Эксперт Эксперт - Эксперт № 20 (2013)

Если и этот тур не выявит абсолютного победителя, то проводится третий тур, в котором принимает участие победитель второго тура. Если и в третьем туре кандидат не получит 50% голосов, то проводятся новые выборы. Причем кандидаты, участвовавшие в предшествующих выборах, в новых выборах не участвуют. В этом случае общее собрание Российской академии наук принимает решение о сроках проведения нового общего собрания РАН по выборам президента РАН и президиума РАН (не ранее чем через четыре месяца после окончания данного собрания). В этот период президиум РАН продолжает исполнять свои обязанности. Досужие умы усматривают в такой сложной процедуре возможность срыва выборов, если сторонники кандидатов, не получивших большинства, решат бойкотировать выборы, а у фаворита не будет преобладающего большинства. В этом случае в следующих выборах примут участие уже совершенно новые кандидаты.

На предварительных выборах в отделениях существенное большинство поддержало Владимира Фортова. И, как сказал один из опрошенных нами членов академического сообщества, «если Фортов не станет президентом, это будет большая трагедия для академии. Из всех кандидатов он один способен привнести новую струю и собрать обновленную команду. Наконец, Фортов был министром, знает, как работает государственная машина, и есть надежда, что он сможет наладить с ней взаимоотношения».

Против Алферова, при всех его заслугах и авторитете, играет его возраст. Кроме того, значительная часть академической общественности не одобряет политические пристрастия академика, входящего в состав фракции КПРФ в Государственной думе.

Против Некипелова, притом что он самый молодой из кандидатов, играет то, что он гуманитарий. В академии, с тех пор как в ней избирают президента, все президенты были естественниками. И это не случайно — естественники составляют в академии подавляющее большинство, и они задаются вопросом, хватит ли Некипелову естественнонаучного кругозора, чтобы руководить академией. Хотя сам он в интервью «Эксперту» шутя задался вопросом: «А может, они как раз предпочтут гуманитария как человека нейтрального в их спорах по распределению денег на приобретение научного оборудования?»

Надо признать, что в руководстве страны, судя по всему, нет единого взгляда на будущее Академии наук. Как сказал заместитель директора Института прикладной физики РАН член-корреспондент РАН Александр Сергеев, «выступает Ливанов: Академия наук не нужна. А Путин говорит ровно противоположное. Господа, разберитесь между собой. Иначе невозможно понять, в чем состоит государственная политика».

В этих условиях судьба академии во многом будет зависеть от способности ее президента наладить отношения с правительством и президентом России с тем, чтобы убедить их, что именно РАН может стать опорой руководства страны в условиях инновационного рывка. То есть выборы могут предопределить ее судьбу.

На наш взгляд, эту судьбу можно уложить в три сценария развития, которые можно условно назвать консервативным, реформаторским и инновационным, и реализация каждого из них будет предопределена суммой трех факторов: активностью академии, напором ее оппонентов и государственной политикой, не столько даже научной, сколько экономической и промышленной.

Консервативный сценарий: окуклиться до лучших времен

Этот сценарий предполагает продолжение текущей политики руководства РАН, которое в условиях сохраняющейся неуверенности в ее будущем ставило главной целью сохранение самой академии как хранительницы знаний и академических устоев. И в этом многие видят заслугу Юрия Осипова. Как сказал директор Международного математического института им. Леонарда Эйлера академик РАН Людвиг Фаддеев, «главным достижением академии является сохранение знаний и компетенций, которые позволяют России до сих пор числиться в ряду просвещенных, а не диких стран. Звучит банально, но на самом деле это реальное достижение в тех неблагоприятных обстоятельствах, в которых мы все оказались».

Заместитель директора Института мировой экономики и международных отношений РАН академик РАН Наталья Ивановаотмечает несколько важнейших позиций, которые академии, по ее мнению, несмотря на все проблемы, удалось сохранить: базовые академические принципы (академическая демократия, выборность и свобода научного поиска), критическая масса институтов и групп, научные школы на приоритетных направлениях, лучшие образцы интеграции науки и образования.

Признавая эти достижения, большинство наших респондентов предъявляет серьезный список претензий руководству академии, лично Осипову и консервативному сценарию ее развития. Главных претензий две. Первая — пассивность в условиях изменившейся политической и экономической конъюнктуры.

«Когда наступили нулевые годы, когда у государства начал возвращаться интерес к науке, руководство академии не сумело перестроиться и продолжало, особенно последние пять лет, занимать охранительную позицию, — отметил директор Института прикладной физики (ИПФ) РАН академик РАН Александр Литвак.— Оно не сумело откликнуться крупными проектами на инициативы руководителей государства по модернизации экономики».

Вторая из основных претензий — фактический отказ, как сказал ведущий научный сотрудник Института спектроскопии РАН Константин Кошелев,от «инвентаризации всего “живого” в каждом академическом институте и в академии в целом, по результатам которой необходимо было определиться и отрезать “мертвые” направления, “мертвые” группы, лаборатории, подумав при этом о сохранении высококвалифицированных специалистов».

Академия оказалась мало приспособлена к такого рода маневрам еще и в силу недостаточной гибкости своего внутреннего устройства. Как советская экономика была разделена на отрасли, так академия разделена на науки. И хотя некоторым институтам академии, например Институту прикладной физики РАН, построенному не на предметной основе, а на принципе идейной — волновой — общности изучаемых явлений (см. «Наследники Мандельштама» , «Эксперт» № 34 за 2010 год), удавалось совершить определенный маневр, захватывая сопредельные области знания, в целом структура институтов и отделений не так гибка, как может быть гибка структура лучших университетов, где обычно одновременно присутствуют факультеты и ученые всех возможных специальностей.

Конечно, если руководство страны, как и в 1990-е, будет рассматривать науку как экзотическое украшение, не имеющее отношения к реальной экономике, то консервативный сценарий самый оптимальный, он позволит сохранять для страны задел знаний и компетенций на будущее. Но, судя по всему, курс на модернизацию и инновационное развитие, что бы под этим ни понималось, рассматривается в настоящее время как приоритетный. Главный риск консервативного сценария в этих условиях в том, что академия окажется не нужной, и тогда победит точка зрения реформаторов на радикальную реформу российской науки, тем более что в их построениях тоже есть резоны.

Читать дальше