Яков Кумок - Губкин

В сентябре восемнадцатого прервалась связь с Баку; там произошел переворот, власть захватили мусаватисты.

«Настала зима 1918/19 года, — в воспоминаниях Ивана Михайловича звучат трагические нотки. — Голод и холод сковали красную столицу. Улицы ее были завалены сугробами снега. Обычное трамвайное движение приостановилось. Электричество по вечерам потухало иногда на целые часы. Большинство домов не отапливалось; в них полопалось отопление и засорилась канализация. Не было ни дров, ни угля, ни нефти».

Когда потеплело, Иван Михайлович поехал разведывать поволжские сланцы.

Ближе к осени наведать его приезжали Ф.Д. Сыромолотов, председатель Высшего горного совета ВСНХ, и В.П. Ногин.

Возвратясь в Москву, они рассказали Ленину об успехах губкинекой экспедиции.

Владимир Ильич пригласил Губкина к себе для беседы.

«Я и до этого много раз видел Владимира Ильича во время его выступлений, но все это было издали. Меня увлекали его огненные слова, скованные стальной логикой».

Вот и приближается момент, впоследствии множество раз изображенный художниками, описанный биографами и журналистами, момент, без которого невозможно понять расцвет губкинского дарования в последнее двадцатилетие, Губкинское упорство и размах губкинских начинаний.

Еще несколько шагов, и он войдет в кабинет, увидит кожаные кресла, небольшой письменный стол, шведские шкафы, набитые книгами, громадную карту России, висевшую на стене…

Увидит Ленина.

«Идя в Кремль к Владимиру Ильичу, мы захватили с собой продукты, которые были получены из сланцев и сапропелей в наших тогда малюсеньких лабораториях.

Тов. Фотиева — секретарь В.И. Ленина — просила нас не задерживать слишком долго своими разговорами Владимира Ильича.

Владимир Ильич принял нас в своем кабинете, расположенном за залом заседаний СНК. Я внутренно побаивался этой встречи, боялся за себя, как бы в чем-нибудь не осрамиться. Я никогда не забывал о той разнице, которая существовала между мной, рядовым работником, и великим человеком громадного ума и железной воли, руководившим невиданной в истории человечества революцией, рвущей оковы старого буржуазного мира и закладывающей основы нового человеческого общества, освобожденного от ига капитала и всяких видов угнетения одного человека другим.

Но подобное состояние продолжалось недолго. Перед собою я увидел милого, простого товарища, как-то сразу сумевшего так подойти ко мне, что все страхи прошли. Я увлекся беседой, чувствовал, что Ильич слушал меня с большим интересом. Сначала мы разговаривали сидя, а потом все встали и продолжали горячий разговор.

Тов. Фотиева несколько раз входила, давая понять, что пора нашу беседу кончать, ибо Ильича в приемной ждало еще много народу. А мы в это время демонстрировали перед Ильичей бензин, керосин, полученные из сланцевой смолы, парафин, полученный из сапропеля. Владимир Ильич сразу оценил своим прозорливым умом, какое значение могут получить горючие сланцы и болотный ил гниения (сапропель) в экономике нашей страны, и обещал полную поддержку новому делу. При прощании со мной он дал мне право обращаться прямо к нему в случае возникновения важных, безотлагательных дел. Об этом он всегда помнил. Я этим правом не злоупотреблял и беспокоил Владимира Ильича только в исключительных случаях, когда без его помощи нельзя было обойтись. Развитию сланцевого дела в Советской стране он помогал вплоть до своей смерти и защищал его всею силою своего авторитета».

Было имя огромное, как мир.

Ленин…

ТЕЛЕГРАММА К.А. МЕХОНОШИНУ

24 апреля 1919 года

«Крайне странно, что Вы посылаете только хвастливые телеграммы о будущих победах. Обсудите немедленно:

первое — нельзя ли ускорить взятие Петровска для вывоза нефти из Грозного;

второе — нельзя ли завоевать устье Урала и Гурьева для взятия оттуда нефти, нужда в нефти отчаянная.

Все стремления направьте к быстрейшему получению нефти и телеграфируйте подробно.

Ленин [4] В.И. Ленин, Полн. собр. соч., изд. 5-е, т. 50, стр. 288. .

ТЕЛЕГРАММА В РЕВВОЕНСОВЕТЫ ПОВОЛЖЬЯ

26 апреля 1919 года

«Ввиду критического положения с жидким топливом запрещается под страхом строжайшей ответственности кому бы то ни было расходовать и отпускать жидкое топливо без разрешения Главнефти. Виновных в самовольном захвате и расходовании жидкого топлива предписывается немедленно предавать революционному суду.

Предсовобороны Ленин» [5] Ленинский сборник т. XXIV, стр. 71–72. .

О СРОЧНОЙ ПЕРЕВОЗКЕ НЕФТЕПРОДУКТОВ ПОСТАНОВЛЕНИЕ СОВЕТА ОБОРОНЫ

29 апреля 1919 года

«Угроза Колчака Волге обязывает принять срочные меры к выводу нефтяных продуктов с угрожаемого плеса и своевременного провода через угрожаемый плес нефтепродуктов, предназначаемых для верхних пристаней.

Для успешного выполнения указанных задач предписывается:

1) Главному нефтяному комитету немедленно послать своих представителей на пристани Волги для слива нефтепродуктов в баржи и проводки судов с нефтепродуктами;

2) Главводу дать необходимые наливные суда и буксиры по соглашению с Главконефтью;

3) Всем военным и гражданским властям оказывать полное содействие представителям Главконефти и отнюдь не препятствовать их распоряжениям по наливу и движению судов.

Неисполняющие настоящее постановление подлежат суду военно-революционных трибуналов по законам военного времени.

Председатель Совета Обороны

В. Ульянов (Ленин)» [6] Там же, т. XXXIV, стр. 126.

ТЕЛЕГРАММА ЦАРИЦЫНСКИМ ОРГАНИЗАЦИЯМ О ВЫВОЗЕ НЕФТИ

25 июня 1919 года

«Совет Рабоче-Крестьянской Обороны предписывает немедленно принять самые энергичные меры к вывозу из Царицына в Саратов всех запасов нефтяных продуктов, согласно распоряжений Главконефти. О принятых мерах, а также о каждой отправке сообщать по телеграфу по прямому проводу вне очереди в Высовнархоз и Главконефть. Никакое расходование нефтепродуктов, без разрешения Главконефти недопустимо. Виновные в неисполнении будут предаваться суду.

Предсовобороны Ленин» [7] Ленинский сборник, т. XXXIV, стр. 183. .

ИЗ ПОСТАНОВЛЕНИЯ «О ПРИЧИСЛЕНИИ ВСЕХ РАБОЧИХ И СЛУЖАЩИХ ГЛАВНОМ ЛЕСНОМ, ГЛАВНОМ УГОЛЬНОМ, ГЛАВНОМ НЕФТЯНОМ, ГЛАВНОМ ТОРФЯНОМ И ГЛАВНОМ ТОПЛИВНОМ КОМИТЕТАХ К РАЗРЯДУ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ, С ОСТАВЛЕНИЕМ НА МЕСТАХ ПРЕЖНЕЙ СЛУЖБЫ»

27 июня 1919 года

«Вследствие исключительной важности беспрерывной работы всех учреждений и предприятий по добыче и распределению топлива Совет Рабочей и Крестьянской Обороны постановил: