Евгений Рякин - Путь

— Херово, говорят, у вас тут дела. Нужно разобраться — чё-почём.

— Чё-почём — это хоккей с мячом! — в голосе собеседника появилась угроза. — У нас тут темы серьёзные, и хочется понять, что господин теоретик будет делать в ситуации, когда через пару недель немцы пойдут лупить русских? Вуйчики пресекали это, а что ты сможешь, товарищ Саша Доктор?

— Что-нибудь, да смогу.

— А если не сможешь? Лично я этого опасаюсь, — вклинился в диалог Юсуф, пытаясь сгладить ситуацию.

— Так, парни, давайте пока не будем рассуждать? — Доктор выставил перед собой ладонь.

— А почему бы и нет? А я вот хочу рассудить, например, — не унимался наглый тип. — Ты не думай, мы Ильсида и Аттала уважаем, только нашими боссами были Вуйчики, а потом Пика. Ильсид и Аттал не наши боссы, они не могут нам приказывать — они могут предложить, а мы можем рассмотреть их просьбу.

— Так что же вы об этом Атталу не сказали?

— А мы тебе говорим, Доктор.

— Ну. Я слушаю вас.

— Короче, — наглец начал излагать свои пожелания, приняв надменный вид, — Нам должны рублы за три месяца. Юсуф — не наш босс, он нам их не должен. Но теперь-то ты за главного! И мы решили вот чё: достанешь нам деньги — докажешь, что на самом деле заслуживаешь быть боссом. Не достанешь — ну, извини! Шанс у тебя был. Так что ты ответишь, Доктор?

Александр вдруг раздул ноздри, потом погасил рывок, посчитал про себя до трёх и произнёс:

— Я отвечу, что я прибыл сюда десять минут назад. И ещё ни в чем не разобрался. Твои слова, как ветер пронеслись, и я их даже не запомнил. Давай начнём с начала. Я здесь по просьбе Ильсида и Аттала. Они поручились за меня. Хочу напомнить, что если что-то пойдёт не так, как мы с вами договорились при Аттале, то эти два очень злопамятных товарища… А знаете, что означает злопамятных? Нет? Что люди злые, и память у них хорошая! Так вот, конфликт между нами приведёт к их ответным действиям. Вы же тоже это осознаёте? Осознаёте? Хорошо. Теперь дальше — насчёт денег. Мы сначала посмотрим, как рублы собирались в копилку и как из неё доставались. Если вдруг увидим, что были нарушения, то ещё посмотрим, кто кому должен. Надеюсь, все всё поняли?

— Ты особо батон-то не кроши, Доктор! — в голосе наглеца стали исчезать вызывающие нотки, но он спешил сдаваться.

— А я не крошу — с нажимом ответил ему Саша, — Я объясняю, что меня сюда позвали делом заниматься. А если мне в этом будут мешать, то я наверх цинковать* (жаловаться вышестоящему руководству) не буду. Я применю цивилизованный способ: просто кого-то уволю, а кого-то найму. Желающих принять участия в вашем деле — полно!

— Погодите, погодите, парни. Давай по-простому поговорим, — снова вклинился Юсуф.

— Вот это ты правильно говоришь. Чем проще, тем лучше. Короче, постанова такая — я сейчас сначала в курс дела войду, а потом обсудим ваши вопросы. Понятен пень? Понятен?! — и он пристально поглядел на Юсуфа.

— Понятен! — тот согласно покачал головой.

— А остальным?

Последовала тишина.

— Молчание — знак согласия. Я никого ничем не хочу пугать и предостерегать не стану, мы сейчас с вами просто разговариваем, как нормальные люди — без шелухи. Нам нехер рамситься* (незачем ругаться), парни, когда можно договариваться, я же понятно изъясняюсь?

— Да вроде понятно…

— Тогда, пацаны, Юсуф, для начала, скажите-ка, пожалуйста, где тут можно пожить? В доме Вуйчиков?

Оторопев от неожиданности от слова «пожалуйста», парни притихли, но затем рьяно начали отвечать, перебивая друг друга:

— Так это дом братьев — это же их личный дом.

— Не общаковский же, мы им не можем распоряжаться. Не-е.

— Их семья там живёт, вообще-то.

— И в гостинице тоже нельзя, там расписано на неделю вперёд!

— Можно комнату снять, но тут, в центре, дорого. На окраине можно, но общак Вуйчики куда-то подевали, так что в любом случае снимать не на что. Сами сидим, кукуем. Вот такие натюрморты, — подытожил Юсуф.

Саша без удовольствия слушал ответы.

— А что у русских? Как там дела?

— Да хрен знает. Вуйчики со Сталинградом как-то договаривались, жили мирно, имели долю. В их дела не лезли, но получали какой-то процент. Что теперь, как теперь? Не знаем! Со смертью Вуйчиков никто и копейки не перевел. Мы собирать чё-то не едем. Страхово* (страшно).

— А в Райхе как обстоят дела?

— Местные коммерсанты пока дают. Но некоторые уже за второй месяц задерживают, тянут, говорят, торговли нет совсем.

— Да уж. Ситуация ни к чёрту. А вы как раньше с Пикой зарабатывали?

Раздалась тишина, и никто не спешил её прерывать.

— Понятно. Ваше дело. Как жизнь-то вообще?

— Да так, Доктор. Не спрашивай, жизнь — хоть за хер держись. Тебе спасибо.

— На здоровье. А вы знаете, где живёт Бо?

**

— Боже мой, какие люди?! — удивилась Бо, открыв дверь. — Вы с официальным визитом, Александр, или так, поболтать?

— Поболтать с официальным! — выбрал третий вариант Доктор.

— Заходи, заинтриговал, — она сделала приглашающий жест.

— Благодарю, — применил приём вежливости Алекс.

— Какими судьбами в наших краях?

— Да вот. Принял решение.

— Ого! А почему вдруг?

— Ну, ты же веришь?

— Во что верю?

— В меня.

— Как сказать…

— Так и скажи, как оно?

— Как оно накакано, говорят.

— Думаешь, у меня не получится?

— Главное, Саша, что ты сам об этом думаешь.

— Я думаю? Я думаю, что надо хотя бы попробовать!

— В этом вопросе я с тобой солидарна, — повеселела Бо. — А что ко мне пришёл? Поделиться радостью? Кофе, кстати, будешь?

— Кофе? Растворимый?

— Обижаешь! Молотый!

— Молотый — это хорошо.

— Покрепче, послабее?

— Где-то посерединке.

— Ладно, посерединке так посерединке. — Бо направилась в ту часть комнаты, которая была как бы кухней. — Значит, решился стать хозяином Ганзы? Что теперь делать планируешь?

— Да вот, хотел посоветоваться, — огляделся Саша, засунув руки в карманы. — В Сталинград хочу съездить, поглядеть, как там чего.

— Может, и хорошая идея. Почему туда? — загремела посудой Бо.

— Разобраться для начала. Кто там за главного, знаешь?

— Да нет там никакого главного. Есть уважаемые люди, типа Митяя Котлина. Можно с ним поговорить.

— А ты бы к кому поехала первым делом? Посоветуй, а?

— Слушай, Саша, — почему-то напряглась Бо, крепко зажав пустую чашку в руке. — Извини, пожалуйста, но я зареклась кому-либо давать советы. Поэтому…

— Ну, Англичанину же посоветовала?

— Причём тут Англичанин? — не поняла она. — Это совершенно не то!

— А что не то? У вас с ним что, какие-то отношения?

— С кем? — даже опешила девушка.

— С Англичанином.

— Да не мели ерунды, Доктор. — Бо фыркнула. — Какие отношения, откуда?

— Тогда почему ты ему даёшь советы, а мне нет?