Пьер Бордаж - Евангелие от змеи

Ему отчаянно хотелось обратить на себя ее внимание —о, разумеется, ничего не афишируя, ведь он женатый отец семейства и всего лишь хочет доказать себе, что еще способен соблазнить хорошенькую женщину.

—Эй, эй, успокойтесь, мадам, я не сделаю вам ничего плохого! —воскликнул он, улыбаясь Люси самой неотразимой из своих улыбок (во всяком случае, его супругу она когда-то покорила!). Не будем впадать в паранойю! Не все мужчины —чудовища! Кстати, мы так и не познакомились. Я —Жан-Дамьен Туйя, владелец квартиры на четвертом этаже...

Он мог бы и не уточнять —весь его внешний облик, казалось, гордо провозглашал: "Я —хозяин!": гладкие седоватые волосы, серый костюм и лакированные туфли, рубашка в тонкую полоску и галстук в горошек, намечающийся двойной подбородок и намек на животик, кожаный портфель "родом" то ли из экзотической страны, то ли из модного магазина, навороченный сотовый телефон, выставленный напоказ как украшение и —главное —оценивающий пристальный взгляд.

Люси избавилась от соседа, пробормотав несколько слов извинений и согласившись пожать протянутую ладонь —пухлую и влажную.

—Давайте как-нибудь вместе поужинаем, позвольте мне пригласить вас... Нет, правда, это же глупо —мы соседи, но совсем не знаем друг друга!

"Да пошел ты, сто бы лет тебя не видела!" —мысленно добавила она. Дыхание у нее сбивалось, сердце бешено колотилось, левая рука онемела из-за тяжеленных сумок, пальцы правой руки свело судорогой на гранате.

Люси попыталась связаться с Бартелеми, но он не ответил. Она открыла окно и снова закурила. Комната провоняла табаком и скукой. Дождь яростно барабанил по крышам и асфальту внутреннего двора. Она машинально взглянула на термометр: двадцать семь градусов, а ведь уже начало декабря! Майка промокла от пота на груди и лопатках. Новогодний мороз из ее детства остался призрачным воспоминанием. Люси прикурила новую сигарету, присела на подоконник и принялась листать еженедельник "EDV". Она купила его через несколько дней после ухода из sex-aaa, пораженная заголовками: "Мессия из Обрака, или десанский псевдогуру: мошенничество в планетарном масштабе". Журналисты организовали атаку по всем правилам, обрушили на Ваи-Каи огонь тяжелой артиллерии: шарлатан пользуется людскими несчастьями и доверчивостью, отмывает огромные деньги через ассоциацию "Мудрость Десана", имеющую штаб-квартиру в Лозере, том самом департаменте, где вырос Иисус (!) Мэнгро, Мессия с красноречивым именем, южноамериканский индеец, спасшийся от межплеменной резни в джунглях,Амазонки. Журнал методично разбирал все трюки обманщика, предоставив слово крупнейшим специалистам по психологии и медицине, дабы исключить чудо как факт. В статье прослеживались оккультные связи "Мудрости Десана" и некоторых обществ, проповедующих неонацистскую идеологию, а учение Ваи-Каи грубой насмешкой объявлялось адской смесью заплесневелых теорий и дешевых выдумок Нового времени. Приемная мать Ваи-Каи и его сестра описывались как две отсталые крестьянки с плато Обрак, —короче, |>|,1л нарисован чудовищный, гротескный портрет нового Мессии —этим нелепым титулом его наградили фанаты Сети, доверчивые жители Интернета, безответственные киберпопугаи, разносящие по миру информацию, которую не дали себе труда проверить.

Взгляд Люси остановился на фотографии Ваи-Каи: молодой смуглокожий мужчина с темными гладкими волосами и миндалевидными глазами поражал странной, почти нереальной красотой. Люси прогулялась по многим сайтам, посетила несколько форумов, посвященных Духовному Учителю, придя в восторг от многочисленных свидетельств о чудесных исцелениях. Но она сомневалась —а вдруг вся эта информация, дискуссии и слухи не более чем фантазии, желания и мечты посетителей Всемирной паутины, протуберанцы их коллективного бессознательного.

Люси выбросила окурок во внутренний двор и несколько мгновений смотрела на завесу дождя, пока не поймала чей-то взгляд в окне дома напротив. Она вдруг поняла, что ее задница вылезает из-под задравшейся майки, и с горечью подумала, что, видно, до самой смерти не избавится от болезненного пристрастия к эксгибиционизму.

Она закрыла окно, задернула шторы и яростно швырнула "EDV" на стол. у почему Бартелеми все время откладывает их встречу?

Может, он один из этих одержимых, о которых написано в статье, киберпопугаи, обманщик, манипулирующий человеческой надеждой? Неужели он тоже —фантазия, призрак? Да существует ли он на самом деле?

Исмму не хватало Мириам куда больше, чем он мог предположить. Организация следующего тура лекций Наи-Каи, яростные нападки прессы, переписка, висящая над головой угроза преследований со стороны налоговых и судебных органов —он был занят двадцать четыре часа в сутки, но в душе жила пустота, и мысли о Мириам никуда не уходили. Сбежав от него в тот день из гостиницы в Блуа, она ни разу не позвонила, не написала, не связалась с ним по электронной почте. Мириам словно испарилась, не оставив им ни единого шанса на примирение. Перед исчезновением она протянула ему несколько спасительных соломинок, но он за них не ухватился, уверенный —и совершенно напрасно! —что она впадает в отчаяние только из-за жизни на колесах и бесконечной череды гостиниц. Йенну казалось, что их жизнь немедленно наладится, как только они вернутся в свое гнездышко в замке Мегэнври, штаб-квартире ассоциации "Мудрость Десана".

Йенн тщетно пытался обмануть свою тоску: он с головой уходил в работу, оттягивал до последнего момент отхода ко сну, боясь остаться один на один с собой в крошечной квартирке под крышей, где, казалось, еще жил их смех, слышались отзвуки их споров, отражались эхом от стен и потолка любовные стоны. Вид на холмистые пейзажи Нижнего Лозера, открывающийся из окна комнаты, теперь казался ему мрачным, голые деревья, затопленные луга и стелющийся по земле туман наводили уныние. Не улучшала настроения и обстановка, царившая внутри: Йенна приводили в бешенство активность и преувеличенная собранность членов сообщества, их глуповатые улыбки и выражение экстатического блаженства на лицах. Он задыхался от приторного запаха ладана, его оскорбляло и всерьез беспокоило открытое противостояние между вегетарианцами, приверженцами мясного питания по-десански и теми, для кого священна жизнь любой земной твари. В поместье обретались мужчины и женщины, перебравшие множество ашрамов, перепробовавшие сотни духовных учений. Точно так же автостопщики когда-то исходили вдоль и поперек сказочные страны —Индию, Афганистан, Непал, Таиланд...

В голове у этих людей была мешанина: трансцендентность, реинкарнация, поиск общности. Самыми непримиримыми, несгибаемыми сектантами были именно те, кто громче других вопил о терпимости и сострадании.