Владимир Сухомлинов - Генерал В. А. Сухомлинов. Воспоминания
- Название:Генерал В. А. Сухомлинов. Воспоминания
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Издательство «Питер»046ebc0b-b024-102a-94d5-07de47c81719
- Год:2015
- Город:СПб.
- ISBN:978-5-496-01663-6
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Сухомлинов - Генерал В. А. Сухомлинов. Воспоминания краткое содержание
Царский военный министр, которого судил царь, посадил Керенский, а освободил Ленин.
Под руководством Владимира Александровича Сухомлинова Россия вошла в Первую мировую войну, чтобы исчезнуть в ее пламени и хаосе революции. А сам он закончил свою карьеру презираемым арестантом, подвергнутым в обществе остракизму.
«Никогда Россия не была так хорошо подготовлена к войне, как в 1914 году», – написал в своей книге В. А. Сухомлинов.
Освобожденный большевиками, он очень вовремя уехал за рубеж, чтобы оставить нам свои мемуары, которые в России практически не издавались.
Мемуары Сухомлинова – это воспоминания офицера и военного министра о русской армии. Это воспоминания царского слуги о государе и власти. Это мемуары «узника совести» о тюрьме, от которой его не уберегли ни чины, ни заслуги.
Военных сажали и осуждали задолго до 193 7 года. Когда Сухомлинова арестовали, Сталин еще сидел в своей сибирской ссылке.
Уверен, что мемуары Сухомлинова добавят много новой информации для вашего понимания истории нашей Родины.
Составьте свое собственное мнение…
Генерал В. А. Сухомлинов. Воспоминания - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Среднеевропейский Тройственный союз он хотел заменить восточно-западным. Была ли эта идея продуктом его собственного ума – я не знаю.
Личное мое знакомство с графом Витте состоялось тогда, когда он уже не был активным государственным деятелем. Если же это была именно его мысль, что я вполне допускаю, то она, очевидно, совпала с тем, о чем думали и что собирались исполнить как император Вильгельм, так и наш государь. Именно, когда Витте возвращался из Портсмута в Европу, император Вильгельм, имевший в виду наградить его орденом за торговый договор, просил на это разрешения государя и телеграммой 11 сентября 1905 года спрашивал: «Осведомлен ли он о нашем договоре? Могу ли я сказать ему об этом, если он не осведомлен?»
Государь на это ответил: «До сих пор уведомлены относительно договора великий князь Николай, военный министр (Редигер), начальник Генерального штаба (Палицын) и Ламздорф. Ничего не имею против того, чтобы ты сказал о нем Витте»…
У Вильгельма был в этом отношении совершенно определенный план, о чем свидетельствует интимная переписка 1904–1907 годов между русским и германским государями, теперь опубликованная.
Эти секретные документы хранились в Собственной его величества канцелярии и, пока переписка велась, никому из русских министров не были известны. По-видимому, и германский император вел эту переписку без ведома своих министров.
В 1908 году, когда я принимал должность начальника Генерального штаба, ни от одного из этих лиц об этом договоре я не слыхал ни слова, а граф Витте о «комбинации» сообщил мне значительно позже, уже незадолго до войны. В Потсдаме германский император не обмолвился об этом ни единым словом, а я был у него года за два до вспыхнувшей войны.
Можно предполагать поэтому, что он дело это считал выдохшимся.
В 1912 году я был с женою в Эрмитаже на представлении пьесы великого князя Константина Константиновича «Царь Иудейский». В антракте, за чаем, мы встретились с супругами Витте. Граф, оставив наших жен разговаривать, отвел меня в сторону и спросил, не пришлось ли мне говорить с государем о том, что он, Витте, мне высказывал о союзе с Германией. Я ответил ему, что не говорил, потому что государь не любит, чтобы министры вмешивались в специальные вопросы других министерств, а это ведь чистая политика.
– Это я знаю, – возразил мне граф, – но считаю, что они вас касаются как военного министра. Мне хорошо известно, какое наследство вы приняли, какие вам палки в колеса ставят в вашей работе и как вам помогает Владимир Николаевич (Коковцов).
– Ведь мы же не можем воевать при таких условиях, но избежать войны сейчас должны во что бы то ни стало. Я вижу единственный выход – союз с Вильгельмом, который, повторяю вам, очень к этому склонен.
