Андрей Посняков - Вандал (сборник)

– И то дело, – улыбнулся молодой человек. – Пойдемте, Фредерик! Эй-эй, месье Арно, на что вы так засмотрелись? Русской печки не видели? Или лавки?

– А? Нет, не видел. Если в музее только.

– Ладно, насмотритесь еще – ночи теперь светлые. Пошли рыбу ловить.

– О, рыба – это хорошо! Особенно уха – в вашем приготовлении, друг мой! Смею заметить, у нас с вами обеды и ужины как в лучших ресторанах. Ваша заслуга, Александр! Если б вы были поваром, мэтром…

– Если б я был поваром, дорогой Фредерик, я бы не смог так готовить – потому как мне это было бы неинтересно, как неинтересна любая рутина.

Рассмеявшись, молодой человек вытащил удочки и махнул рукой:

– Пошли.

– Долго там не задерживайтесь, – на всякий случай предупредил Весников и, конфузливо хмыкнув, занялся печью. Конфузливо – потому что промахнулся из ружьеца по уткам, промазал, будто пятнадцатилетний пацан-губошлеп… Саша, правда, в этот момент качнул лодку, потянувшись за белой кувшинкой.

– Как разгорится, можешь уже и котелок поставить, – выходя, предупредил Александр. – Только не соли – я потом сам.

– Да идите уже. Если с мостков не будет клевать – там рядом, за ивами хорошее место, увидите.

С мостков не клевало. Может, рыба была пуганая, а может, просто местечко неудачное.

– Пошли-ка, дружище Фредерик, к ивам… Эк! А хорошо Николай лодку припрятал – ни за что не отыщешь, коли не знать.

За ивами, над небольшим обрывчиком, обнаружилась слаженная кем-то скамеечка, которую Александр вежливо уступил гостю, сам же принялся ловить стоя. Закинул – и сразу же поймал неплохую щучку. Кинул в прихваченное с собою ведро:

– Полежи пока, может, еще и чего лучше наловим.

И тут же, будто в подтверждение его словам, профессор вытащил на червя увесистого налима. А за ним, почти сразу, второго.

– А ведь прав Коля – хорошее место. – Саша довольно улыбнулся, насаживая на крючок червя из тех, что накопали в банку еще раньше, на острове. – Налимья печенка, если умеючи приготовить – пальчики оближете! Чу! – Он вдруг замер. – Что это? Слышите? Кажется, плывет кто-то.

– Ну да. – Француз прислушался. – Точно – мотор. А вон, слева, – привстав, профессор показал рукой, – и лодка.

– А места-то здесь – людные! – Александр усмехнулся. – Сразу две лодочки собрались. Интересно, кого это несет? Хм… гляди-ка – к мосткам не поплыли… к тому берегу подались. Браконьеры, что ль? И, кажется, знакомая лодка. Пойду-ка я за биноклем схожу. А вы пока ловите, Фредерик, поверьте, не всем так везет.

– О, да, да! – счастливо засмеялся профессор. – Удачная сегодня рыбалка.

– Ну, у кого как…

Усмехнувшись, молодой человек быстро пошел в избу, за биноклем.

– Лодка, говоришь? – Весников сразу насторожился. – И кого это черт принес?

– Нет бы сказать – «Бог послал», – ехидно поддел его Саша. – Ладно, пошли на мостки, глянем.

– Лучше бы – с обрывца, – возразил Николай. – Может, у них тоже бинокль? Зачем – чтоб видели?

– Экий ты… ладно, пошли к обрыву. Кстати, дым-то из трубы валит… поди, заметили.

– Заметили, да ведь в гости-то не пришли, не пожаловали. Значит – встречаться ни с кем не хотят. Хорошо, что я лодку подальше спрятал.

– Да ладно тебе, – Саша отмахнулся. – Сейчас взглянем…

Приложив бинокль к глазам, он отвел на кустах ветки… и не поверил увиденному, узнав в одном из вновь прибывших того неприятного цыганистого типа, что «разрулил» недавнюю свару, выпрашивал у Александра телефон, желая узнать насчет меча. И дался ему этот меч! Саша, кстати, тогда так и не позвонил – некогда было. С профессором разговаривали, потом вот – на Гагарье поплыли. И этот хлыщ, вишь ты, тоже здесь! Странно, более чем странно. И что ему в этой глуши делать? На охотника, рыбака или туриста не очень-то он и похож. Тощий, сухой, словно вобла… А, может, и не он это вовсе?

Молодой человек протер окуляр рукавом, снова всмотрелся… да нет, он! Саша, слава богу, на зрительную память не жаловался.

Та-ак…

– Федорыч! Взгляни-ка, лодка чья?

Весников наконец дождался бинокля, обрадовался, внимательно стал рассматривать быстро удалявшуюся моторку.

– Митьки Немого «казанка». Точно – его. Мужик это наш, с рожденья немой. Рыбак и охотник – места здешние лучше меня знает. Черта какого-то куда-то повез.

Именно что черта!

Снова взяв бинокль, Александр приметил, что неприятный тип, как его – Михаил Петрович, вроде бы так он представился, – и одет как-то странно: камуфляжная куртка поверх дорогого костюма, болотные сапоги. Это при белой-то сорочке! Да уж, непонятно все это… странно даже.

Вернувшись в избу, Саша развернул карту и присвистнул:

– Коль! А выходит, с того берега – до Гагарьего куда как ближе!

– На тот свет оттуда ближе! – усмехнулся Вальдшнеп. – Там болота одни, трясина. Правда, если хорошо гати знать…

– А Митька Немой их знает?

– Этот? Да, пожалуй что знает. Я же говорю – он из этих мест родом.

Прищурившись, Александр задумчиво посмотрел вдаль:

– Послушай-ка, Федорыч, а там случайно никакой протоки нет? Чтобы не пешком по болотам, а так, на лодочке.

– Да нет там ничего, ясен-пень! – хмыкнул Вальдшнеп.

– А на карте что-то такое обозначено!

– Ручей там обозначен. Он, конечно, спору нет, бурный, только вот глубиной – по колено, а то и по щиколотку. Да и камней там полно – перекаты. Нет, пешком вернее будем! – Весников оглянулся на отошедшего в сторонку профессора и, понизив голос, спросил: – Слышь, Саня, а хренцузу этому обязательно на Гагарье надо? Может, и Турындино сойдет? Ему какая разница-то?

– Не, Коля, – Саша покачал головой и усмехнулся. – Гагарье ему нужно – точно. Какие-то там исследования. Кстати, он тебе за это, кроме тех денег, что дал, еще и премию выплатит. Да-да, уж будь уверен!

– Ну, коли такое дело – сладим!

Вальдшнеп заметно повеселел и, выгоняя спрятанную в камышах лодку, даже принялся насвистывать. Радостно заработал мотор, затрещал, вспугнув целый выводок уток; медленно отвалив от мостков, лодка набрала скорость и понеслась вдоль заросшего ивняком берега.

– А не быстро плывем? – обернувшись, крикнул Саша.

– Ась? – Из-за шума двигателя Весников ничего не слышал. – Чего ты говоришь-то?

– Мотор-то заглуши! Мотор, говорю, глуши! Амба!

Вальдшнеп наконец понял, и, заглушив двигатель, удивленно уставился на Александра.

– Дальше на веслах пойдем, – негромко сказал тот. – В ту сторону, куда те на своей лодке поплыли. К ручью!

– К ручью так к ручью, – вспомнив про обещанную премию, Весников покладисто кивнул. – Как скажете, мне-то какая разница?

Дальше плыли в тишине, лишь чуть поскрипывали уключины. Даже без мотора лодка шла ходко – оба, и Саша, и напросившийся поработать профессор, гребли в охотку. Вальдшнеп поглядывал на них с кормы и ухмылялся.