Ирвин Уоллес - Чудо

Он доедал свою порцию фруктового торта, как вдруг ему показалось, что в столовой стало больше света. Подняв глаза, он понял, что причиной тому стало появление необыкновенно красивой девушки с волосами цвета меда, завязанными в конский хвост, и огромными серо-зелеными глазами. Ворвавшись в комнату как ураган, она подлетела к столу и чмокнула каждого из родителей. В ней кипела жизнь и искрометная энергия.

Она протянула руку Тиханову со словами:

— Вы, должно быть, наш новый жилец, мистер Толли?

— Да, моя фамилия Толли,— отчего-то испытывая неловкость, выдавил из себя Тиханов.— А вы — мадемуазель Жизель Дюпре?

— Она самая! — задорно ответила девушка, перейдя на английский и усаживаясь рядом с ним.— Добро пожаловать в семью Дюпре и в город, находящийся по соседству с чудесами.

— Благодарю,— ответил Тиханов.— Хорошо бы все так и оказалось. Я имею в виду чудеса.

Мадам Дюпре отправилась на кухню, чтобы разогреть для проголодавшейся дочери суп и приготовить омлет.

Жизель болтала по-французски, когда обращалась к отцу, и по-английски, адресуясь к Тиханову. Она рассказывала о том, как прошел первый день Недели Новоявления.

Тиханов слушал очень внимательно, восхищаясь девушкой и завидуя не только ее здоровью, но и ее молодости. Несомненно, она унаследовала свою редкостную красоту от матери. Но это было не единственное ее достоинство. Судя по всему, в отличие от своих родителей она была прекрасно образована и бегло говорила на «американском» английском языке. Но было в ее манере есть и разговаривать, во всем ее облике что-то еще, отчего Тиханов испытывал стеснение. Он попытался определить, что это такое, и наконец понял: ее живость. Она была очень живой, без сомнения, весьма умной и, вероятно, проницательной. Не грозит ли ему опасность с этой стороны, размышлял Тиханов? Нет, вряд ли, решил он. Она слишком молода, слишком наивна и наверняка не знает ничего о жизни, протекающей за пределами Лурда. И все же он почувствовал, как зачесалась кожа под фальшивыми усами, и велел себе быть настороже.

Внезапно Тиханов очнулся от своих мыслей и осознал, что Жизель обращается к нему с вопросом, что привело его в Лурд.

— Зачем я приехал? — переспросил он.— А почему бы и нет? Время от времени я не очень хорошо себя чувствую. О своей болезни я рассказывать не хочу — скучно, да и не застольная это тема. В докторах я разочаровался, и один мой друг-католик предложил мне побывать в Лурде, особенно теперь. Он знал, что я воспитывался в католической вере, хотя не считаю себя очень уж набожным человеком. А поскольку я как раз находился в отпуске, то и решил: почему бы не съездить сюда?

— Да, действительно,— согласилась Жизель,— никогда не знаешь, какие сюрпризы преподнесет жизнь. В Лурде каждый год происходят случаи чудесных исцелений, и к некоторым счастливчикам возвращается здоровье. Мне пришлось стать свидетелем нескольких таких случаев. Возможно, вам тоже повезет и вы окажетесь в их числе, мистер Толли. Ходите в грот каждый день, молитесь вместе с остальными паломниками, пейте целебную воду, совершайте омовения. И главное, веруйте.

Тиханов поднял на девушку взгляд, желая выяснить, не подтрунивает ли она над ним, но глаза Жизели были совершенно серьезны. Тогда он решил тоже быть серьезным.

— Я очень хотел бы верить глубоко и искренне,— честно признался он,— но для образованного человека, каковым я являюсь, трудно принять на веру факт, что неизлечимо больные люди вдруг выздоравливают без всякого вмешательства науки, с помощью одной лишь религиозной убежденности.

— Поверьте мне, это действительно возможно. Я уже сказала вам, что собственными глазами наблюдала несколько подобных случаев. Как вам, наверное, известно, я работаю гидом в Лурде и почти все свое время провожу там, общаясь с паломниками, встречаясь с ними каждый день, наблюдая за ними. И время от времени я вижу, как человек, который еще вчера еле ковылял или вообще сидел в инвалидном кресле, сегодня бодро вышагивает, абсолютно излечившись от своих хворей.

— Это впечатляет,— сказал Тиханов.

— И кстати, я лично знаю женщину, которая излечилась в гроте последней. Я встречалась с ней несколько лет назад. Она приезжала в Лурд на протяжении пяти лет. Это англичанка, а зовут ее Эдит Мур. Врачи диагностировали у нее неизлечимый рак, но во время своего второго приезда в Лурд на нее снизошло чудесное исцеление. Рака как не бывало! Все пораженные ткани восстановились, кровь, кости — все вернулось к норме. Сегодня она приехала в Лурд в последний раз. Она пройдет здесь еще одно обследование, после чего будет официально объявлено о том, что ее исцеление носит чудесный характер. Я повидалась с ней перед ужином. Она просто светится здоровьем и энергией. Хотите встретиться с ней? Может быть, это поможет вам обрести веру и избавиться от сомнений?

— Да, я бы очень этого хотел! — с энтузиазмом закивал Тиханов. В душе его зашевелилась надежда.— Познакомьте меня, пожалуйста, с этой вашей миссис Мур.

— Обещаю. Я договорюсь о том, чтобы вы с ней пообедали, если, конечно, вы готовы заплатить за обед и за мое время. Итак, с вас плата за еду и сто франков для вашего гида, то есть для меня. Это не слишком много?

Губы Тиханова под накладными усами расползлись в улыбке.

— Хорошая сделка, как говорят у нас в Америке!

— Значит, договорились,— кивнула Жизель.— Поскольку вы остаетесь здесь, завтра утром я могу отвезти вас в Лурд на своей машине. У вас будет достаточно времени, чтобы совершить омовения, а потом мы пообедаем с Эдит Мур. Такой вариант вас устраивает?

— Вполне,— ответил Тиханов.— Я буду готов тронуться в путь, когда скажете.

— Расскажи, как тут все выглядит,— попросила Наталия Ринальди тетю Эльзу, держа ее за руку.

Она знала, что они находятся в гостинице, но это был ее первый приезд в Лурд, и территория была ей незнакома.

— Гостиница называется «Галлия и Лондон» и производит довольно приятное впечатление,— ответила тетя Эльза. Она описала племяннице вход, вестибюль, стойку регистрации, а потом спросила: — Как ты себя чувствуешь, дорогая?

— Снаружи было жарко,— ответила Наталия.— Я ощущала жару на протяжении всей дороги из аэропорта.

Из Венеции они на поезде добрались до Милана, а там сели на реактивный самолет авиакомпании «Аэр Лингус», зафрахтованный специально для группы римских паломников, отправляющихся в Лурд. Хотя они официально и не входили в эту группу, им позволили присоединиться к ней.

— У стойки регистрации стоят несколько человек,— сказала тетя Эльза,— и… Постой-ка! Да, по-моему, среди них и Роза Зеннаро. Вероятно, спрашивает, приехали ли мы с тобой. Подожди меня здесь, я пойду удостоверюсь.