Екатерина Флат - Академия попаданцев

– Так о чем вы хотели поговорить? – перебила я. Знаю, нетактично. Но выслушивать гадости о Савельхее еще и от ректора не было никакого желания.

– Об этой ситуации и хотел поговорить. Лика, все мы знаем, насколько он опасен, жесток и беспощаден. Я понимаю, что открыто отказать темному властелину невозможно. Я очень беспокоюсь о тебе, девочка. И дело даже не в том, что ты избранная. Хотя не стоит забывать о том, что именно от тебя зависит судьба всей академии. Ты должна чувствовать ответственность и быть осторожной вдвойне. Савельхей ним Шагрех хочет что-то от тебя получить. Пусть нельзя отказать прямо. Пусть на этом балу тебе придется быть его спутницей. Но нужно быть хитрее. Постарайся избегать его общества, сведи встречи к минимуму. Тем более на занятия ты не ходишь, а значит, сможешь не пересекаться с ним вовсе. Возможно, нам еще удастся избежать неприятностей.

От заботливого тона ректора сводило зубы. А внутри нарастало раздражение. Да что все они превращают Савельхея в какого-то монстра?! Он убивал окружающих без разбора? Приносил кровавые жертвы по ночам? А может, разрушил парочку башен? Нет, нет и еще раз нет! Хотя если жертвы были по ночам, то я могла об этом попросту не знать. Ерунда какая! Савельхей не сделал ничего плохого. По крайней мере, здесь, в академии.

Я уже собиралась все это высказать в лицо ректору или намекнуть, что прекрасно поняла – беспокоится он именно о благополучии избранной, ведь судьба простой земной девушки Анжелики Самойловой никого не волнует. Однако…

– Думаю, разговор на этом можно считать завершенным, – холодно произнес Савельхей. Я почувствовала, как мне на плечи опустились его ладони.

– Да, конечно. – Ректор поспешил удалиться, а Савельхей развернул меня к себе лицом и заглянул в глаза:

– Все в порядке?

В первое мгновение, утонув во взгляде темного властелина, я даже позабыла, из-за чего только что злилась. А злости больше и не было. Что такое со мной творится?! Почему я так реагирую на него? Что вообще происходит? Мы ведь с ним так мало друг друга знаем. Подумаешь, пару раз он вывел меня, заблудившуюся, к нужному коридору. Он наверняка это сделал, чтобы я не доставала своим нытьем. Подумаешь, прогулялся со мной до лесного озера – он хотел взглянуть на Ничто и всего лишь воспользовался подходящим случаем. Подумаешь, поцеловал. Поцелуй совершенно ничего не значит. А спас от вампира… зачем Савельхей это сделал? Все кругом твердят, будто ему что-то нужно от меня. Но… пусть все это будет потом! Не хочу сейчас думать, не хочу переживать и расстраиваться. Если мне предстоит разочарование, то почему бы сегодня не насладиться прекрасным вечером и таким притягательным обществом Савельхея? Зачем портить волшебство, если от каждого его прикосновения что-то внутри начинает трепетать и по телу разливается тепло. Если от одного только чувства, что он рядом, в душе разгорается счастье.

– Все хорошо, – улыбнулась я.

– Тогда, может, еще один танец? – с ответной улыбкой предложил Савельхей.

И я позволила волшебству вечера полностью мною завладеть…

Этот танец не походил на предыдущий, но был по-своему восхитителен. Мы не кружились по залу и не взлетали. И со стороны, наверное, казалось, что не происходит ничего особенного. Просто руки темного властелина нежно касались моей талии. Просто мои ладони уютно лежали у него на плечах. Мы смотрели друг другу в глаза и медленно двигались под музыку. Никто ничего не говорил. Мне не хотелось расспрашивать властелина, зачем я нужна ему. Наверное, потому, что было страшно узнать настоящий ответ. Он тоже ни о чем не спрашивал. Может быть, его не интересовала жизнь обыкновенной студентки, даже если она будто бы избранная. Но в этом молчании так легко было себя обмануть, так легко забыться и поверить в сказку.

Неожиданно прямо за спиной и одновременно с тем сбоку раздался странный, оглушительный треск. Я повернула голову и увидела, как прямо на глазах разрывается пространство. В один миг по полу прошла гигантская трещина и пересекла зал поперек. Куски каменных плит с грохотом рухнули в образовавшийся провал. И в воздухе над провалом начал быстро разрастаться серый клок, а из него повалили клубы белесого тумана. Закричали студенты.

Резкий рывок – это Савельхей подхватил меня и оттащил от края все увеличивающегося провала в Ничто. Я испуганно вцепилась в него. Но дальше, то, что произошло дальше…

Ничто устремилось вслед за мной. Серое марево молниеносно разорвало пространство, каменные плиты разлетелись прямо под ногами. Такого поворота Савельхей, похоже, не ожидал. Он попытался меня удержать, но какая-то сила словно заглотила меня. Мои пальцы выскользнули из рук темного властелина, и я сорвалась в раскрывшую пасть бездну.

Серые, белые, черные сгустки тумана окутали тело, утаскивая дальше и дальше от зала, заслоняя собою пространство. Последнее, что я увидела, – это изумленный взгляд Савельхея. А потом он вдруг шагнул в провал вслед за мной. И все вокруг затопило Ничто.

Как странно, я вроде бы падала и в то же время не вниз, а куда-то в сторону. И будто даже парила в невесомости. В промозглой серой невесомости. Влажной, неприятной, равнодушной. Ужас постепенно отступал, растворяясь в окружающем Ничто. На смену приходило отчаяние. Неужели все так вот закончится? Неужели я умру здесь, растворюсь, затеряюсь в вездесущей пустоте? После того, как встретила Савельхея? Несправедливо! Почему это произошло именно со мной?! Почему я провалилась в Ничто? От горькой, нестерпимой обиды по щекам потекли слезы.

Не знаю, сколько времени я так парила, беззвучно роняя слезы, прежде чем ощутила под ногами твердую опору. А когда туман рассеялся, я поняла, что оказалась в уже знакомом саду. В том самом, куда попасть может не каждый. В том самом, где мы побывали с темным властелином.

Рядом что-то шевельнулось, и спустя мгновение из тумана вынырнула фигура.

– Лика! – Савельхей притянул меня к себе. – Лика, я так испугался!

Всхлипнув, я судорожно прижалась к темному властелину, вцепилась в его плечи дрожащими, замерзшими пальцами. Господи, я ведь действительно думала, что пропала! Но теперь он рядом, а значит, все обязательно будет хорошо.

Он погладил мои волосы, щеки. Стер капельки слез, коснулся губами мокрых ресниц. С тревогой заглянул в глаза и, прошептав: «Я снова чуть не потерял тебя», припал к моим губам. Сначала поцелуи были отрывистыми, лихорадочными, но потом… Отчаяние и пережитый страх вылились во что-то невообразимое. Поцелуи сделались жаркими, пронзительными. Дыхание сбилось, сердце застучало так, будто готово было выскочить из груди. Я не удержалась и запустила пальцы в гладкие, прямые волосы. Рука Савельхея коснулась обнаженного плеча, а затем прошлась и по открытой спине, вниз, по позвоночнику. Властные, настойчивые поцелуи сводили с ума, опьяняя, лишая способности мыслить. Мы ведь чуть не потеряли друг друга! И как совсем недавно Ничто заполняло пространство, теперь мы пытались затопить его яркими чувствами, ощущением близости.