Николае Русу - Лия

Я развернулся и, плотно сжав зубы, ринулся к продавщице, которая уже спешила мне навстречу.

— Что здесь происходит? — спросила она, сурово глядя на меня.

— Я хочу, чтобы мне дали книгу жалоб или позвали директора магазина, — сказал я голосом, сдавленным негодованием и обидой.

— А что произошло? — спросила меня женщина и, не дожидаясь ответа, накинулась на девицу: — Лия, опять начинаются твои штучки?

— Я только вежливо попросил ее поменять мне эту шляпу, — принялся я разъяснять, но не докончил, потому что та, которую звали Лия, возмущенно прервала меня:

— Я по горло сыта этими мерзкими улыбками. Если хотите выполнять план, дайте нормальный товар или отпустите меня отсюда.

Лицо ее разрумянилось, и глаза еще больше потемнели, злобно сузившись. Все же я заметил, что ее полные губы начали мелко подрагивать, хотя она по-прежнему держала себя уверенно.

— Это не повод для хамского обращения с покупателями, — сказал я ей, почувствовав, что начинаю успокаиваться.

— Вы, покупатели, тоже хороши, — ответила она, метнув на меня холодный взгляд.

— Чем же я провинился, что ты заставила меня краснеть перед людьми? — удивленно спросил я, указав на нескольких женщин, что стояли поодаль, разинув рты.

— Тем, что ты мне нравишься, — выпалила она и повернулась к нам спиной.

— Вы простите ее, пожалуйста, на этот раз, она еще молода, у нее нет практики, работает у нас всего несколько недель. А шляпа у вас будет. Напишите нужный вам размер, и как только появится на складе… Только не пишите ничего в книге жалоб. Прошу вас. Заходите в конце месяца, и, уверяю, будет у вас шляпа.

Я больше не настаивал, потому что мне стало противно от ее просительного тона и безразличия девицы, крутившей в руках шляпу, из-за которой разгорелся весь сыр-бор.

— Лия, впиши заказ товарища в ту тетрадку и имей в виду, — сказала пожилая продавщица, сделав упор на последние слова, и поспешно вернулась в свою секцию.

Тем временем Лия достала блокнотик и ждала с ручкой в руке.

— Ну, как тебя зовут? — нетерпеливо проговорила она.

Я молча протянул ей удостоверение.

Она быстро сделала заметку в тетрадке неразборчивым почерком, затем внимательно рассмотрела удостоверение.

Свое удивление она выразила вскинув брови, ее смоляные глаза с любопытством обратились в мою сторону.

— Вот мы и познакомились, — сказала она, возвращая документ.

Я молча направился к двери. В последнее мгновение мне показалось, что, произнося последние слова, она смущенно улыбнулась и даже слегка покраснела. Я оглянулся — она провожала меня едва уловимой улыбкой. «Конечно, после учиненного скандала тебе захотелось предстать предо мной в ином свете; пришла все-таки в себя», — подумал я, чувствуя, как возвращается ко мне мое прежнее настроение.

…Из-за этой шляпы домой, в село, я не поехал. Я решил подождать до конца месяца, чтобы специально сходить в магазин и купить шляпу непременно у этой девицы.

По правде говоря, я мог поехать домой и без обещанной шляпы или, в конце концов, купить ее в каком-нибудь столичном магазине, но я не мог не доставить удовольствие своему ущемленному достоинству.

Итак, я вернулся к хозяйке, у которой мы вместе с Андреем снимали комнату. Андрей, мой худощавый, длинноногий и конопатый друг, работал бухгалтером в стройуправлении. Он не согласился на должность ревизора, которую ему предложили при распределении в институте, и вместо него взяли меня. Мои «вечные паломничества» не давали ему покоя, и всякий раз, когда я возвращался из командировок, он предлагал мне очередной хороший и оседлый пост, который в мое отсутствие он для меня подыскивал. Но мне нравилась жизнь «пилигрима», и я не придавал значения его стараниям.

Андрея дома не оказалось. Я вернулся раньше обычного, а он, по всей вероятности, еще находился на работе. На столе я нашел записку: «Кристя, когда придешь домой, позвони мне на работу. Целую. (Конечно же не я, ты знаешь, я терпеть не могу лизаться)». Из любопытства я набрал номер Андрея. Ответил чей-то низкий голос.

— Позовите, пожалуйста, Андрея.

— Какого Андрея?

— Есть там у вас такой парень, работает бухгалтером и…

— Как его зовут?

— Я же сказал — Андрей, — рассердился я.

— И дальше как? — спросил тот же голос.

— Андрей… Андрей Степанович.

— Так и надо было говорить с самого начала, сколько тебя учить?

— Ну погоди, придешь домой, я тебе устрою! Что ты дурака валяешь? — радостно прокричал я в трубку. — Ты когда будешь?

— Мне осталось подписать один документ, и, если шеф одобрит, скоро приду.

— «Я жду тебя, мой друг. Смотри, не опоздай. Как грустно быть мне одному»… — принялся я напевать, на что Андрей пробурчал что-то неразборчивое и повесил трубку.

Целых полчаса я просидел в ванной, и когда вышел с полотенцем на голове, появился Андрей.

— А, Кристофор Колумб, ну, сколько Америк ты открыл? — спросил он меня с порога. Этим вопросом он всегда встречал меня по возвращении из командировок.

— Моя Америка еще впереди, ее не видать, но зато она уже чувствуется.

— На что ты намекаешь? — он внимательно посмотрел на меня.

— Я натолкнулся на одно дело, с банками из-под сметаны, не могу сказать ничего конкретного, но, думаю, одну ниточку ухватил.

— Все у тебя какие-то приключения. Думаешь, эти жулики такие олухи, чтобы попасть прямо к тебе в когти? К тому же у тебя и когтей нет. Иди лучше поработай несколько лет на производстве, чтобы когти отросли, а потом уже вылавливай дельцов. Я нашел для тебя одно место — пальчики оближешь. Зарплата хорошая — это раз, коллектив золотой — это два, перспектива — это три, через три-четыре года получишь квартиру — это четыре, организация находится в центре — это пять. Вот, смотри, что получается, — закончил он и показал мне кулак.

— Ты говорил красиво, но все-таки я не поддамся на провокацию. Лучше скажи, кто та незнакомка, которая меня целует?

— А ты сам не догадываешься?

Андрей засунул руки в карманы, широко расставил свои длинные ноги и посмотрел на меня зелеными хитроватыми глазами. Каштановые волосы закрывали его лоб, и его маленькие глазки, казалось, буравили меня в ожидании ответа. Его тонкие губы вытянулись в ироничную улыбку.

— Нина, — ответил я.

— Ваше высочество абсолютно правы! — торжественно заявил он и развалился на диване. Я тем временем оделся и сел за стол.

— Она заходила сюда?

— Да, три дня назад. Возможно, придет и сегодня.

— Интересно, что означают эти визиты? Раньше она не заходила так часто.

— Можно подумать, что ты никогда в жизни не ел борща с «догадками». И правда, отчего она так часто захаживает? — насмешливо спросил он.

— В конце концов это не имеет никакого значения. Не знаешь, как она сдала госэкзамен?