Владимир Сорокин - Утро снайпера (сборник)
- Название:Утро снайпера (сборник)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Ад Маргинем
- Год:2002
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Сорокин - Утро снайпера (сборник) краткое содержание
Кит или слон? Грета Гарбо или Марлен Дитрих? Лемешев или Козловский? Платон или Аристотель? Beatles или Rolling Stones? Пелевин или Сорокин? Чего молчишь? Отвечай!
Утро снайпера (сборник) - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
— Пошли… пошли… не рыпайся… ща все ребятам расскажу…
Гера, не переставая смеяться, вцепился в деревянный барьерчик:
— Караул! Грааабят!
Его пронзительный голос разнесся по пустому школьному коридору.
— Пошли… — шипел Черныш, срывая с барьера испачканные в чернилах руки Геры. — Ща Сашку позову… стырил и рад…
— Ка-ра-ул!
Гера запрокинулся, тюкнул затылком Черныша по подбородку и захохотал.
— Во, гад… — Черныш оторвал его от раздевалки и поволок.
Темно-синий форменный пиджак полез Гере на голову, ботинки заскребли по кафелю:
— Ладно, хватит, Черный… хорош… слышишь…
— Не рыпайся…
Сзади послышались звонкие шаги.
— Чернышев! — раздалось по коридору.
Черныш остановился.
— Что это такое? — Зинаида Михайловна быстро подошла, оттянула его за плечо от Геры. — Что это?! Я тебя спрашиваю!
Отпущенный Гера поднялся, одернул пиджак.
Чернышев шмыгнул носом, посмотрел в стену.
Гера тоже посмотрел туда.
— Почему вы не на занятиях? — Зинаида Михайловна сцепила руки на животе.
— А у нас это… Зинаид Михална… ну, отпустили… свободный урок…
— У кого это? У пятого Б?
— Да.
— А что такое? Почему свободный урок?
— Светлана Николаевна заболела.
— Ааа… да. Ну и что? Можно теперь на головах ходить? Герасименко! Что это такое? Почему вы орете на всю школу?
Гера смотрел в стену.
— Нам Татьяна Борисовна задачи задала и ушла.
— Ну и что? Почему же вы носитесь по школе? А?
— А мы решили, Зинаид Михална…
— А домашние уроки? У вас нет их? Нет? Где вы находитесь?
Ребята молчали.
Зинаида Михайловна вздохнула, взяла Чернышева за плечо:
— Герасименко, иди в класс. Чернышев, пошли со мной…
— Ну, Зинаид Михална…
— Пошли, пошли! Герасименко, скажи, чтоб не шумели. Я скоро зайду к вам.
Гера побежал прочь.
Завуч с Чернышевым пошли в противоположную сторону.
— Идем, Чернышев. Ты, я вижу, совсем обнаглел. Вчера с Большовой, сегодня Герасименко по полу возит…
— Зинаид Михална, ну я не буду больше…
— Иди, иди. Не упирайся. Вчера Большова плакала в учительской! А, кстати, почему ты не зашел ко мне вчера после уроков? А? Я же просила тебя?
— Ну, я зашел, Зинаид Михална, а вас не было.
— Не было? Ты и врешь еще нагло. Молодец.
Зинаида Михайловна подошла к своему кабинету, распахнула дверь:
— Заходи.
Чернышев медленно вошел.
Зинаида Михайловна вошла следом, прикрыла дверь:
— Вот. Даже здесь я слышала, как вы кричали. По всей школе крик стоял.
Она бросила ключи на стол, села, кивнула Чернышеву:
— Иди сюда.
Он медленно побрел к столу и стал напротив.
Зинаида Михайловна сняла очки, потерла переносицу и устало посмотрела на него:
— Что мне с тобой делать, Чернышев?
Чернышев молчал, опустив голову. Мятый пионерский галстук съехал ему на плечо.
— Тебя как зовут?
— Сережа.
— Сережа. Ты в пятом сейчас. Через каких-то два года — восьмой… А там куда? С таким поведением, ты думаешь, мы тебя в девятый переведем? У тебя что по поведению?
— Тройка…
— А по алгебре?
— Четыре.
— Слава богу… а по литературе?
— Тройка.
— А по русскому?
