Брет Харт - Хитман

Я никак не мог забыть Брайана. Ему было 35, и у него осталось пятеро детей. Он отправился спать, не зная, что его жена только что узнала, что беременна шестым. " Летающий " Брайан теперь парил в небесах с ангелами. Я прочитал " Отче наш ", обращаясь к оранжевому канзасскому небу, и добавил немного от себя: " Боже, возможно, я больше не окажусь в этом месте. Пожалуйста, дай мне вернуться домой в целости и сохранности ".

Несколькими днями спустя я оказался в Лос - Анджелесе для выступления в Mad TV, где я договорился встретиться с Эриком Бишоффом, который был в городе проездом. Он заверил меня, что по - прежнему заинтересован во мне, но сможет начать переговоры, только когда WWF твердо скажут, что они готовы меня отпустить. Эрик объяснил, что между WWF и WCW идут непрекращающиеся судебные разбирательства, которые начались, когда Алундра Блэйз, обладательница титула чемпионки WWF, появилась на Nitro и выбросила пояс WWF в мусорное ведро. Поскольку на поясе был виден логотип WWF, Винс подал на WCW в суд за нарушение авторских прав. В новом иске Винс обвинял Эрика в тайных переговорах с Холлом и Нэшем, якобы Эрик уговорил их нарушить контракты с WWF, чтобы они могли перейти к нему.

Я не говорил Эрику, что Винс предлагал мне свою помощь в переговорах, но заметил, что Винс разрешил мне уйти, как мне будет удобно, хоть действующим чемпионом. Эрик четко дал понять, что ему без разницы, уйду ли я как чемпион или нет, он просто посоветовал мне уйти с миром.

12 октября я защитил титул в Сан - Хосе в многостороннем матче с Ледяной Глыбой, Хантером и моим другом Шэмроком. Шон был приглашенным рефери. После матча, в раздевалке, я в присутствии Джима Нейдхарта и Кена произнес речь Шону, зная, что мы с ним встретимся в матче за пояс на Survivor Series " 97, прошедшем в Монреале: " Я хочу, чтобы ты знал: несмотря на наши различия, обострившиеся в последний год, я не против работать с тобой. Ты можешь доверять мне, как настоящему профессионалу. Ты должен знать, Шон, что я не представляю для тебя никакой опасности ". Еще я добавил: " Также я хочу, чтобы ты знал, что я не буду возражать против проигрыша пояса тебе, если так решит Винс ".

Он посмотрел на меня и произнес: " Я ценю это, но я хочу, чтобы ты знал, что я не собираюсь делать то же самое для тебя ". И потом он вышел.

Джим фыркнул: " Я не верю своим ушам ! "

Теперь я ни в коем случае не собирался проигрывать ему пояс: он проявил полнейшее неуважение не только ко мне, но и к статусу чемпиона, что являлось оскорблением традиций и предательством каждого рестлера, который считал меня лидером в раздевалке или который сам когда - то таковым являлся. Какой же безмозглый нахал мог сказать такое чемпиону, который сам согласился ему проиграть ? Поскольку мой контракт с Винсом предполагал, что у меня будет креативный контроль над персонажем в последние 30 дней моего пребывания в WWF, я мог сам решать, кому проиграть пояс. Я решил проиграть Ледяной Глыбе.

Пришло предложение от WCW: трехлетний контракт на 1,8 млн. долларов в год. Я сказал Эрику, что готов рассматривать только 2,8 млн. в год. Он пообещал дать ответ к середине следующей недели. На случай, если мне все же придется покинуть WWF, я стал обдумывать свое последнее интервью, в котором бы поблагодарил фанатов, всех рестлеров и Винса за все хорошее, что они для меня сделали. Я все еще не мог решить для себя, попытается ли Винс меня подставить или он действительно хочет помочь мне уйти, как он говорил. Да и много ли я прошу - уйти с высоко поднятой головой ?

