Екатерина Флат - Академия попаданцев

– Ничто невозможно остановить, Лика. Ничто на то и Ничто – там не существует жизнь как таковая.

– Унь, погоди, – мягко перебила я. – Я, конечно, понимаю, ты – божество и все такое. Но, может, ты от этой своей древности стал… эммм… малость путать, что-то забывать…

– Ты на что это намекаешь? – насупился дракончик. – Что у меня старческий маразм, что ли?

– Я этого не говорила, – тут же с примирительной улыбкой возразила я. – Но с Ничто ты и вправду что-то путаешь. Мы же с Савельхеем там были. Дважды. И ничего, живые.

– Темного властелина оберегает магия смерти, – снисходительно пояснил Уня, став как будто бы прозрачнее. – Она ведь такая же древняя, как само Ничто, и в чем-то они даже схожи.

– Ну а я?

– А ты – человек. Даже от того, что получила природную магию, ты все равно не перестала быть человеком. А людям Ничто не страшно.

– Все равно не понимаю. Но ведь и Николетта тоже человек. Значит, и ей опасаться нечего.

– Избранных вообще нельзя отнести к какой-либо расе, они особенные. Так что она не человек, и Ничто поглотит ее так же, как и остальных.

Дракончик встал и задумчиво посмотрел на виднеющееся за деревьями озеро.

– Мне пора.

– Как это «пора»? – растерялась я. – У меня же к тебе еще столько вопросов, и…

– Тебя все равно сейчас вот-вот уже разбудят, – равнодушно парировал Уня. – Да и я уже почти не существую.

Он неспешно направился к озеру. Я хотела его окликнуть, но меня вдруг кто-то тронул за плечо.

– Лика! Лика, проснись!

Резко придя в себя, я открыла глаза. Надо же, уснула прямо за книгой… И, похоже, проспала долго, вокруг уже царил полумрак.

– Лика! – Надо мной стояла обеспокоенная Друндгильда. – Вставай скорее. У нас беда.

– Что-то с Савельхеем? – перепугалась я, тут же вскочив.

– Нет-нет, может, ты знаешь туманного демона с первого курса… как его там… диа… тиа… – она запнулась, – Ийрилихара в общем…

– С ним что-то случилось? – я замерла. – Мы же вот только недавно разговаривали…

Правда, разговор тот не сулил ничего хорошего.

– Его час назад нашли на пустыре за жилым корпусом, у самой границы леса, – ошарашила меня Друндгильда.

– Он что… мертв? – опешила я.

– Нет, жив еще. Но вряд ли долго протянет. Вот я и подумала, что вдруг ты попрощаться захочешь и…

– Так он где? В лечебнице? – Я спешно накинула плащ темного властелина. – Пойдемте тогда скорее!

По пути Друндгильда мне рассказала все, что знала. Хотя знала она совсем немногое.

– Его кто-то из студентов нашел. Демон еще в сознании был на тот момент. Успел что-то путано сказать, но разобрали только три слова: «Лика», «обещание» и «лес». Причем «Лика» он вроде как повторил несколько раз. За правдивость не ручаюсь, сама не слышала, в лечебницу его уже бессознательного принесли. Но учитывая, что Лика на всю академию одна, я решила, что вы, наверное, большие друзья. Не зря же он о тебе в таком состоянии вспомнил. Потому и поспешила за тобой, вдруг увидеть его напоследок захочешь.

В палате, кроме Ийрилихара, больше больных не было. Только молоденькая целительница дремала в кресле у входа, но Друндгильда сразу же с порога отправила ее прогуляться.

Вампир лежал на кровати и выглядел даже бледнее чем обычно. Может, так сказалось его предсмертное состояние. А может, без сознания его маскировка под демона потихоньку переставала действовать. Я подошла к нему и осторожно тронула за руку.

– Он такой холодный, – мой голос дрогнул.

