Евгений Ходаницкий - Альмарион. Первый шаг

Они хватались за все. Информация о древних фолиантах, свитках, таинственных отшельниках, даже контакты с некоторыми Ковенами, которые потом тщательно зачищались, вместе с самими организациями. Что-то тайно, что-то более явно, а кое-что даже вполне официально.

И до сих пор, никто даже помыслить не мог, что у Лурина и его Бесцветных есть лишь одна цель. Одна мечта — избавиться от полученного проклятья.

По сути, произошедшие с ними изменения проклятьем считать было сложно, но фактически, это было самой страшной карой, которой мог подвергнуться маг. Они все перестали быть живыми существами, в прямом понимании этого слова. Разве что Ректору повезло сохранить человечность, в той или иной мере. Взамен они обрели невиданное могущество, но у каждого это проявлялось в виде узкоспециализированного магического манипулирования. Все они стали искусственными Источниками, каждый из которых работал на своей частоте магических колебаний, и подобное существование медленно, но верно, убивало в них те оставшиеся крохи, что делали их когда-то людьми.

Появление паренька, запах которого был если и не идентичен, то очень похож на запах их учителя, стало для Ректора подарком Богов. Ведь, если использовать идентичную энергию в схожих условиях, то все можно исправить! Хотя нет!

Лурин помотал головой. Еще один Чатран, это будет слишком. Его друзья на это не пойдут, несмотря ни на что. Нужно это учитывать. Но, как бы то ни было, Крис, это ключ к исцелению. И он, магистр Лурин н`Кор, не имеет права упустить этот шанс!

— Хм! — Магистр обратил внимание на сиротливо лежащий на полу, у ножки стола, еще один лист. — Обронил? Что там? — Нагибаться было лень и, брошенное в эфир тончайшее плетение, подняло лист искусственным ветерком, направив его прямо в руки магу. — Тоже из Мезгорда…

Ректор нахмурился, вчитываясь в неровную вязь почерка шпиона. Тонкий пергамент смялся в его пальцах. Как же так? Почему больше никто не узнал? Столько времени потеряно, а ситуация за это время могла стать более чем неприятной. Он перечитал еще раз.

«…как результат, мне стало доподлинно известно, что Эйлендроур разыскивают объект наблюдения, наравне с рядом других людей и гномов. Причины неочевидны и, само собой, эльфами не афишируются. Все происходит на высочайшем уровне секретности. Только Тайная канцелярия Ишрантара в курсе событий.

Как сообщил мой источник, складывается впечатление, что это была некая провокация со стороны секретников, цель которой так же не ясна и не проходит в доступных информатору документах.

Точно известно только то, что объект проходил плотную проверку секретниками, в тот же период времени, что позволяет предположить его, вероятней всего слепое, в ряде каких-то событий, участие. Полагаю, вследствие их он и попал в поле интереса эльфов…»

Если дроу, со своим культом Тьмы, доберутся до парня, будет очень плохо! То, что Крис каким-то образом овладел Сферой Тьмы, Лурин догадался уже давно. А если дроу прознают об его исключительной магической направленности, невозможно спрогнозировать, чем все закончится. Угораздило же их принцессе пробуждать свою жреческую натуру именно сейчас, да еще и кататься посольством по соседям! Века сидели в своем лесу, и тут на тебе! С этим надо что-то делать. Понятное дело, Парису мальчишка тоже интересен, но он в первую очередь политик и цепной пес Ардэна. Если появится возможность обменять Криса на какую-то выгоду, он не задумываясь сделает это.

— Надеюсь, новички успели вписаться в новые роли. Да! Пожалуй, стоит перестраховаться. — Проговорил, глядя в пустоту рассеянным взглядом маг, неосознанно выбивая пальцем по столешнице неизменный ритм.

Очнувшись от поглотивших его размышлений, Ректор коснулся ладонью маленькой малахитовой сферы, встроенной в угол его рабочего стола, и, почти сразу, ощутил отклик. Исполнители были на связи и ожидали приказов. Но, в этот раз, ничего сложного от них не требовалось.

— Пригласите на завтра ко мне в кабинет новую студентку с целительского факультета. Амия… имя рода мне не известно. — Надо было сразу поинтересоваться, мелькнула у мага в голове досадливая мысль, — Бывшая ученица Эйры.

И, уже собираясь убрать руку с переговорщика, Лурин спохватился и, на всякий случай, уточнил. — Пригласите вежливо! — А то, могут ведь и выслужиться, а это совсем ни к чему.

Эх, Эйра… Ректор печально покачал головой. Хоть он и понимал, что бывшая целительница записала его в свои кровные враги, было очень жаль, что она погибла. Способная была магесса. Ее можно было бы использовать во многих нужных делу Ашем-Ран-Илл делах. Опосредованно, конечно, но это дела не меняет. Такой талант пропал! Печально, что в тот миг всеобщей нужды, для привязки в качестве стабилизатора купола над Чатраном, не нашлось никого другого. Знал бы, что Школа в будущем лишится такого таланта, да еще и Источника в придачу, несомненно, переиграл бы. Но чего уж жалеть! Он не всесилен. Что поделать, если даже Сила Киры не смогла увидеть эти негативные последствия избранного пути.

Лурин досадливо скривился.

Не менее жаль было потерять новорожденный Источник в непосредственной близости от границ Ашем-Ран-Илл. С герцогом бы можно было и сторговаться, но…

Одно хорошо, купол стабилен, как никогда силен и вечен, если исходить из факта вечности Источников, слабеющих, но не иссыхающих окончательно никогда.

Кстати о Кире. Надо будет узнать, когда она сможет попытаться прочесть судьбу Криса. Если, конечно, решится делать это снова. После первой попытки месяц приходила в себя. И ладно бы узнала что-то стоящее. А то, кроме того, что вокруг парня линии вероятностей с ума сходят, ничего так толком сказать и не смогла. Ну, разве что приблизительное направление его путешествия определила.

Лурин встал из-за стола и, громко хрустя, покрутил шеей.

Главное, не расслабляться! Пока не достигнут результат, об отдыхе думать нельзя. — Дал себе установку Ректор, и покосился на мягкое кресло в дальнем углу кабинета. — А, впрочем, пара часов сна пойдут только на пользу. Дело терпит, — решил Ректор. — И пара часов ситуацию не изменит…

Едущая по дороге телега плавно остановилась на развилке, у группы разлапистых деревьев, больше похожих на кусты переростки. Лошадь, оторванная от медитативного процесса движения вперед, недовольно всхрапнула и покосилась вбок выпученным карим глазом.

— Тихо, хорошая! Ща поедем! — Прикрикнул сидящий на лавке телеги крестьянин.

Из телеги в пыль спрыгнула рослая девица. Стройная, одетая в сероватую блузу, зашнурованную на груди, и штаны из плотной темной ткани с кожаными латками. Хвост из черных волос, стянутых бечевой на затылке, свободно спускался почти до самой поясницы и вызвал бы зависть у любой представительницы женского рода, без исключения. А вот внешность и фигура, уже котировались бы не ниже — «Ну и что, что красивая?! Шлюха небось. Или еще чего похуже…» Этим определением девица уже была одарена как минимум дважды за время своего пути, но, хоть и слышала слова, и поняла их смысл, никак не отреагировала.