Александр Шорников - Тело сдал - тело принял

— Эх!. Мяса бы да на углях! — подумал он.

Рот моментально наполнился слюной. К сожалению, мясо ему пока не полагалось, оно в основном шло семьям охотников. Для простых смертных в лучшем случае полагался суп из костей, и только раз в году, всем в племени выдавали более или менее сносные куски мяса

Землянин усмехнулся, вспомнив здешний табель о рангах. Самые лучшие и обильные куски здесь доставались охотникам. Эта группа даже имела своё собственное, обособленное от всех место. Больше трёх десятков больших камней располагались полукругов вокруг большого плоского камня, который заменял им стол.

У охотников был свой медный котелок, в котором стряпуха Дини варила только для них. После того как стряпуха с поклонами ставила котелок на этот камень, вся полнота власти по раздаче пищи переходила к вождю. Местное название этой должности было — Сильная Рука, но Сергей для ясности называл предводителя охотников вождём или старшим охотником.

Похлёбку вождь самолично разливал из котелка большой деревянной ложкой в тарелки охотников. Чаще всего они были из черепаховых панцирей. Эти панцири охотники десятками приносили из одного известного только им места, куда черепахи отправлялись умирать. У многих охотников дома были большие черепаховые панцири диаметром метр и более, а у шамана был даже гигантский двухметровый панцирь, который заменял его жёнам корыто.

Если удавалось добыть крупное животное, то вождь лично делил добычу, и распределял её между всем охотникам. Особо отличившимся на охоте, помимо костей и шкуры, вождь, в качестве поощрения, обязательно отмечал лишним большим куском жареного мяса, который он клал на тарелку удачливого охотника.

Кроме того, ему полагался и солидный кусок сырого мяса для его семьи. Вождём в племени был Гел, крепкий сорокалетний мужик со шрамом на щеке, рядом с ним постоянно находились четверо сыновей от его пяти жён. Одному из них после его смерти, достанутся символы власти вождя — большой медный топор и короткий широкий медный нож. В дополнении к этому комплекту полагалась три копья с медными наконечниками и ещё один шрам на лбу.

Один горизонтальный шрам на лбу и ещё два небольших на щеках справа и слева, полагалось наносить в момент посвящения мальчика в охотники. Второй горизонтальный шрам на лбу полагалось наносить, когда охотник в одиночку убьёт десять крупных животных. Третий горизонтальный шрам полагался только вождю.

В следующую прослойку входили уже знакомый нам Мудрый Накси, шаман и целитель, хотя его целительские способности на взгляд Никитина не выдерживали никакой критики. Не меньшим влиянием в племени пользовались ещё четыре человека. Самым богатым считался уже знакомый ему Сим, который пытался выдать замуж за него свою дочь. Он и его жена кстати так и не оставили своих попыток.

Кроме него ещё были Дачи, Синно и Салиле за каждым из них горой стояло человек по сорок-пятьдесят родных и родственников их жён. Их слово тоже много значило в племени.

Отдельно в табеле о рангах шел кузнец, угрюмый рыжий детина лет тридцати пяти, которого племя приютило лет пять назад. Кроме него в племени было десяток мужчин, которые в силу преклонного возраста или по причине ранения, занимались гончарными работами, плели циновки и по мере возможности учили молодняк уму разуму.

В следующую прослойку входили женщины и добытчики и, наконец, на самой низшей, и бесправной, ступени находилось подрастающее поколение, куда до недавнего времени входил и Сергей.

Никитин в очередной раз откинул полог их жилища, от горизонта всё шли и шли тёмные тучи, похоже, дождь зарядил надолго. Землянин вновь уселся на койку и стал смотреть как капли воды медленно падали в грубый глиняный сосуд.

Дождавшись пока сосуд, наполнится, он в очередной раз выплеснул воду на улицу и стал рассматривать это нехитрое изделие здешних гончаров. Сосуд был грубой формы, немножко небрежно сделанный, но для повседневных нужд он вполне годился. Сергей задумчиво повертел его в руках, на память, почему-то пришли греческие амфоры и вазы.

— А что если мне попробовать заняться гончарным делом!. - осенила вдруг его мысль.

Он задумался. В принципе ничего особенно сложного для этого дела не требовалось, надо было только изготовить гончарный круг и раздобыть глину. Глина, даже нескольких сортов, имелась поблизости в изобилии, а вот гончарный круг, как ни странно в племени не знали. Горшки и чашки просто лепились вручную и сушились или обжигались в костре.

Никитин напряг память своего предшественника, но Или только видел, как старик гончар именно лепит, из глины свои нехитрые изделия. Сергей ещё раз внимательно осмотрел чашки и сосуд, эти изделия явно делали не на гончарном круге. Интересно было то, что очень редко здесь встречались горшки емкостью более пяти литров.

Хотя, в селении имелась посуда хорошего качества, которую привозили торговцы для обмена, но хитрые торговцы так и не открыли племени секрет гончарного круга. Посуда стоила, конечно, не так дорого как изделия из меди и бронзы, но позволить её себе купить мог далеко не каждый.

Кроме того, глиняные изделия имели неприятную особенность — разбиваться вдребезги. Если он сумеет наладить производство в этой деревне, то от здешних покупателей не будет отбоя. Насколько Сергей помнил, о гончарном круге, это нехитрое сооружение состояло из двух кругов большого и маленького. Большой круг, располагался снизу и гончар ногой его крутил, на малый клалась глина, и дальше собственно шёл процесс изготовления глиняных изделий. Правда, для комфортной работы нужно было изготовить ещё и педальный механизм, но в здешних условиях это было очень сложно сделать, почти невозможно.

С гончарным кругом, самым примитивным, всё вроде бы просто и понятно берутся два деревянных круга, соединяются между собой и всё готово к работе. Вот только где в этом почти каменном веке взять два деревянных круга, которые надо предварительно отпилить и обработать и сколько времени на всё это нужно затратить!.

Выход как всегда нашла Низа, которая как казалось ему временами, знает где, что и у кого в этой деревне есть и в каком тёмном чулане хранится. Скинув около печки мокрую баранью шкуру, которая служила ей зонтиком, она внимательно выслушала, что ему нужно. Сергею достаточно было показать ей размеры кругов, и девочка энергично принялась за поиски. Накинув на голову так и не успевшую просохнуть шкуру, она вихрем выскочила из хижины.

Через час она вся мокрая с ног до головы, но с азартно блестевшими глазами, ворвалась в дом, прижимая к груди маленький деревянный круг, в котором даже было сделано отверстие. Никитин только в восхищении, молча, развёл руками.