Александр Шорников - Тело сдал - тело принял

Миши отвернулась от него и пошла дальше но, пройдя несколько шагов опять остановилась и развернувшись с жалостью посмотрела на него.

— А если ты надумаешь жениться, подумай, — она ткнула в него пальцем — чем ты будешь кормить жену и детей, ты и себя прокормить не можешь.

Или молча развернулся и пошел прочь, с трудом подавляя желание расплакаться, как маленький ребёнок, жить ему больше не хотелось.

*****

Сергей вновь вынырнул из чужих воспоминаний. Парочка, конечно, разговаривала несколько в иной манере. Смысловая и эмоциональная наполненность разговора, была несколько другой. Просто Никитин несколько адаптировал всё происходящее с Или в привычные ему выражения другой эпохе. Кстати эти два уровня восприятия, личности Или и личности Никитина достаточно гармонично накладывались друг на друга. Тут Хранитель его не обманул.

Например, такого слова как секс, разумеется, произнесено не было. Здесь это звучало — кофа, примерный перевод этого слова был примерно такой — игра, от которой рождаются дети.

Никитин сел на кровати и начал помассировать голову. Голова просто раскалывалась.

— Это и не мудрено пролистать за один день все тринадцать вёсен Или — подумал он продолжая массировать голову.

Но время поджимало, ему не хотелось бы ненароком нарушить какое-нибудь местное табу, при нарушении которого всё племя встало, фигурально выражаясь на уши. А в таких племенах нарушителей, он это знал из земной истории, порой наказывали очень жестоко.

У него в запасе присутствовала ещё и третья личность, которую он пока не распаковал, несмотря на то, что от неё он мог многое приобрести в плане необходимых ему в этом мире умений. Тут Никитин, не решил не торопиться, он хотел посмотреть, не появятся ли с течением времени побочные эффекты от совмещения двух личностей в одном теле. Кстати!. А сколько, кстати, этому телу лет?.

— Тринадцать вёсен, как любит говорить здешний шаман. Сколько же ему, то есть мне, лет?. Год здесь примерно на десять дней длиннее чем на Земле. — прикинул он. — Получается, где-то около четырнадцати лет, самый возраст — Ромео и Джульетта. Первая любовь, первый сексуальный опыт, немудрено, что после такой сцены мальчику расхотелось жить.

— Да парня можно понять, — думал землянин, более пристально оглядывая своё новоприобретённое тело — действительно кожа да кости!. Насчет детишек девочка конечно права, да и на роль кормильца семьи Или явно не тянул. Странно, что Низа ещё не замужем, в тринадцать-четырнадцать лет в уже вовсю выдавали. А то и в двенадцать!. Хотя не факт!. В разных культурах всякое бывало.

Сергей вновь начал энергично массировать больную ногу, одновременно привычно нагнетая энергию в место ушиба, что бы побыстрее вылечить её. Нога неприятно ныла, иногда ее, простреливая резкий удар боли, но Никитин упрямо с ней работал, рассчитывая, что через пару месяцев, он уже сможет потихоньку бегать. А бегать в этом мире, он не сомневался, ему ещё придётся много и быстро. Закончив с лечением, Сергей опять прилёг на кровать и закинул руки за голову.

Почему-то в этот момент, он вдруг вспомнил свою первую любовь. Восьмой класс, Ольга — девочка с длинной русой косой. После восьмого класса Сергей ушел в ПТУ, а она осталась заканчивать десятилетку. Дорога в школу проходила мимо его дома и Сергей из окна, каждый день видел, как она в своей ученической форме с портфелем шла в школу.

Через год, после окончания ПТУ, набравшись храбрости, он зашел к ней в подъезд и, поднявшись на второй этаж, вдруг увидел около её двери детскую коляску. Всё стало ясно — детство безвозвратно ушло. Неделю Никитин ходил сам не свой, даже сердце стало немного пошаливать, как выбраться из этого проклятого замкнутого круга он не знал.

— Как такое, может быть? — спрашивал себя он — Я её люблю, а она вышла замуж за другого?.

Дни шли за днями, а тоска оставалось, тоска по несбывшемуся. Однажды Никитина, как громом поразила одна мысль, и сразу наступило облегчение от осознания данной ситуации. Как резкий удар скальпелем по гноящейся ране, боль и облегчение..

Эта мысль впоследствии всегда помогала ему, когда от него уходила возлюбленная. Мысль была очень простая — разве эта женщина моя частная собственность?. Она имеет право насвой выбор, она не моя вещь — она человек.

После этого Сергей часто приглашал Ольгу на свои день рождения и, глядя на свою первую любовь глазами уже умудрённого человека он думал, почему так?. Сейчас смотрю и никаких особенных эмоций, почему то, даже иногда приходит мысль — какое счастье, что я не женился на ней.

Те недостатки, которые мы не замечаем в юности, в силу тогдашней житейской неопытности и влюбчивости, хорошо заметны тем, кому за… хотя бы за тридцать.

Углубившись в свои размышления, Никитин не заметил, как заснул. Проснувшись, он обнаружил, что уже ночь, а рядом, тихо посапывает Низа. Осторожно, стараясь не разбудить сестренку, Сергей тихо подошел к выходу и откинул полог. Свежий ветерок обдувал его обнажённое тело.

Он поёжился от холода, на горизонте край неба, уже потихоньку начал светлеть.

Деревня еще спала, со стороны опушки леса несколько степных кошек монотонно тянули одну и ту же ноту. Потом вопли оборвались, послышались яростное мяуканье, которое стало быстро удаляться вглубь леса.

Никитин окинул взглядом местность. Впереди, с одной стороны, через широкую реку, расстилалась довольно ровная степь. С другой стороны, неподалёку виднелись небольшие рощицы, которые дальше уплотнялись и превращались в лес. Дальше начиналась гористая местность.

Далеко-далеко где-то на горизонте виднелись пики довольно высоких гор. Такие же горы, как рассказывали охотники, были и за рекой, если идти степью три дня без остановки, но туда никто особо не ходил, живности в тех краях было очень мало. Вот и весь мирок этого племени.

Охотники уходили за добычей далеко в лес, ближе к горам, где было много дичи. Местность немного напоминала ему Карпаты, куда он ездил, как-то летом отдыхать.

Никитин перевёл свой взгляд на речку, которая блестела в свете двух лун. Двух лун!. Сергей взглянул на небо и застыл в немом восхищении. Небольшие тучи, закрывшие небо как по заказу разошлись, и это было то зрелище, когда не хватает никаких слов, только беспредельный восторг и безмолвие.

Это было воистину то зрелище, ради которого он был готов простить Хранителю все те мучения, которые он испытал при вселении в это тело.

Всё небо от края до края было плотно, забито звёздами. На этом фоне, две небольшие луны Сиф и Сот, припомнил он их местное название, медленно передвигавшиеся по небу, временами совершенно терялись в этом звёздном изобилии.

Не зная, сколько он простоял, любуясь этим зрелищем, в себя Никитина привели завывания степного волка, эти звери часто переплывали реку и бродили около людских поселений. В своих загонах тревожно заблеяли овцы.