Иржи Марек - Тристан, или О любви
- Название:Тристан, или О любви
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Известия
- Год:1988
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Иржи Марек - Тристан, или О любви краткое содержание
Тристан, или О любви - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Друг мой! — вопил пан Хиле. — Представьте себе, я уже получил! Ответ из отдела охраны памятников! Я только что нашел его в ящике и не стерпел, бегу похвастаться! Надо же, а я целый день просидел в библиотеке!
Пан Хиле был уже в годах, но отличался невероятной бодростью.
— Читайте-читайте, я-то уже наизусть выучил, это просто великолепное письмо!
Томан был весьма удивлен, причем не столько содержанием письма, сколько необычной возбужденностью собеседника. Она напоминала вздымающийся смерч, и выпусти тот сейчас из рук письмо, его, наверное, унесло бы этим ураганом под самые небеса.
— Это ваша заслуга, пан Томан, только ваша! — восторженно шептал старик. — Ведь это была ваша идея, и именно вы оказали мне любезность написали наше сообщение на бланке вашего института. Еще бы, научно-исследовательский институт министерства! Это звучит совсем иначе, чем письмо какого-то пенсионера. Будь я хотя бы пенсионер археолог, историк или на худой конец литературовед! А я просто фининспектор на пенсии и старый фантазер, которому втемяшилась в голову блажь… Но благодаря вам все сдвинулось с мертвой точки! Может, бог даст дождаться мне того часа, когда стена галереи, друг мой, засияет древними красками возрожденной фрески и во двор бесплатно будут пускать посетителей, спешащих полюбоваться тем, что скрыто сейчас под штукатуркой.
— Фреска Хиле, — с улыбкой добавил Ян Томан, возвращая письмо в дрожащие руки подпрыгивающего от нетерпения старика.
— Прошу вас, не говорите так! Я недостоин и никогда не буду достоин такой чести! Помог кусок той штукатурки, что отвалился в прошлом году. Именно он привлек мое скромное внимание к этой фреске. Она и вправду есть… Неизвестно пока, в каком состоянии. Может, уже окончательно разрушена и штукатурка отвалилась как раз там, где сохранилось совсем немного, а остальное давным-давно уничтожил пожар… Вы сами знаете, ведь мы об этом не раз говорили, наш дом, вероятно, значительно перестраивался. Вот и та старая передняя не сохранилась, какая жалость! А она ведь там была, остался же фундамент колонны в боковой стене коридора. Знаете, из-за нее я даже зашел к нашей досточтимой соседке, пани Гронковой, особе, между нами, довольно противной, но, разумеется, в ее квартире нет и следов колонны. Вот было бы славно, если б высшие силы приняли решение выселить эту бабу, потом снесли бы стену ее квартиры, и тогда колонна явилась бы во всей своей красе! Ибо, судя по всему, эта фреска украшала стену над готической аркой со стороны сада, от которого, как видите, уже не осталось ни деревца!
Пана Хиле, одержимого мечтой о возвращении всем домам их первозданного вида, довольно мало заботило, куда при этом денутся живущие в них люди. Он был из той категории энтузиастов, кто компенсирует любовью к старым вещам ненависть к человечеству в целом. Он был непоколебимо уверен, что люди из-за своей беспредельной жестокости и по непростительной глупости уничтожили старые памятники, приспособив их к собственным нуждам, вместо того чтобы самим приспособиться к сокровищам старины.
Вот почему Томану пришлось охладить неуемный пыл пана Хиле:
— Дорогой сосед, насколько мне известно, таким учреждениям, вроде отдела охраны памятников и тому подобным, требуется довольно много времени, чтобы перейти от писем к делу и от вежливой признательности за благородный интерес к памятникам старины к самому процессу реставрации. Тут тебе и план, и материалы, и бухгалтерский баланс, и строительные мощности — господи, да всего не перечесть. Вы уже видите дом, украшенный великолепной фреской, а у них на уме общегосударственные проблемы и дыры в бюджете, что, понятно, вещи совершенно разные.