– Имейте в виду, что финансовый барометр, один из наиболее достоверных показателей политической погоды, настойчиво идет влево, перешел уже «переменно», подвигается к дождю и буре. Попробуйте доложить государю мой разговор с вами в форме неофициального доклада.
Я так и сделал. Когда Николаю Александровичу что-нибудь не нравилось при докладе или он желал прекратить разговор, то начинал, обыкновенно, приводить в порядок и без того находившийся в идеальной аккуратности письменный стол – выравнивал карандаши и перья, футляры с мундштуками, портреты в рамочках и прочее.
Так было и в этот раз. Государь, выслушав меня, только спросил: «А вы не знаете, говорил Витте об этом с министром иностранных дел?»
Смысл этого вопроса был мне ясен, и разговор был окончен.
Как в России, так и в Германии эта личная миролюбивая попытка монархов могущественных держав до настоящей войны была тайной не только для широкой публики, но и для высших представителей правительства.
В 1917 году, в журнале «Былое», из неизданной до того переписки между императорами Вильгельмом II и Николаем II обнародованы 60 документов, проливающих свет на это высокого исторического интереса дело.
Профессор Е. Тарле в своем предисловии к документам дает такой отзыв об императоре Вильгельме: «Перед нами человек, зорко и умело соблюдающий интересы своей родины, ставящий себе точную дипломатическую задачу и неуклонно стремящийся к ее разрешению. Ему нужно во что бы то ни стало образовать против Англии союз трех великих континентальных держав; достижение этой цели в момент, с которого начинается попавшая в мои руки переписка, значительно облегчено тем, что Россия находится в войне с Японией и в резкой дипломатической вражде с Англией. Значит, речь идет только о том, чтобы заставить Францию порвать заключенное с Англией 8 апреля 1904 года соглашение и примкнуть к русско-германской комбинации».
Вильгельм отлично сознавал, что этого не так легко достигнуть. С 1894 по 1903 год он усиленно старался задобрить Францию, ликвидировать ее вражду, заживить раны 1870–1871 годов. Все дипломатические тонкости политического флирта с его стороны были пущены в ход и во время фашодского инцидента 1898–1899 годов, бурской войны 1899–1902 годов и вообще во всем тоне сношений министерств иностранных дел. Одно время можно было даже думать, что не за горами и полное согласие, а там и союз… Но как только дело доходило до фактического осуществления, все шло прахом. Когда же на английский престол вступил Эдуард VII, в особенности со времени образования в 1904 году «entente cordiale», император Вильгельм понял, что надо менять курс – заключить сперва тайно формальный договор с Россией, а после того заставить Францию считаться со свершившимся фактом.
Если бы это удалось, то игра была бы выиграна: открытые карты выяснили бы, что Франции надо присоединиться к континентальному союзу, иначе ей предстоит борьба с Германией в одиночку и в ближайшем будущем. Такой план, понятно, должен был храниться в строжайшей тайне, в этом Вильгельм видел залог успеха, а Николаю II, ввиду неупраздненного договора с Францией, иначе было нельзя.
До 1906 года переписка императоров свидетельствует о дружеских личных отношениях, но затем она становится более сдержанной, подчас даже сухой, что объясняется влиянием короля Эдуарда на русское правительство.
Это охлаждение прогрессировало до такой степени, что, сокращаясь постепенно, корреспонденция стала неискренней. Тайное соглашение выдыхалось, и проектируемый союз не осуществился. Это было во вред России и Германии и на благо Англии и Японии.
В 1912 году снова наступило для России положение, которое делало наше военное бессилие болезненно чувствительным. При этом Россия готовилась к празднованию столетия изгнания «корсиканца». Чем выше вздымалась национальная волна в Москве, тем возбужденнее относились руководящие круги к бездеятельности русской политики по случаю Балканской войны. Мнимое братание, происходившее между Германией и Россией при заложении памятника «битвы народов» в Лейпциге, обставленное военной помпой, в русском обществе не вызвало никакого сочувственного эха, а переговоры в Потсдаме, в которых принимали участие Сазонов и Кидерлен-Вехтер, были приняты сочувственно лишь в ограниченных кругах. Между Германией и Россией стоял тогда стеной русско-германский торговый договор… Казалось, точно Германия совершенно забыла, что ее освобождение от ига корсиканца сто лет тому назад стало возможным лишь при помощи, которую император Александр I оказал королю прусскому.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: