Бернар Вербер - Зеркало Кассандры

То есть все это в какой-то степени… моя вина.

Она внесла свой вклад в увеличение рождаемости, и теперь бесконтрольное и бездумное произведение на свет себе подобных считается одним из основных прав каждого гражданина. Люди заводят детей просто из чувства эгоизма, из желания видеть свою маленькую копию, из чувства национализма, для увеличения количества солдат, которые будут защищать знамя того или иного цвета, из чувства мистицизма, стараясь угодить священнику, сказавшему: «плодитесь и размножайтесь», для создания будущих мучеников священных войн или же из корыстных соображений, как, например, в Китае, где наличие потомства означает гарантированно безбедную старость родителей.

Надо было тогда же объяснить им важность ограничения рождаемости. Я сделала работу лишь наполовину.

«Знания без сознания — гибель души», — говорил Рабле. Вот идеальная поговорка, не допускающая никаких возражений, как бы Орландо ни злился.

Кассандра Катценберг осознает, что получила свой особый дар для того, чтобы исправить ошибку, допущенную в прошлой жизни. Даже не ошибку, а скорее научное открытие, сделанное слишком рано.

Которое, сначала принеся благо, отныне порождает зло.

Теперь она должна увидеть будущее. Она знает, что располагает временем, да и других занятий у нее нет.

Я похожа на тибетского монаха, который укрывается в хижине на вершине горы, чтобы отрешиться от бесконечной суеты.

Кассандра хочет наяву, а не во сне, узнать все варианты возможного будущего человечества и понять, какой путь верен, а какой — нет.

Все идет хорошо.

Это просто отдых.

Я была слишком возбуждена. То, что со мной произойдет, послужит просветлению моего сознания.

В течение двух дней Кассандра пребывает словно в забытье. Она практически не притрагивается к пище. Филипп Пападакис входит в комнату. Он считает ее пульс. Кассандра едва приоткрывает глаза.

— У вас слабое сердцебиение, — замечает он.

Комментатор из динамиков тараторит:

— …тые скачки на Приз Триумфальной арки, фаворит Туманный Рассвет, новый чистокровный жеребец эмира Катара. За это животное заплачена сумма, практически равная валовому национальному доходу небольшой африканской страны…

— Не люблю я лошадей, — еле слышно произносит Кассандра ватным языком.

Директор протягивает ей стакан воды, который она с трудом выпивает.

— Нужно перейти порог. Тогда то, что вам кажется отталкивающим, поменяет полярность и сделается притягательным. Чем больше отвращение, тем сильнее станет страсть.

Иди вон отсюда.

— Надо есть, — говорит он, показывая на нетронутую тарелку.

Я становлюсь чистым разумом. Еда утомляет и отяжеляет меня. Я помню, как была лисом и сохранила способность впадать в спячку, я умею замедлять процессы в организме.

Вид у директора школы становится озабоченным.

— Неужели ты способна дать себе умереть, лишь бы не подчиняться мне? Знаешь, пост — удовольствие для мазохистов, а без сахара твой мозг перестанет работать. Если будешь продолжать в том же духе, ты перестанешь мыслить.

Кассандра пытается броситься на него, но ее движения слишком вялы и медлительны. Она пытается его укусить. Он отступает. Она пытается оцарапать его ногтями, он отступает еще дальше.

Она снова ложится на постели. Он гладит ее черные волнистые волосы.

— Я с радостью вижу, что у тебя остается еще немного сил. Ладно, я дам тебе время поменять полярность. Быть может, завтра твой мозг начнет угадывать результаты скачек до их объявления. Ты увидишь, как лошади бегут по веткам Дерева Времени, и поймешь, которые из них придут первыми. Ты мне об этом скажешь, и все будет хорошо.

Кассандра смотрит на часы и видит «34 %».

Средняя цифра, не смертельная. Но и не внушающая уверенности. Просто все идет не слишком хорошо, но это не страшно. Это из-за моего замедленного пульса.

Кассандра пытается улыбнуться.

Во все времена предсказателей просили… увидеть что-то малоинтересное. Просили узнать исход будущей войны, развязку любовной истории, выигрышные числа лото, медицинский диагноз, а он спрашивает меня…

Она сдерживает тихий смешок, потом с трудом произносит:

— …о результатах лошадиных скачек. Это… просто… смешно.

Она опять откидывается на постель и говорит с закрытыми глазами:

— Если бы вы знали, о чем я думала эти три дня…

Она умолкает на секунду, потом продолжает:

— …для полноты картины мне остается узнать, какие изменения родители привнесли в мой мозг. Это последняя недостающая деталь головоломки. Моя жизнь с рождения и до тринадцати лет. Сообщите мне интересующую меня информацию… иначе…

Она запинается на середине фразы и закрывает рот. Филипп Пападакис берет пульт дистанционного управления.

— Этого я и боялся, условия опыта недостаточно жесткие.

Директор школы усиливает звук телевизора до тех пор, пока он не становится оглушительным. Кассандра корчит гримасу и закрывает уши руками.

— Так вам будет проще сосредоточиться на лошадиных скачках, — спокойно говорит он. — Вы преодолеете болевой порог, и вам придется принять мое предложение. Вот увидите, бега — это действительно захватыва…

Не доведя до конца фразу, он широко открывает глаза, на секунду застывает и резко падает вперед.

Что ж это за жизнь такая, все пытаются отравить мне существование.

Что-то спасает меня в последний момент от смерти для того, чтобы подвергнуть новым испытаниям.

Я устала.

Я хочу просто отдохнуть и ни с кем больше не спорить.

Я хочу, чтобы от меня ничего не требовали.

Чтобы жизнь продолжалась без меня.

Остановите Землю, я хочу сойти.

Я хочу прервать связь с остальными людьми. Для моей чувствительной натуры они слишком возбужденные и нервные.

Их занятия мне кажутся несерьезными. Они совершают какие-то поступки лишь для того, чтобы притупить свой страх. Никаких достойных целей у них нет.

Успех для них — это деньги, власть над людьми, животными и предметами. Они стремятся к привилегиям и почестям. Они хотят обладать машинами с кнопками, на которые смогут нажимать.

Они накапливают ненужное им добро только для того, чтобы стать богаче остальных.

А что, если бросить их?

А что, если оставить их подыхать, как они того заслуживают?

Я хочу спать.

Спать — вот что самое приятное в жизни. Во сне я встречаюсь с Кассандрой, с предками, с кармой, с интересными людьми, которыми я была когда-то.

Во сне я нахожу мир, из которого вышла.

Спать. Да, долго спать.