— Три…
— Ну вот. Ты в ПТУ нацелился, что ли? Чего молчишь?
Чернышев шмыгнул носом:
— Нет. Я учиться дальше хочу.
— Не видно по тебе. Да и мы тебя с такими оценками не допустим. С поведением таким.
— Зинаид Михална, но у меня по геометрии пять и по рисованию…
Зинаида Михайловна уложила очки в футляр:
— Поправь галстук.
Чернышев нащупал узел, сдвинул его на место.
— Кто у тебя родители?
— Папа инженер. А мама продавец. В универмаге «Москва»…
— Ну? Так в чем же дело? Ты что, решил с Куликова пример брать? Но он-то в детдоме воспитывался, а у тебя и папа и мама. Ему подсказать некому, а тебе-то? Неужели родителям все равно, как ты учишься?
— Нет, не все равно…
— Отец дневник твой смотрит?
— Смотрит.
— Ну и что?
— Ругает…
— А ты?
— Ну… я не буду больше так себя вести, Зинаид Михална…
— Ну что ты заладил, как попугай! Ты же пионер, взрослый человек! Дело не в том, будешь ты или не будешь, а в том, что из тебя получится! Понимаешь?
— Понимаю… я исправлюсь…
Зинаида Михайловна вздохнула:
— Не верю я тебе, Чернышев.
— Честное слово…
— Да, эти честные слова твои… — усмехнувшись, она встала, подошла к окну, зябко повела полными плечами. — Что у тебя вчера с Большовой вышло?
Чернышев замялся:
— Ну… я просто…
— Что, просто? Просто обидел девочку? Так просто — взял и обидел!
— Да я не хотел… просто мы догоняли друг друга… — играли…
— Игра, Чернышев, слезами не кончается…
— Но я не хотел, чтоб она плакала.
— Поэтому ты ей юбку задирал?
— Да я не задирал… просто…
Зинаида Михайловна подошла к нему:
— Ну, зачем ты это сделал?
— Ну она щипала меня, Зинаид Михална, по спине била…
— А ты юбку задрал? Ты, пионер, задрал юбку?! Чернышев? Если бы уличный хулиган вроде Куликова задрал бы, я б не удивилась. Но — ты?! Ты же в прошлом году на городскую олимпиаду по геометрии ездил! И ты — юбку задирал?
— Но я один раз…
— Но зачем? Зачем?
— Не знаю…
— Но цель-то, цель-то какова? Ты что, хотел посмотреть, что под ней?
— Да нет…
— Ну а зачем тогда задирал?
— Не знаю…
— Сказка про белого бычка! Зачем же задирал? Что, нет смелости сознаться? Будущий комсомолец!
— Но я просто…
— Просто хотел посмотреть, что под юбкой? Ну-ка по-честному! А?!
— Да…
Зинаида Михайловна засмеялась:
— Какой ты глупый… Что у тебя под штанами?
— Ну, трусы…
— У девочек — тоже трусы. А ты что думал — свитер? Ты разве не знаешь, что девочки тоже носят трусы?
— Знаю… знал…
— А если знал, зачем же задирал?
— Ну, она ущипнула меня…
— Но ты же только что говорил мне, что хотел посмотреть, что под юбкой!
Чернышев молчал.
Зинаида Михайловна покачала головой:
— Чернышев, Чернышев… Зачем же ты врешь мне. Не стыдно?
— Я не вру, Зинаид Михална.
— Врешь! Врешь! — она наклонилась к нему. — Неужели правду так тяжело сказать? Врешь! Тебя не трусы интересовали и не юбка! А то, что под трусами!
Чернышев еще ниже опустил голову.
Зинаида Михайловна слегка тряхнула его за плечи:
— Вот, вот, что тебя интересовало!
— Нет… нет… — бормотал Чернышев.
— И стыдно не это, не это. Это, как раз, естественно… Стыдно, что ты не можешь сказать мне правду! Вот что стыдно!
— Да я могу… могу…
— Нет, не можешь!
— Могу…
— Тогда скажи сам.
Зинаида Михайловна села за стол, подперла подбородок рукой.
Чернышев шмыгнул носом, поскреб щеку:
— Ну я…
— Без ну!
— Ну… меня интересовало… просто так интересовало…
Зинаида Михайловна понимающе покачала головой:
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: