Константин Муравьёв - Город Древних

Но расспрашивать его о подробностях я пока не стал, оставив вопросы на потом. Правда, перед тем как засунуть свою голову в пасть ко льву, я решил предупредить его о том, что тот, кто воспользовался магией Смерти там дальше явно не простой лич.

Да и ментоинтерфейс отнес его как минимум к ментооператорам с возможностями оперирования энергиями выше средних. Так что это, по всей видимости, кто-то из тех, о ком я ничего не знаю, но имею все шансы познакомиться с ними лично.

— Там не лич, — сказал я, — кто-то более сильный.

И предвидя его следующий вопрос, сразу ответил.

— Просто чувствую.

Он лишь кивнул головой, принимая к сведению мои слова и крадущейся походкой, практически растворяясь в окружающей растительности, двинулся к месту событий. «Интересно, как я сам выгляжу со стороны», подумал я о себе, крадущимся вслед за Лениавесом.

Вдруг, я почувствовал, что по направлению движения корнола, слева, за одним из деревьев стоит скелетон, но его ментополе было прикрыто какой-то странной и необычной структурой, которая раньше не позволяла мне заметить его.

«Неплохая вещь, гораздо лучше, чем у самого корнола», — как-то на границе сознания, отметил я этот факт.

Лениавес же не замечал замаскированного скелетона до сих пор.

«Вперед», — дал я себе команду.

«Прыжком» пока смысла пользоваться не было, но зато теперь, зная на что нужно было обращать внимание, я обнаружил еще около сорока ментоструктур, как обычных скелетонов, как и тех, кто был похож и не похож на них в той или иной степени.

При этом я, делая резкий скользящий, практически стелющийся над землей, шаг вперед, выхватываю на едином взмахе оба своих клинка из ножен.

И устремляюсь вперед.

Нужно было успеть до того, как скелетон подаст сигнал о нас, а сейчас я точно знал, что он нас еще не заметил.

Корнол, даже отреагировать не успел, как я проскользнул мимо него.

По какому-то наитию, я еще за мгновение до боестолкновения понимаю, что голову противнику нужно отсечь, чтобы скелетон не успел подать сигнал о нас (Звуковой, мысленный, не понятно?}, а вот второй удар моим клинком должен был полностью разрушить удерживающую его ментоструктуру.

И, даже не зная почему, но я, не целясь на каком-то интуитивном уровне, одним из клинков произвожу удар в район шеи скелетона, отсекая его голову. А второй, правый, клинок в то же мгновение вонзаю в центр его ментоструктуры, выделив некую узловую точку, которая подсветилась на его виртуальной модели в ярко-красный цвет.

Проверив показания «сигнальной сети» и «сторожевого круга», я убедился, что к нам еще никто не приближается. А интуиция подсказала мне, что наше появление здесь все еще остается сюрпризом для местных хозяев.

— Стой, — остановил я Лениавеса, хотя он и так уже стоял на мести с натянутым луком в руках и наложенной на тетиву стрелой, — их тут несколько больше чем мы ожидали.

— Я уже догадался, — кивнул он головой на лежащие у дерева останки, — и как ты о нем узнал?

Но посмотрев на меня, ухмыльнулся и сам ответил.

— А знаю, — и, подмигнув мне, добавил, — почувствовал. Так каков план? — Обратился он ко мне, — просто так сунемся туда, и бесславно погибнем. Теперь это понять должен и ты. А мне бы этого очень не хотелось.

Меня удивило, что Лениавес передал бразды правления в мои руки, но, похоже, он посчитал, что так будет лучше для нас.

«Ну, или как вариант, он хочет в чем-то удостовериться», — подумал я.

— Понял уже. Да и что-то наша подопечная больше шумит, задумчиво, все еще пытаясь понять суть поступка и перемены в отношении ко мне корнола, сказал я, прислушиваясь к своим ощущениям и чувствам, — хотя она еще жива и на месте. Что не может не радовать. И мертвые к ней до сих пор еще не приблизились. Похоже, они ждут чего-то.

А сам тем временем рассуждал.

«Так их много, многие из них, судя по всему маги. Плохие они маги или нет, я не знаю. Сейчас это не так важно. Что еще? Есть один очень сильный. Кроме того девчонка (а почему-то я был уверен, что она достаточно молодая) там одна, и как бы не запаниковала и не сделала глупости в самый не подходящий для этого момент. Значит, кого-то к ней нужно послать, чтобы он предупредил ее о нашем присутствии, успокоил и контролировал ее действия. Ну и по возможности, прикрывал, если что, смог продержаться до моего подхода и оказал посильную помощь в любом моем начинании».

Посмотрев на корнола, я понял, что по сути вариантов то у нас не много. Лениавес точно не справиться со всеми скелетонами и личами в лесу, а вот у меня есть шанс. В этом я почему-то был полностью уверен. Зато ему-то уж девушка поверит наверняка.

Правильность моих рассуждений подсказывала мне и моя интуиция.

«Нужно действовать, но не так как от нас ждут. Вернее не так как они думают, что мы или кто-то будет действовать в этой ситуации. Про нас то они еще, надеюсь, не знают (хотя я и тек знаю, что скелетон не успел ничего передать своему повелителю). Нужно не отступать и убегать, а нападать. Сбить их настрой и тысячелетний алгоритм действий. Спутать им все карты. И этим выгадать нам время».

А вот что делать дальше, нужно было подумать. Всех мертвецов нам в этом городе не победить и не упокоить, я это чувствовал. Значит, нужно как-то покинуть город. Но и за его пределами нас ждет ловушка, правда уже не нежити, а демонов.

Но я чувствовал, какой-то выход должен быть. Об этом так и кричали все мои чувства.

«Где он?» — задал я себе вопрос, и осознал.

«Где-то там», — четко и ясно обозначилось направление и некая точка на моей воображаемой карте в сознании совпадавшая с практически геометрическим центром этого мертвого города, — «выход есть, и его нужно искать там».

Но при этом я четко осознавал и то, что в том же самом месте затаилась и самая большая опасность этого города.

Его хозяин. Его повелитель. Его владыка. Чья власть простиралась над мертвыми улицами этого города уже не одно тысячелетие.

И если мы хотим вырваться из него, нам придется пройти и преодолеть как его самого, так и его многочисленную стражу. Я в этом был уверен так же как и в том, что сейчас впереди нас поджидает заранее спланированная и не раз уже сработавшая ловушка.

Только вот что это за выход и как он может нам помочь, никаких мыслей у меня не было. Единственное, что я понимал, он как-то связан с тем, что мы сможем покинуть пределы города. Но, как мы это сделаем, я не понимал.

«Это не подземный ход, или какое-то тайное убежище», — размышлял я, в этом месте моя интуиция молчала. Будто я думал о совершенно посторонних вещах, — «это нечто другое».

«Интересно, смогу ли я понять, что это и как оно сможет нам помочь?» — будто спросил свой внутренний голос я, и получил уверенный однозначный ответ.