— Все это так, мой дорогой, но представьте, что было бы со мной, если бы они ответили, что им нет никакого дела до нашего письма! Сидел бы я понурясь и, уж конечно, не побежал вам навстречу. А они написали: «Необходимо немедленно провести работы по сохранению памятника старины». Как великолепно сказано! Это настолько невразумительно, что вселяет в меня самые смелые надежды.
Пан Хиле с чувством пожал Томану руку и тут же предложил посидеть где-нибудь за стаканчиком вина, а поскольку в этом деле он был знатоком, то они отправились в заведение под названием «У короля брабантского».
Туда, правда, надо было карабкаться вверх по крутой улочке, и старому пану пришлось изрядно попыхтеть. Но когда наконец они уселись за крепкий старый стол, то разом, как по команде, сдвинули стаканы.
— Выпьем за то, чтобы у нас под рукой всегда был подходящий к случаю бланк! — улыбнулся Томан. — Ведь это же чистая случайность, что я работаю в учреждении, на бумагах которого стоит штамп «Институт министерства культуры».
— Вы хотите сказать, что мы, возможно, прибегли к обману? — всполошился старый добряк.
— Ни в коем случае. Мы просто радеем за доброе дело. Всем на свете правит случай, и пути провидения неисповедимы.
— Это верно, — согласился пан Хиле, чье лицо посерело в удушливой атмосфере налогового управления, а теперь продолжало чахнуть в полумраке архивов. — Я часто задаю себе вопрос: что же такое случай? Стечение обстоятельств или незримый лик судьбы?
Вино делало Яна общительным.
— Когда я думаю, почему же все-таки женился, то понимаю — это случай. Ну а то, что мы с женой не находим общего языка, — это действительно предостережение судьбы… Не встреть я случайно в шестьдесят девятом своего бывшего одноклассника Данеша, безнадежного двоечника, который вечно списывал у меня латинский и математику, то едва ли сумел помочь вам с этой фреской торчал бы и по сей день в Союзе кооператоров.
— Так выпьем же за здоровье неизвестного мне Данеша, который устроил вас в столь благородное учреждение! И долго ему пришлось вас уговаривать?
— Пожалуй, нет. Наверное, мне польстило, что в кои-то веки я кому-то очень понадобился, по крайней мере, тогда он меня в этом уверял. Зато теперь я встречаю его раз в месяц на планерке, и он довольно рассеянно отвечает на мое приветствие. А когда принимал на работу, так целую тираду произнес, дескать, как ему нужен человек, на которого можно положиться в трудную минуту. «Гонза {Уменьшительное от Ян.}, — говорил он мне, — ты будешь моей правой рукой, моим бдительным оком. Ты станешь докладывать мне обо всем, что делается в институте, чего я, как директор, никогда бы не узнал. Ты сделаешь у меня карьеру…» Ну а поскольку я никогда ни о чем не докладывал, то и карьера моя не удалась.
— А я тем не менее уверен, что вы добросовестный работник, восторженно произнес пан Хиле.
— Настоятельно рекомендую вам усомниться в этом, — вздохнул Томан. — Я так и не понял до сих пор, что, собственно, должен делать наш НИИРК Научно-исследовательский институт развития культуры, вроде бы мы делаем все, а в сущности — ничего. В ту пору Данеш объяснил мне, что только будущее определит наши задачи. Пока, говорил он, надо просто набрать темп. Укомплектовать штаты, затем осознать, способны ли мы выполнить возложенные на нас задачи. Отхватим себе такой кусок, какой сумеем проглотить. Себе-то он уже отхватил, если можно так выразиться, директорскую должность и метит выше. А я тружусь на ниве учета — в отделе, где регистрируются работы, выполненные другими. Впрочем, я все равно не могу заставить людей работать лучше, сие, как говорится, не в моей компетенции.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: