Нацумэ Сосэки - Ваш покорный слуга кот
- Название:Ваш покорный слуга кот
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Государственное издательство художественной литературы
- Год:1960
- Город:М.
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Нацумэ Сосэки - Ваш покорный слуга кот краткое содержание
«Ваш покорный слуга кот» — один из самых знаменитых романов классика японской литературы XX в. Нацумэ Сосэки, первок большое сатирическое произведение в японской литературе нового времени. 1907-1916 годы могут быть названы «годами Нацумэ» в японской литературе: настолько сильно было его влияние на умы японской интеллигенции тех лет. Такие великие писатели, как Акутагава Рюноскэ, Ясунари Кавабата и Дадзай Осаму считали себя его учениками.
Герои повести — коты и люди. В японских книжках для детей принято изображать животное как маленького человечка с головой зверя. Коты в повести Сосэки — это маленькие человечки в масках. Среди них сохраняются те же социальные различия, что и среди людей, ведь они живут в мире, где служанка часто расценивается ниже кошки. В повести они на роли клоунов: разыгрывают интермедии между основными номерами. Но если коты похожи на людей, то верно и обратное: многие люди не лучше животных.
Наслушавшись в доме своего хозяина умных разговоров о новых течениях современной мысли, в первую очередь о модном индивидуализме и о «сверхчеловеке», кот возомнил себя существом необыкновенным, подлинным «сыном двадцатого века».
Комизм ситуации, как в «Путешествиях Гулливера» Свифта, состоит в том, что карлик меряет великана меркой своего малого мира с полным чувством собственного превосходства.
Хозяин кажется коту «придурковатым», выходки, чудачества хозяина — верх нелепости. Карлик не владеет ключом к душе великана. Но это верно только в том случае, если существо из малого «кошачьего» мирка встречается с подлинно большим человеком.
«Не все люди — люди» — таков подтекст повести японского писателя Нацумэ Сосэки (1867 — 1916).
Ваш покорный слуга кот - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
После такого конфуза я не мог оставаться дома ни минуты, стоило этой жестокой женщине кухарке только взглянуть в мою сторону, как сразу же на душе у меня становилось очень скверно. «Пойду-ка лучше навещу Микэко, что живет в тупичке, у учительницы музыки, развлекусь немного», — решил я и вышел из кухни. Микэко — известная во всей нашей округе красавица. Я всего лишь кот, но в общих чертах понимаю, что такое чувства. Когда, насмотревшись на кислую физиономию хозяина и натерпевшись оскорблений от кухарки, я бываю в подавленном настроении, то обязательно отправляюсь к этому товарищу другого пола, и мы подолгу беседуем о разных вещах. И на сердце незаметно становится легче, забываются все невзгоды и печали, словно заново рождаешься на свет. Великая вещь — женское общество! «Дома ли она?» — подумал я и заглянул через отверстие в изгороди из посаженных плотно друг к другу криптомерии. Микэко чинно восседала на галерее, по случаю праздника на шее у нее был повязан новый бант. Невозможно выразить словами, как изящен был изгиб ее спины. Воплощение красоты кривой линии! Трудно подобрать правильные сравнения, чтобы описать и плавно изогнутый хвост, и мило подобранные лапки, и то, как она время от времени лениво поводила ушами. Оттого что Микэко, видимо, пригрелась на солнышке и вообще отличалась благородной сдержанностью, она сидела очень спокойно и прямо. И все-таки волоски ее прекрасной шкурки, такой гладкой, что ее легко можно принять за бархат, едва заметно колыхались при полном безветрии, искрясь в ярких лучах весеннего солнца. Очарованный ее красотой, я некоторое время безмолвно смотрел на нее. Потом пришел в себя и, помахивая передней лапой, тихонько позвал: «Микэко-сан, Микэко-сан». Микэко воскликнула: «Ах, сэнсэй!» — и спустилась с галереи. «Динь, динь», — зазвенел бубенчик, привязанный к ее красивому банту. Пока я, охваченный восхищением, думал: «О! На Новый год даже бубенчик привязали, очень приятный звук», — Микэко приблизилась ко мне. «Поздравляю вас с Новым годом, сэнсэй», — сказала она и слегка повела хвостом влево. Когда мы, кошки, обмениваемся приветствиями, то поднимаем хвост трубой, а потом вертим им влево. Во всем нашем квартале только Микэко зовет меня «сэнсэем». Как я уже говорил вначале, у меня еще нет имени, но я живу в доме учителя, и поэтому Микэко уважает меня и называет сэнсэем. Я тоже не возражаю, когда меня называют сэнсэем, и с удовольствием откликаюсь на это имя.
– Поздравляю, поздравляю, — ответил я. — Ваш туалет просто изумителен.
– Это мне госпожа учительница купила в конце прошлого года. Правда, неплохо? — И она дернула бубенчик.
– Прекрасный звук! Я отродясь не видывал такой замечательной вещицы.
