Татьяна Миронова - Из-под лжи
- Название:Из-под лжи
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Татьяна Миронова - Из-под лжи краткое содержание
Это первая книга Татьяны Мироновой в нашей серии. Ею она совместно с трудами О. Платонова делает первые шаги на очистительном пути Покаяния. Нет прощения народу, предавшему Государя, помазанника Божия, позволившему врагу человечества ритуально расправиться с царствующим семейством. И только глубоко осознанное Покаяние народа принесет освобождение от великого греха наших предков, а там, если даст Бог силы и духа, – и от ига иудейского.
Из-под лжи - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Великий князь Александр Михайлович – изменник, и, чувствуя за собой грех, он выгораживает себя в воспоминаниях, обвиняя в разрушении Самодержавия Царскую Семью и Самого Императора. Чего стоит его мемуарная выдумка о "робости", "нерешительности", "слабости" Николая Второго, о его якобы признаниях в нежелании управлять Россией. Эти никогда нигде никем и ничем не подтвержденные слова Александр Михайлович не без удовольствия приписал Государю, и пошли они гулять из одного исторического сочинения в другое – невозможные в устах Наследника Престола, 17 лет готовившегося к Верховному управлению. Глупая трусливо-просительная, но заискивающая по отношению к Александру Михайловичу фраза: "Сандро, что я буду делать! Что будет теперь с Россией? Я еще не подготовлен быть царем! Я не могу управлять империей. Я даже не знаю, как разговаривать с министрами. Помоги мне, Сандро!" (8, с.304). И какое самодовольство "воспоминателя", мстительно тешившего свое самолюбие неудачника: "Я старался успокоить его и перечислял имена людей, на которых Николай II мог положиться, хотя и сознавал в глубине души, что его отчаяние имело полное основание и что мы все стояли перед неизбежной катастрофой" (8, с. 304).
Александр Михайлович – один из многих членов Царской фамилии, открыто предавших своего Царя. Их последующая судьба – изгнание и забвение – закономерный, Богом данный конец за отношение к Трону. Их воспоминания и оценки Государя, власть которого они подгрызали из зависти, уязвленной гордости, притязаний на власть, а потом эту желчь, неудовлетворенное самолюбие сполна выплеснули в своих писаниях, такие их воспоминания не имеют документальной ценности, они лишь свидетельство низменности предательских натур, хоть и императорской крови. Одна лишь Ольга Александровна, младшая сестра Государя, решилась впоследствии произнести покаянные слова о вине всей Царской фамилии: "Я снова скажу, что мы все заслуживаем порицания… Не было ни одного члена семьи, к которому Ники мог бы обратиться… Какой пример мы могли дать нации?" (9, с. 357).
Не могут считаться достоверными и воспоминания царских генералов, которые, искажая правду, предавая истину, выгораживают себя, оправдывая свою измену Трону и Присяге. Вина армии, как и вина священства, и членов царской фамилии – все они особо присягали на верность Государю и Его Наследнику перед Крестом и Св. Евангелием – уже в первые дни после отречения была столь очевидной, и затем так явно была осознана русскими в эмиграции, что многие офицеры-клятвопреступники и изменники-генералы поспешили оправдаться в мемуарах, но оправдаться можно было только одним – чернить Императора и Императрицу, возлагать на них ответственность за гибель Империи. Начальник Штаба главнокомандования Северным фронтом в 1914-1917 гг. генерал Ю.Н. Данилов опубликовал в Берлине свои мемуары, где попытался доказать, что отречение явилось не в результате заговора главнокомандующих во главе с Алексеевым и революционного Временного комитета Госдумы, т.е. "не в качестве принудительного революционного действа", но отречение Императора – это "лояльный акт, долженствовавший исходить сверху и казавшийся наиболее безболезненным выходом из создавшегося тупика" (10, с. 444).
Этот генерал, по отзывам сослуживцев, "крайне властный, самолюбивый, с очень большим о себе мнением", в бытность великого князя Николая Николаевича верховным главнокомандующим занимал должность генерал-квартирмейстера Ставки и в дни успехов на фронте "изображал из себя чуть ли не гения, великого полководца, и это было уж слишком" (11, с. 68). При смене командования, когда Верховным стал Государь, Данилова не оставили в Ставке, ему предложили дивизию, чем "гений" полководческого искусства был страшно обижен, упросил дать ему корпус, но очень скоро поместился в удобной и престижной должности начальника Штаба командования Северным фронтом, однако злобу на Государя затаил и в феврале 1917 года ее сполна выместил.
Смута, поднятая изменой генералитета армии и генерала Данилова в том числе, разметала Императорскую Россию в клочья, и Данилов хотел, рвался оправдаться, силился показать, доказать, что в дни отречения, а Данилов присутствовал на всех переговорах Императора с Рузским, Гучковым, Шульгиным, "не было ни измены, ни тем более предательства" (10, с. 444). Слова Государя Николая Александровича "кругом измена, и трусость, и обман" бередили совесть многих предателей. И, чтобы снять с себя обвинение в тяжком преступлении, Данилов утверждает, что отречение Государя было добровольным, потому что, во-первых, "с ночи на 1 марта в царских поездах не существовало настроения борьбы и в ближайшем к царю окружении только и говорили о необходимости "сговориться с Петроградом", во-вторых, начальник Штаба Верховного главнокомандующего Алексеев, равно как и главнокомандующие фронтами вовсе не понуждали Государя к отречению, они лишь представили "честно и откровенно свои мнения на высочайшее воззрение" (10, с. 432, 444), и ни слова о наглом предложении изменника Рузского Царю – "сдаться на милость победителя", напротив, Данилов сетует, что "людская клевета и недоброжелательство пожелали превратить честного и прямолинейного генерала Рузского в недостойную фигуру распоясавшегося предателя" (10, с. 433).
Данилов лжет, что генералы Алексеев и Рузский, и он, Данилов, лишь "присоединились" к мысли об отречении, "высказанной по этому поводу М.В. Родзянкой", а Алексеев "передал ее на заключение командующих фронтами". На самом деле телеграмма Алексеева командующим содержала вопрос с уже подсказанным ответом: "Обстановка, по-видимому, не допускает иного решения". Впрочем, в воспоминаниях А.А. Брусилова есть еще одна интересная подробность "запроса" Алексеева к главнокомандующим: "Временное Правительство ему объявило, что в случае отказа Николая II отречься от Престола оно грозит прервать подвоз продовольствия и боевых припасов в Армию, поэтому Алексеев просил меня и всех главнокомандующих телеграфировать Царю просьбу об отречении" (12, с. 260). Поскольку Брусилов в своих воспоминаниях не оправдывался за отречение (он писал их в 1922 году для большевиков), можно доверять этому свидетельству о преступном шантаже Алексеевым главнокомандующих фронтами, И, прислав эти изменнические "воззрения", "невинный" Алексеев следом шлет "проект манифеста на случай, если бы Государь принял решение о своем отречении в пользу цесаревича Алексея" (10, с. 442). А Рузский спешит заставить Государя поверить в безвыходность положения, лжет о движении на Псков броневых автомобилей с восставшими солдатами, лжет о восстании гвардейских полков, посланных Императором на усмирение Петрограда (это генерал Алексеев запретил генералу Иванову, которому Царь лично приказал идти на Петроград, выполнять приказ Монарха). Рузский пытается запугать Царя возможным кровопролитием в Царском Селе, тем что Москва охвачена революцией…
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: