Аркадий Бабченко - Операция «Жизнь» продолжается…
- Название:Операция «Жизнь» продолжается…
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Аркадий Бабченко - Операция «Жизнь» продолжается… краткое содержание
«Мы проиграли эту свою войну и сейчас зализываем в лазаретах раны. Но мы остались живы. А это значит, что операция «Жизнь» продолжается». Пронзительные и честные очерки о войне и людях в погонах.
Операция «Жизнь» продолжается… - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
При этом общество практически полностью автомизировано.
С другой стороны — … С другой стороны нет даже правил дорожного движения. Не то что таможни.
Въехал в горы — отстегивай ремень, педаль в пол и в тоннеле обязательно выключи фары. Здесь так принято. Здесь нет государства. Как некий институт управления страной оно в Южной Осетии отсутствует полностью.
Но — сильные, веками устоявшиеся традиции кавказского общежития.
Все действует только на уровне личных отношений и общепринятых норм поведения. И только эти нормы не дают безвластной республике погрузится в окончательный хаос.
Два мира, две системы, противоположных друг другу диаметрально.
Ноги — голова. Верх — низ. Позитив — негатив.
Что где, лично я судить не берусь.
Вообще, такие поездки дают четкое понимание местоположения твоей страны на мировой шкале. И, как после возвращения из Европы с неизменной тоской и болью осознаешь криворукость своей Родины, так и после возвращения из таких вот анклавов понимаешь, что потеряно еще далеко не все. Это, пусть и на короткое время, но возвращает-таки щенячью веру в человечество.
Именно на Транскаме впервые и приходит мысль о том, что главная цель этих выборов — показуха перед международными наблюдателями, которых в этот раз приехало просто поразительно много, около пятидесяти человек. Главной особенностью этой магистрали всегда было абсолютно наплевательское отношение обеих государств к смертности своих граждан на дороге. Никаких отбойников здесь не было отродясь. Венки и памятники на каждом шагу. Разбитые машины — разбитые только что — также. В прошлый приезд перед нами на повороте в обрыв улетела "девятка". Водитель погиб. В этот, на том же самом месте, разбитая "Волга".
Оба государства с готовностью предоставляли своим гражданам реализовать стремление к суициду в полной мере. Заботится о безопасности движения — либеральная глупость.
Сейчас же большинство опасных участков огорожено бетонными тумбами. В одном месте даже установлен забор. Сошедшие за пару дней до выборов лавины пробиты в авральном порядке. На одном из поворотов замечаю — глазам поверить невозможно! — переносную камеру-радар. А на южной стороне, когда выпал снег и перевалы покрылись льдом, серпантин над обрывами даже посыпали гранитной крошкой!
Просто невероятно.
Несмотря на отсутствие государственных институтов, силовые структуры в республике все же имеются. Само собой, их основная задача — отнюдь не обеспечение безопасности граждан. Как и в России, у МВД ЮО главная работа — ограждать власть от рассерженного народонаселения. А в отсутствие государства силовая составляющая клановой власти действует по-детски прямолинейно и без затей.
Это мне внятно и доходчиво объяснил еще полгода назад один очень агрессивный полковник с пулеметом и гопническим лексиконом.
— Э, Бабченко, ты что, совсем дурак, — рассказывал мне в прошлый раз один полковник свое видение мира. — Тебя там встретят и все тебе объяснят — как писать, зачем писать. Про дома пиши, про горы пиши. Но в политику не лезь, понял?
Потом он долго звонил начальству, диктовал мои паспортные данные и домашний адрес, консультировался и в конце-концов вернул документы, еще раз предупредив не лазить в политику.
Полковника я не послушался и в политику слазил. И написал не про дома и горы, а как есть. Про аресты оппозиции, про избиения активистов, про левые уголовные дела, про разгон и кражу — в прямом смысле этого слова — оппозиционной партии партией провластной, про попытки Эдуарда Кокойты переделать Конституцию под себя, про то, кто и как приводил его к власти и много чего еще интересного.
После чего у всех проезжавших журналистов полковник на этом блоке интересовался — нет ли среди них Бабченко.
Статью обсудить хотел, наверное.
Но в этот раз везет. Нигде не задерживают, автоматом в живот не тыкают, голову оторвать больше не обещают. Любимый блок-пост — красивый домик красного кирпича, уже достроенный, в отличие от многих разбитых домов обычных граждан — встречает меня другой сменой и совершенно расслабленным отношением к работе. Документы не спрашивают, личностью, целью приезда и аккредитацией не интересуются. Посмотрели, махнули рукой — проезжай.
На втором блоке тоже самое.
Странно. Видимо, потому, что приехал я не в субботу со всеми, а в воскресенье, когда выборы уже начались, и такой остротой нужды отлавливать ненужных журналистов уже нет. Хотя в субботу, говорят, въезжающих шерстили.
Ну, и то хорошо.
В Тамарашени — практически полностью снесенном с лица земли грузинском анклаве — мысль о показухе, как главной движущей силе, становится почти основной. На руинах появились следы какой-то приватизационной жизнедеятельности. Надписи "Занято. Имярек" встречаются тут и там. Рядом с сожженной и разграбленной грузинской заправкой — единственной на трассе — новая. На въезде в город стелла.
А на месте бывшего грузинского кинотеатра (кажется, кинотеатра) вырос новый обитый пластиком — внимание! — бассейн. Решение о его строительстве принял лично и.о. президента Вадим Бровцев.
Ну, что сказать… Безусловно, бассейн — самое необходимое здание в разрушенном городе, где до сих пор не везде есть вода.
А компенсации жителям в полном объеме так и не выплачены.
Впрочем, водопровод также стали ремонтировать активно. Если после войны его ремонтировали с единственной целью — попилить бабла: работу никто не контролировал и при подключении захлестало из всех щелей, так, что Цхинвал потом еще полтора года стоял весь разрытый и опять же без водопровода — то теперь за дело вроде действительно взялись. В авральном порядке отрывают все заново и меняют по-новому. Вроде бы даже и впрямь с целью отремонтировать. Во всяком случае, даже завезли канализационные люки, которые после войны пропали с улиц полностью, все до единого. Машины в эти люки попадали постоянно. А однажды в один с головой провалился российский журналист. Только шляпа торчала.
И еще — засыпали привезенным с реки голышом ямы на дорогах.
Дороги в Цхинвале — отдельная тема. В августе 2008-го этот город поразил меня качеством асфальтового покрытия, которое здесь ну совсем никак не ожидалось увидеть. И даже воронки общего впечатления не портили. Сделано было хорошо, красиво и добротно.
В следующий приезд этот город также поразил меня качеством дорог — но теперь уже со знаком минус. Просто невозможно поверить, что такие отличные дороги можно уничтожить практически полностью всего за три года. Покрытие деградировало полностью. Вместе с канализационными люками и ливневыми стоками. Во время дождей город превращался в непроходимое болото. Гигантские лужи, раскатанные техникой до размеров небольших озерец, были на каждом шагу. А где не было луж, там — грязь по колено.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: