Пол Баррел - Королевский долг

Для королевы, так же как для ее прапрабабушки королевы Виктории, Балморал стал идеальным местом отдыха. Королева очень любит природу, для нее нет ничего приятнее, чем бродить по этим задумчивым шотландским долинам. Если считать, что Букингемский дворец — ее штаб-квартира, Виндзорский замок — место, куда она уезжает на выходные, Сандринхем просто создан для охоты, в некоем идеальном мире Балморал был ее настоящим домом.

Внутри этих стен из серого камня, оплетенных плющом, кажется, замерло само время. На тисненых обоях в просторных залах все еще красуется вензель королевы Виктории — VRI, а мрачные коридоры застелены зелеными ковровыми дорожками (с рисунком «Охотящийся Стюарт»). Тут все проникнуто любовью к сельской жизни. Удочки, рыбацкие сети и чучела птиц, украшают залу со старинными часами, стоящими на черно-белом мраморном полу, со стен каждого коридора смотрят головы оленей, убитых во время охоты прежними монархами, а рядом висят картины Лаидсе-ера, на которых спаниели мчатся за оленями по вересковым пустошам.

Жизнь в Балморале была простой: к столу подавали лосося, пойманного в реке Ди, и мясо оленей, подстреленных во время охоты. Ягоды для пудингов — черника, малина и ежевика — росли возле замка. Обеды в Балморале всегда обходились довольно дешево. В своей частной резиденции королева сама платила по счетам, а потому старалась как можно больше сократить расходы. Собак кормили тем, что оставалось от королевских ужинов. А сама королева ходила по замку и выключала свет в пустых комнатах, чтобы экономить электричество. По утрам она включала электрический камин на минимум. Королева вообще легко переносит холод. Она почти всегда на ночь распахивает окно в своей спальне настежь. В середине октября — а в Шотландии холодает рано, — ее горничные не раз обнаруживали утром снег на ковре под окном. Собаки, как могли, жались к еле теплому электрокамину.

В моей комнате было не менее холодно. В октябре королевский замок, где не было центрального отопления, напоминал мне дом в Грассмуре, где прошло мое детство: такой же холодный линолеум на полу и обледеневшие изнутри стекла.

В детстве я царапал на замерзшем стекле свое имя. В Балморале тоже есть похожая традиция: когда сюда приезжают на медовый месяц новобрачные из королевской фамилии и останавливаются в апартаментах для гостей королевской крови, они выцарапывают свои имена на оконном стекле алмазами в обручальных кольцах.

К концу 1979 года в прессе заговорили о возможной новой свадьбе. Оставалось выбрать подходящую принцессу Уэльскую.

ВЛЮБЛЕННАЯ ПРИНЦЕССА

— Вы заблудились? — спросил я гостью, у которой на лице застыла растерянность. — Я могу вам чем-нибудь помочь?

— Да. Простите , пожалуйста. Вы не могли бы проводить меня до моей комнаты? — ответила молодая девушка.

Она стояла передо мной посреди слабо освещенного коридора на первом этаже, куда она забрела субботним сентябрьским утром 1980 года. Мы были в замке Балморал. Я заметил ее по пути к лестнице, направляясь в коридор королевы. Девушка читала имена гостей на специальных карточках, вставленных в медные держатели на каждой двери, где остановились гости. Я узнал ее — вчера вечером я относил чемодан в отведенную ей комнату на втором этаже. Потеряться здесь было немудрено. Коридоры похожи как близнецы. Повсюду одинаковые деревянные двери, ковры в зеленую клетку, бежевые тисненые обои, на стенах — головы оленей с ветвистыми рогами. В замке было тихо. Принц Чарльз был с герцогом Эдинбургским принцы Эндрю и Эдвард выслеживали оленей. Королева-мать и принцесса Маргарет обычно не показывались из своих комнат до самого полудня. Королева сидела в своей гостиной.

Пока мы поднимались по лестнице, девушка еще раз извинилась. Она смущенно улыбнулась и сказала: « Простите меня, пожалуйста. Так трудно сориентироваться, когда ты впервые находишься в незнакомом месте».

Когда мы подошли к ее комнате, я успокоил ее: «Не беспокойтесь. Все в порядке. Если вам что-нибудь понадобится, сразу спрашивайте. Здешние слуги очень свойские ребята».

Она поблагодарила меня, вошла в свою комнату с узкой кроватью и закрыла за собой дверь. На дверной табличке было написано: «Леди Диана Спенсер». На двери соседней комнаты было написано: «Его Королевское Высочество Принц Уэльский». Когда леди Диана в прошлый раз, в августе, приезжала сюда, она жила со своей сестрой Джейн, которая вышла замуж за сэра Роберта Феллоуза, помощника личного секретаря королевы, в коттедже для гостей, который находится в миле отсюда. Так что она уже второй раз была в поместье Балморал, но впервые непосредственно в замке, и теперь ее считали гостьей принца Чарльза в числе его прочих друзей.

Полин Хиллиер, горничная в Детском крыле, зашла в комнату для прислуги на первом этаже, держа в руке вешалку с длинным вечерним платьем черного цвета. Я пил кофе. «Вот платье моей госпожи. Она привезла с собой только одно платье, а пробудет здесь три дня. Что же ей теперь делать?» — сказала она, беспокоясь за леди Диану Спенсер, которая работала в детском саду в Лондоне.

Другие гостьи в этом замке привезли с собой много вечерних платьев, поэтому слуги волновались, что леди Диана будет чувствовать себя неловко. Ей было всего девятнадцать лет — совсем еще молоденькая девочка в кругу мужчин и женщин королевской крови, которым было за тридцать и за сорок.

Гостю, который приехал сюда впервые, и так было о чем поволноваться — не только о своем гардеробе. Перед новичком, прибывшим в этот замок, вставало много проблем: как обращаться к членам королевской семьи; в какое время приходить на обед или ужин; как вести светскую беседу за обедом; как произвести благоприятное впечатление. Впрочем, леди Диане повезло — вечера выдались на удивление теплыми, и никто не заметил ее просчета. Она надела это платье всего лишь один раз, потому что в остальные вечера все собирались в бревенчатом домике для барбекю — его королева подарила герцогу Эдинбургскому на серебряную свадьбу.

Для прислуги леди Диана была всего лишь очередной гостьей тридцатидвухлетнего принца Чарльза. Она была тихая, часто краснела, и в ней не было ничего необычного. Прислуга заметила только, что Диана была хорошенькой, вежливой, без всякой напыщенности — и что ее гардероб не соответствовал положению богатой леди, которую пригласил сюда сам наследник трона.

Придворные дамы изучили скудный гардероб девушки, которую потом будут называть леди Ди, и заказали для нее одежду и обувь в одном из лондонских магазинов: ярко-голубую юбку, пиджак без воротника, белоснежную блузку с воротником-стойкой и туфли в тон. У будущей принцессы не было ничего подходящего для торжественного случая, поэтому к 24 февраля, когда в Букингемском дворце должны были публично объявить о ее помолвке с принцем Чарльзом, срочно понадобился красивый, но официальный наряд.