Raw, прошедшее 20 октября в Оклахома - Сити, поддержало тенденцию. Шон снял штаны перед камерой, а Хантер закрыл непристойный вид картонкой с надписью " D - Generation X ". ( Колумнист New York Post Фил Мучник первым опубликовал эту фразу в статье, обвиняющей WWF в уходе от рестлинга к сексу, грязи и мыльной опере. Тогда Шон и клика с гордостью приняли на себя это название ; DX в WWF была группой бунтарей, которые не уважали начальство и хотели захватить бизнес ; изначально в нее входили Шон, Хантер, Кевин Нэш, Рэйзор Рамон, 1 - 2 - 3 Кид и Чайна.) Еще хуже был сюжет, в котором группа чернокожих парней, известная как " Нация Доминирования ", войдя в свою раздевалку, обнаружила полнейший бардак, граффити на стенах и канадские флаги. К концу шоу я казался обычным зрителям не только гомофобом, но еще и расистом. Эти вещи плохо вязались с идеей Винса почтить бывших чемпионов NWA на этом же шоу. Смущенный, я пожимал руки Лу Теза, Дори и Терри Фанков, а также Денни Ходжа, бывшего чемпиона по боксу и обладателя олимпийского серебра в борьбе.

На следующий день, на записываемом в Тулсе Raw, я рассказал Винсу, как обстоят мои дела с WCW и заметил, что скоро наступит 1 ноября - день, который Винс установил как последний день для моих переговоров.

- Ну, что бы ни случилось, будем решать проблемы по мере появления, - сказал он. Винс признался, что делает все возможное, включая продажу имущества, чтобы оплачивать мой контракт. Потом он добавил: - Я хотел поговорить с тобой по поводу Survivor Series. Я хочу, чтобы ты проиграл пояс Шону, но выиграл бы его в шестой раз 7 декабря на PPV в Спрингфилде, конечно, если ты еще останешься со мной.

- Если я останусь, не будет смысла мне проигрывать пояс в Канаде и потом выигрывать его в Штатах, - ответил я. Я дословно рассказал ему, как Шон отказался проигрывать мне. Винс налился краской и напряженно спросил, могу ли я повторить все сказанное в присутствии Шона.

- С удовольствием.

Чуть позже тем вечером Винс пригласил нас обоих в кабинет и выпалил:

- Шон, я верну тебя пояс чемпиона !

Шон начал плакать, благодарить меня и говорить, как он меня бесконечно уважает.

Я сказал:

- Шон, четыре дня назад в Сан - Хосе ты сказал, что никогда не стал бы мне проигрывать.

Шон, сморкнувшись, смахнул слезы и сказал:

- Иногда я несу всякую чушь. Я сам иногда хочу заткнуть себе рот.

Мне захотелось поскорее оттуда уйти:

- Я не знаю, что произойдет на Survivor Series, но я пока ни на что не соглашался, - заявил я. - Посмотрим, как будут дела ; Винс, ты знаешь, о чем я.

Я звонил Эрику следующие три дня и оставил несколько сообщений на автоответчике, но он мне так и не перезвонил. 24 октября, когда я прибыл в Nassau Coliseum, Винс встретил и поприветствовал меня. Он заверил меня, что в итоге сможет оплатить мой контракт, деньги больше не являлись проблемой. Я ответил, что так и не услышал ничего от Бишоффа и что, если деньги больше не являлись проблемой, то я склоняюсь к тому, чтобы остаться ; но я также заметил, что, пока я не поговорю с Бишоффом, я не приму окончательное решение. Потом я отправился в четырехдневный тур по Ближнему Востоку, решив, что Бишофф, видимо, пытался меня надуть и что мне стоит остаться с Винсом.

В аэропорту Муската, что в Омане, детишки разных возрастов воодушевленно размахивали канадскими флагами, приветствуя меня. Поначалу я не мог понять, где они нашли " кленовые листы " в таком количестве, но потом заметил, что все флаги были сшиты вручную. Рядом с нашей гостиницей располагалась мечеть, и я мог слышать отголоски молитв, находясь на балконе своего номера. Я вдруг стал молиться всем Богам, чтобы они помогли мне найти правильное решение.