Иван Солоневич - Народная монархия

Средний демократический обыватель, который полагает, что он умеет политически мыслить, возмущается самым принципом наследственной власти, - незаслуженной власти. Он также предполагает, что, во-первых, он, этот обыватель, изби рает заслуж е нных людей и что, во-вторых, он избирает. Обыватель ошибается во всех трех случаях.

Наследственная власть есть, конечно, власть незаслуженная. Но ведь наследники Рокфеллера тоже не заслужили своих м и ллиардов? И наследств е нные гении Толстого, Эддисона, Пушки на или Гете - это ведь тоже не заслуга. Один челов ек незаслуженно наследует престол, другой, также незаслуженн о , наследует миллионы, третий, также незаслуженно, наследует талант. Против насл е дственных прав Рокфеллера средни й обыватель не возражает, - ибо, е с ли отказать детям Рокфеллера в праве наследования рокфеллеровских миллионов, то придется отказать детям обывателя в праве наследования тысяч. Обыватель предполагает, что он вправе передать своему сыну незаслуженные этим сыном доллары, но что страна не вправе передать власть человеку , который этой власти тоже не заслужил.

Обыватель предполагает, что он избирает заслуженного человека. Говоря чисто п р актически, в настоящее время есть дв а типа республики: французский и американский. Во Франц и и традиционно избирается наиболее серая личность из всех им е ющих шансы и этой личности предоставляется привилегия пр е дставительствовать Прекрасную Францию перед дипломатами. курами, кроликами и парадами. В Америке пре з идент имеет реа л ьную власть - правител ь ство ответственно перед ним, а не . перед парламентом. Президент В. Вильсон был «заслуженным», и данные им от имени САСШ перед Европой обязательства американский парламент объявил фальшивкой, так сказать, чеком без покрытия. Наследство президента Ф . Рузвельта, отдавшего Сталину «полмира», САСШ будут расхлебывать еще долгие и долгие годы, может быть, и десятилетия. В 1951 году руководство республиканской партии САСШ требовало предания Г. Трумана суду. Так что, если и «заслуги», то далеко не бесспорные. Трагедия однако заключается в том, что иначе и быт ь не может.

В среднем случае на место президента республики попадает второсортный адвокат. Первосортный на э т о место не пойдет, ибо для этого ему пришлось бы забросить свою клиентуру . Правда, пра к тика выработала известную компенсацию: бывшему президенту обеспечено место в какой-нибудь акционерной. компании. Но, в то время, когда будущий царь про фессионально готовится к предстоящей ему деятельности, будущий президент так же профессионально варится в своей партийной каше. И, попадая на президентский пост, демонстрирует свое полное н езнание чего бы то ни было, к этой каше не относящееся. Только здесь, в эмиграции, мы кое-как познали всю глубину политического невежества, свирепствующего на верши нах демо к ратической власти: никто ничего не зна ет . И не может знать. Как бы мы ни оценивали Сталина, - мы обязаны все-таки констатировать тот факт, что Сталин работал в своей партии с 17 лет и что за четверть века своей диктатуры он накопил огромный политический опыт: он-то уж не питал никаких иллюзий относительно «милого старого Черчилля», или относительно «милого старого Трумана». Он знал , в чем дело. Ни м-р Рузвельт, ни м-р Труман понятия не имели. К к о нцу президентского срока кое-какое понятие, вероятно, появилось, но тогда наступают выборы и на пре з идентское кресло садится человек, который опять не имеет н и к акого понятия.

Средний обыватель предполагает, что человека этого избирает именно он, обыватель: вот голосует и вот даже институт м-ра Гэллопа т щ ательно исследует его избирательские на ст роения.

Словом, что он, обыватель, есть «общественное мнение» и что именно это общественное мнение определяет собою политику избранного правительства. На практике дело обстоит несколько сложнее.

Пресса, конечно, «отражает общественное мнение», но прес с а его и создает. Как общее правило, пресса находится в полном распоряжении «крупного капитала», но не только капиталистического, но и социалистического. Современная пресса живет почти исключительно объявлениями. И «капитал», помимо прямого «капиталовложения», контролирует прессу также и объявлениями - может дать и может не дать. Крупный капитал - капиталистический, но также и социалистический - создает общественное мнение путем подбора информации. Информация эта меняется в зависимости от «социального заказа», идущего сверху. Так мы были свидетелями истинно классических превращений товарища Сталина. Д л я рус с кой эмиграции мало заметным прошло е щ е одно стол ь же чуд е сное превращение.

За французскую коммунистическую партию голосует главным образом деревня. Крупный коммунистический капитал орга н изовал ряд блестяще поставленных сельскохозяйственныхизданий, обслуживающих французское крестьянство чисто аграрными материалами. Когда эти издания достаточно укрепились, - они стали подавать крестьянам коммунистическую информацию, средактированную в хорошо известном нам стиле. И вот: французский крестьянин, собственник до мо з га костей, сребролюбец, скопидом и скряга - голосует за… колхозы . И ве р оятно, предполагает, что он делает это в совершенно здравом уме и твердой памяти: вот, видите, факты. А фран цузский крестьянин живет в стране, которая не без некоторо го основания считает себя самой культурной страной мира и эта страна имеет как будто достаточный политический опыт: три королевства, две империи, четыре республики и н еопределенное количество революций. И треть Франции голосует против своих соверш е нно явных интересов, - национальных, экономических и даже просто личных интересов: вот придет к власти товарищ Торрез и все то золото Прекрасной Франции, которое французское крестьянство припрятало у себя в «чулках», будет переправлено в какой-то «Торгсин», а владельцы этого золота будут переправлены в какой-то Нарым.

Принцип народоправства, проведенный до его логического конца, означает то, что нация вручает свои судьбы в руки людей, во-первых, явно некультурных, во-вторых, явно некомпетентных, в-третьих, считающих себя и культурными и компетентными. Сложнейшие вопросы современной жизни - и внешние и внутренние, выносятся на партийный базар, над которым не существует никакого санитарно-полицейского надзора: продавай, что хочешь, и тащи, что попадется. Перед Первой мировой войной противники Ж. Клемансо объявили его английским шпионом - даже и фальшивка со о тветствующая была состряпана. В САСШ м-ра Эчесона обвиняли в коммунистическ о й пропаганде. Первый рабочий премьер-министр Англии, м-р Мак дональд, сейчас же после вступления во власть, получил от группы заводчиков «подарок» в двести тысяч фунтов. Итальянская компартия «дарила» своим избирателям советские электрически х утюги и прочие коммунистические приспособления. Пан Бенеш обещал снабдить всех своих избирателей даровыми домами. М - р Эттли обещал своим избирателям полусоциалистический рай. Все это называется «народоправством».