– Ах что вы! Сейчас все носят такие. — «Динь, дунь», — снова зазвенел бубенчик. — Хороший звук. Я так рада. — «Динь, динь, динь, динь». Бубенчик звенел не переставая.
– Видно, ваша хозяйка очень любит вас, — произнес я. За этой фразой скрывалось то смешанное чувство восхищения и зависти, которое охватило меня, когда я сравнил жизнь Микэко со своей.
В ответ наивная Микэко сказала:
– Да, вы угадали, она любит меня совсем как собственного ребенка.
И она простодушно рассмеялась.
Даже кошки могут смеяться. Люди ошибаются, когда думают, что, кроме них, это никому не доступно. Когда я смеюсь, ноздри у меня принимают форму треугольников, а кадык начинает трястись мелкой дрожью. Ну, где же людям заметить это!
– А кто она, собственно говоря, ваша хозяйка?
– Вы спрашиваете, кто моя хозяйка? Странно. Она госпожа учительница. Она обучает игре на тринадцатиструнном кото.
– Это-то и я знаю. Я спрашиваю, из какой она семьи. Во всяком случае, раньше она, наверное, занимала в обществе высокое положение?
– О да!
«Пока я ждала тебя, низкая сосна…» Это за сёдзи [35] Сёдзи — раздвижные части стены японского дома.
заиграла на кото госпожа учительница музыки.
– Хороший голос, — гордо промолвила Микэко.
– Кажется, неплохой, но я не очень-то разбираюсь. Вообще, что это?
– Это? Вы спрашиваете, что это такое? Госпожа учительница очень любит эту вещь… Госпоже учительнице уже шестьдесят два. Очень хорошее здоровье, правда?
Раз дожила до шестидесяти двух лет, то, конечно, здоровье должно быть хорошим. Я только протянул: «О-о!» — и замолчал, но что поделаешь, раз я так и не смог придумать какого-нибудь более вразумительного ответа.
– И все-таки она очень знатного происхождения. Она всегда говорит об этом.
– А какого же?
– О, она дочь племянника матери мужа младшей сестры личного секретаря Тэнсёин-сама [36] Тэнсёин-сама — жена Токугава Иэсада — тринадцатого сёгуна из рода Токугава.
.
– Что, что?
– Мужа младшей сестры личного секретаря Тэнсёин-сама…
– Ага. Подождите немного. Личного секретаря младшей сестры Тэнсёин-сама…
– Ах, нет! Младшей сестры личного секретаря Тэнсёин-сама.
– Ладно, понял. Значит, Тэнсёин-сама?
– Да.
– Личного секретаря?
– Правильно.
– За которого вышла замуж…
– Младшая сестра которого вышла замуж!
– Да, да, я ошибся. Мужа младшей сестры…
– Матери племянника дочь!
– Матери племянника дочь?
– Да. Теперь, кажется, поняли?
– Нет. Все что-то перепуталось, никак не соображу. В конце концов кем же она приходится Тэнсёин-сама?
– Какой вы непонятливый. Она дочь племянника матери мужа младшей сестры личного секретаря Тэнсёин-сама, я же с самого начала ясно сказала.
– Это-то я понял…
– Большего от вас и не требуется.
– Да, да.
Мне ничего не оставалось, как только сдаться. Иногда так складываются обстоятельства, что приходится без зазрения совести врать.
Многострунное кото за сёдзи вдруг смолкло, и послышался голос учительницы: «Микэ! Микэ! Обедать!»
Микэко радостно воскликнула:
– Госпожа учительница зовет. Я пойду, ладно? Не говорить же мне: «Не ходите».
– Приходите опять, — сказала она и, позвякивая бубенчиком, пробежала через двор, но потом быстро вернулась и с беспокойством спросила:
– Вы очень плохо выглядите. Что-нибудь случилось?
– Ничего особенного. Просто от разных дум голова немного разболелась. Вот я и пришел сюда: думаю, поговорю с вами и все пройдет.
Не мог же я рассказать ей о том, как танцевал с моти во рту.
– Да? Смотрите же, берегите здоровье. До свиданья.
Ей, кажется, было чуточку жаль расставаться со мной, и после истории с дзони я впервые почувствовал себя легко и бодро. У меня было отличное настроение. Я решил вернуться домой через уже знакомый читателю чайный садик. Ступая по тающим иглам инея, я пробрался к такому же забору, как у храма Кэн-ниндзи и, просунув голову через дыру в нем, увидел Куро, который, как обычно, сидел выгнув спину на засохшем кусте хризантемы и сладко позевывал. Теперь я уже был не тот, что раньше, и не дрожал от страха при одном виде Куро, но мне не хотелось разговаривать с ним, и я попытался пройти мимо, будто вовсе и не знаком с ним. Но не такой у Куро характер, чтобы сделать вид, словно он не замечает презрительного к нему отношения.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: