Игорь Григорьян - Иллюзия

— Энергия и Время связаны?

— Ну что вы, — акула усмехнулась, и повторила еще раз, — что вы… Энергия — это реальность, тогда как Время — миф. Время — лишь способ вашего мозга воспринимать эту единую реальность — энергетически цельную Вселенную, — Агафья Тихоновна улыбнулась, — Энергия и Время связаны точно так же, как, например, это Солнце, — она указала плавником на светящуюся звезду, — и ваше зрение, которое позволяет вам его увидеть.

— Значит и перемещение во Времени возможно?

— Конечно, — казалось, она совсем не удивилась, — перемещение в выдуманных Мирах зависит только от того или тех, кто эти Миры выдумал, не так ли?

— Вперед или назад?

— А какая разница, — акула усмехнулась, на всякий случай отставляя бутылочку с мгновениями еще дальше от красок, — если перемещение возможно в принципе, то совсем неважно в какую сторону, — она опять усмехнулась и потупила взгляд.

— И что для этого нужно?

— Всего ничего, — Агафья Тихоновна вздохнула, — избавится от вашего способа воспринимать этом Мир по частям.

— Как это?

— Если бы вы могли посмотреть на целый Мир сразу, целиком, то увидели бы что он цельный и неделимый, однако силы человеческого восприятия хватает только на то, чтобы секунда за секундой, год за годом, выхватывать из цельной картины мироздания, лишь какую-то, совершенно малюсенькую ее часть, а спустя мгновение, уже новую, и так до бесконечности, не подозревая что и то, что было, и то, что будет, есть крупинка одной, неразделенной никаким Временем Вселенной. Все что есть — существует всегда. Существование — вечно. Человеческое тело может дряхлеть и умирать, но тот, кто смотрит — вечен. И он — не тело. Тело — это автомобиль на котором вы передвигаетесь до тех пор пока он не сломается или не рассыплется в прах. Тогда вам будет нужен новый автомобиль, конечно, если дорога, по которой вы шли не закончилась и вам не пора переходить на новый уровень бытия.

— И тогда…

— И тогда вы продолжаете познавать Вселенную, но уже более совершенными способами.

— Всего лишь более совершенными? Не абсолютными?

— Ступеней познавания Мира очень много, и на каждом из этих этапов вам будет предоставлены как объективные или абсолютные методы познания, так и субъективные, телесные способы, такие как зрение, слух, осязание, обоняние и так далее.

— Субъективные способы умирают вместе с телом, ведь так? — я был настойчив, — а абсолютное Знание остается навсегда?

— Конечно. Но оно бесполезно, пока вы не научитесь им пользоваться. В любом воплощении и на любом этапе, абсолютные методы познания всегда с вами. Мудрая Природа позаботилась об этом. Однако, лишь единицы нашли в себе силы понять эту простую истину. Понять и воплотить.

— Время — это субъективный способ познания?

— Время — это всего лишь поэтапное познавание Вселенной. Искусственное разделение всего куска целого Мира на части. Время — это просто название, которое человечество придумало простому способу восприятия. Попытка объять необъятное.

— И этот способ эффективен?

— На каком-то этапе — да.

— А какой способ познания является объективным? Ну или абсолютным? — я немного задумался чтобы верно сформулировать, — для существ, использующих человеческое тело, как я, например?

— Ваша душа. Она абсолютна и бессмертна. Она с вами всегда, в любом воплощении и на любом этапе развития, конечно, если вы научитесь ее слышать. Но даже просто слышать недостаточно. После того как вы научитесь ее слышать, ее необходимо еще и слушать.

— Понятно, — я немного задумался и замолчал на какое-то время.

— А что будет если смешать краски с Временем?

— Вот краски, а вот Время, — Агафья Тихоновна пододвинула ко мне бутылочки, — попробуйте, если хотите. Ваши краски и ваше Время.

— Нам ничего не угрожает? — я замер в нерешительности, — если я смешаю это?

— Нет, здесь нам ничего не может угрожать, точнее даже не нам, потому что это вообще бессмысленно — то что нам может что-то угрожать. Не нам, а нашим физическим телам, ведь вас же интересует именно это? Так вот, здесь, — Агафья Тихоновна обвела взглядом все вокруг, — нам ничего не может угрожать. Ничто вообще не угрожает никому и никогда, тем более сейчас, когда мы в ваших мыслях, — акула показала на все вокруг, — поэтому делайте же, делайте, и никогда ничего не бойтесь, — она взглядом указала на бутылочки, — начинайте прямо сейчас.

— Но угроза существует? Чему, если не телу?

— Мало ли чему, — акула усмехнулась, — хотя бы вашим мыслям. Они ведь тоже умеют рождаться и умирать.

— Мысли живые?

— Только мысли по-настоящему живы, — Агафья Тихоновна посмотрела внимательно вокруг, пощупала свой плавник, — все что происходит здесь, — она постучала плавником по черепу, — даже реальнее того что происходило там, ибо там, — акула неопределенно махнула головой, — ведь там в процессах жизнедеятельности участвовало только ваше физическое тело, а здесь — не только оно.

Я взял в руки пузырек с мгновениями и открутил пробку. Жидкость внутри бутылочки мягко покачивалась в такт моим движениям, но что бы я ни делал, вылить из бутылки хоть каплю мне так и не удалось.

— Здесь нет Времени, — голос в моей голове прозвучал как всегда неожиданно, — здесь нет такого понятия как Время, — повторил он мягко, но уверенно, — и именно поэтому тебе не удастся его достать. Как например, в ваших стандартных, человеческих, трех измерениях ты бы захотел достать из головы, например, внимание или сосредоточенность, или выплеснуть свои мысли, и заключить их в банку, понимаешь? Они есть, но их нет. И даже если они есть где-то конкретно, то достать их и рассмотреть ты не сможешь.

— Но в обычных трех измерениях я как раз могу достать из головы свои мысли, — я вдруг понял что можно сделать, — в виде слов, и сделать их видимыми для окружающих. Видимыми и иногда даже понятными.

— Да, можешь. Но не можешь положить чистые мысли в банку и закрутить крышкой, — голос в моей голове смеялся, — а в виде слов они уже потеряют столько Энергии, что станут абсолютно бесполезными. А уж если ты перенесешь их в другую голову в виде слов… — голос немного подумал, и подтвердил, — Абсолютно бесполезными и безопасными. Кстати, Ничто так же не мешает тебе превратить слова в действия, и тем самым полностью уничтожить энергетическую ценность первоначального продукта.

— А здесь…

— А здесь Времени просто не бывает, поэтому оно никогда не сможет покинуть свою тару.

— Но я же его вижу, — еще раз взглянув в бутылочку я потряс ею. Жидкость заиграла, забулькала, но не выплеснулась из акватории своей посудины ни одной каплей.

— Видит твой мозг, — голос продолжал терпеливо объяснять, — а не ты. И он, еще не адаптировавшись к новым реалиям, продолжает видеть то, что он видеть привык, продолжает видеть то, что по его разумению, должно находиться внутри бутылочки, продолжает видеть то, что, как он знает, находится в бутылочке, продолжает видеть то, что должен, согласно его эмпирическим заключениям. И ничто в мире не запретит ему видеть то, чего нет на самом деле. Ничто. Вот он и продолжает видеть бутылочку с ярлыком «Мгновения», и считает что они внутри. Поэтому ты их и «видишь»…