такой параллелизм не удивителен: после августа 1945-го предприятия и учреждения атомной отрасли начинали строиться одновременно по всей стране.

Задача, поставленная государством перед небольшим тогда коллективом научных сотрудников, конструкторов, инженеров и рабочих, формулировалась коротко: создать первый опытный образец советской атомной бомбы. На этом конкретном направлении, как мы уже знаем, объединялись усилия многих институтов, конструкторских бюро, заводов и фабрик под руководством Первого Главного управления при ГКО СССР.