– Замерзает изнутри, – с искренним сочувствием ответила Друндгильда. Села на кровать напротив и со вздохом добавила:

– Мы ничем не можем ему помочь.

– А ректор или еще кто?

– Был здесь уже и ректор, только головой с сожалением покачал. Увы, нет таких зелий и трав, нет такой магии – не существует просто.

– Так а что с Ийрилихаром, если его даже исцелить нельзя? – Я не сводила растерянного взгляда с бессознательного вампира. От жалости даже в глазах защипало.

– Ай, все время забываю, что ты в магии не разбираешься. В общем, напал кто-то на демона, применив запрещенную магию. Под запретом несколько приемов, все перечислять не буду. Но в данном случае использовали «Касание черного жнеца». Его еще «Дыханием смерти» называют. Суть его в том, что несчастный постепенно замерзает изнутри. В итоге превращается в ледяную статую и разлетается на мелкие осколки. Справиться с этим никак нельзя, – женщина снова тяжело вздохнула.

Я все-таки всхлипнула. Пусть я Ийрилихара даже другом назвать не могла, но жалко его было до жути.

– Но кто на него напал?

– Кто ж знает, – Друндгильда развела руками. – Ищут вовсю. Для запрещенной магии надо быть знаешь каким магом – ого-го! Таких у нас в академии можно по пальцам одной руки пересчитать: ректор Августис и… – она на мгновение задумалась и настороженно добавила: – Ну и Савельхей твой.

– Он бы не стал на Ийрилихара нападать! – тут же возразила я. – И вообще ни на кого бы не стал!

Все в той же задумчивости Друндгильда подняла на меня сочувственный взгляд:

– Лика, а ты уверена, что достаточно хорошо его знаешь? Я понимаю, чувства застят глаза и…

– Нет! – мрачно перебила я. – Нет, нет и еще тысячу раз нет! Савельхей никого бы не тронул! И вы забыли про еще одного сильного мага. Николетта!

– Избранная? А ведь правда… Намекну-ка я на это Августису. – Друндгильда встала. – Ты еще тут побудешь?

– Нет, я… у меня дела, скоро уйду.

Женщина вышла, закрыв за собой дверь. Я опустилась на колени у кровати Ийрилихара и взяла вампира за руку. Пальцы тут же обожгло ледяным холодом.

– Ты спас мне жизнь, но я не могу оплатить тебе тем же, прости, – прошептала я виновато. – Но данное тебе обещание сдержу непременно.

Медлить я не стала. Сразу же отправилась на поиски комнаты Ийрилихара. Видимо, его поручение было крайне важным, раз он упомянул о нем, уже будучи раненым. Жаль только, не сказал, кто же тот гад, который его атаковал. Ведь, скорее всего, он же и являлся шпионом Братства Арханов. Вампир ведь обмолвился сегодня, что его вычислили. Вот и поплатился за свою догадку.

Но наряду с жалостью к Ийрилихару в душе все больше нарастала тревога. Хотелось спрятаться в комнате Савельхея и ни за какие коврижки ее не покидать. И пусть темный властелин постоянно меня охраняет. Долго и счастливо, до конца наших дней.

Кое-как отвлекшись от столь заманчивой картины, нарисовавшейся в воображении, я снова задумалась над словами Ийрилихара. И если с «Лика» и «обещание» все было ясно, то что значило «лес»?

Комнату Ийрилихара я нашла только через час блужданий по жилому корпусу. Сначала даже дверью ошиблась, и, увидев меня, обитающие там двое студентов дружно в ужасе взвыли. Видимо, спросонья бедняги решили, что это темный властелин по их душу пришел. Все-таки хорошо меня плащ Савельхея маскировал. В чем я повторно убедилась, когда в коридоре навстречу попался Раэль. Угрюмый, озлобленный, эльфийский принц будто бы в воображении репетировал чью-то казнь. А едва завидел меня, так его аж перекосило. Тут же рванул назад и шустро скрылся за ближайшим поворотом. И чего это ему ночами не спится?