Гас Ван Сент - В Розовом

А я-то где?

Вот он и я, сижу, сгорбившись, за письменным столом. В чашке дымится растворимый кофе. Рядом моя любимая фотография Феликса Арройо. Это Феликс говорил: надо выкупить Амазонию, чтобы не вырубили последний настоящий лес на земле. Или: хорошо бы собрать всех друзей в один автобус, вместе снимать ролики и больше не зависеть от чумного Лас-Вегаса. Для парня, которому едва перевалило за двадцать, Феликс вообще много чего говорил. Но больше он уже ничего не скажет, и это меня печалит.

— Такой красивый городок, — прошептала по телефону Кристина Сигурни.

Мы обсуждали, какую рекламу сделать для ее нового сборника хитов. Дело было больше двух месяцев назад, еще до того, как без вести пропал ее бас-гитарист.

— Особенно весной, когда расцветает японская слива. Я хочу, чтобы в рекламе были цветы… цветы… цветы… — Ее голос угас.

— Такой красивый городок, — сказала она. — Такой мерзкий городишка. — И повесила трубку.

Цветы для бас-гитариста и цветы в рекламе. Очень жаль. Кристина в последнее время видит слишком много цветов.

— Ты проснулся? — Помню, как много-много месяцев назад рано утром я услышал этот голос.

— Нет еще, — ответил я. (Какой-то парень.)

— Тогда я перезвоню позже. — Только сейчас я понял, что это голос Феликса.

Щелк.

Если бы я знал, что больше никогда его не услышу, я бы проснулся. Как в той детской песенке: пепел, пепел и зола, пропадем и ты, и я… Однажды все мы пропадем.

— Перезвоню позже, — сказал Феликс. Цветы… Цветы… Он так и не перезвонил.

В центре города на переходе я встретил Джека, студента из киношколы [6] Джек — веселый и жизнерадостный парень. Он завязывает волосы в хвост и носит очки с толстыми стеклами, без которых видит довольно плохо. Сегодня поверх нескольких грязных футболок он надел красно-желтый парчовый пиджак с китайскими мотивами. На пиджаке можно разглядеть садовые мостики и человечка в черной шляпе, курящего трубку (по мнению Спанки, опиум). Из карманов и по лацкану ползут побеги бамбука и чего-то еще. Вместе с Джеком его близкий друг Мэтт. . Он пригласил меня посмотреть черновой вариант своего нового фильма, который назвал «Не покидай меня, Джорджтаун».

По техническому исполнению фильм ни к черту [7] Технические недочеты вообще-то понятны, потому что он еще учится, и учится на своих ошибках. Но кое-что — просто из ряда вон. Картинка дрожит, и не потому, что Джек плохо настроил проектор. Она прыгает вверх-вниз, да так быстро, что через пару секунд начинает тошнить. А пылинок в кадре столько, что невольно думаешь: он что, горстями ее в объектив сыпал? . Все из-за камеры, объяснил Джек. Он рад, что есть хоть такая…

Джек, Мэтт [8] Мэтт и Джек связаны какими-то странными узами. Любой, в том числе Спанки, сказал бы, что они знакомы очень давно. Оба любят необычную одежду, причем надевают ее в несколько сложных слоев. Наверное, это имеет глубокий смысл. Сегодня у Мэтта верхний слой — байка с капюшоном; на голове круглая шапочка вроде тюбетейки. Он беспокойнее Джека, как будто в любой момент может взорваться-этакий сгусток темной энергии. На плече у Мэтта рюкзак, в который он поставил открытую бутылку пива, чтобы проносить ее даже туда, где пить запрещено, например, в кинозал. Эта бутылка наверняка не единственная. и я — в просмотровом зале киношколы, уютно разместившейся в бывшем масонском храме. Повсюду черно-белые портреты в золотых рамах: мужчины с мрачными и напыщенными физиономиями. Наверное, храмовые «Драконы». А в кинозале, по-моему, раньше был кабинет «Великого Дракона». По полу разбросаны костюмы и копья. На передвижном столике стоит проектор, который Джек направил на стену.

Мы обсуждаем все недочеты прямо по ходу фильма. Фокусировка ужасная, пленку оператор зарядил кое-как, и у всех героев над головой белые кляксы, похожие на нимбы.

— В этом что-то есть! — говорит Джек. Похоже, ему нравится.

— Подожди, так же неправильно! Надо найти, что именно не так, чтобы не повторять своих ошибок, — возражаю я, но, повернувшись к нему, вижу, что меня не слушают. На лице Джека застыла блаженная улыбка [9] Но в то же время он не улыбается. Это наводит Спанки на мысль, что Джек очень похож на Феликса Арройо. .

Он очень неплохой режиссер, нужно только кое-что подчистить.

Джек с Мэттом начинают рассказывать о новом сценарии, но нас прерывает вахтер, который должен закрывать помещение.

— Хотя, раз вы так увлеклись, можете немного посидеть, — разрешает он и тут видит, как Мэтт достает из рюкзака пиво, делает глоток и ставит бутылку обратно. — Э, нет, выходите! — И напоминает Мэтту, что в киношколе пить пиво запрещено.

У Мэтта плоское лицо и чуть припухшие глаза. Глаза неистово горящие, которые так и ищут, к чему бы придраться. Он всегда готов ринуться в бой, как юный, но очень злобный дадаист.

В новом сценарии под кодовым названием «Ковбой Немо» речь идет о ковбоях-супергероях и об их ежегодном слете.

Мы идем вниз по улице в китайский ресторанчик, где еду дают на вынос. Мэтт достает из рюкзака новую бутылку, как фокусник — кролика.

Перекусив из картонных посудин, мы прощаемся. Иду по улице и улыбаюсь, вспоминая о небрежно снятом Джековом фильме и о слете супергероев.

На следующий день я набираю номер, который Джек написал на ресторанной салфетке, а рядом пририсовал ковбойскую шляпу. Никто не подходит. Звоню еще и еще: неужели я больше никогда их не увижу?

Они просто переехали. Поэтому-то я их и потерял. Теперь я знаю, где они живут и как их найти, но вот телефона там нет. Режиссер, и без телефона?

Мэтт (к которому я уже проникся) снова устроился работать на бензоколонку, в компанию «Шелл». По его словам, это одна из самых нечестных и жадных компаний, и цистерны у них дырявые. «Шелл» вроде бы владеет рекламным агентством, для которого я иногда делаю заказы. Мэтт отхлебывает пиво и не спеша произносит: — Эти нефтяные гиганты банальны, злобны и ленивы. Они расползаются по миру, как чума.

Когда они вместе, Мэтт обнимает Джека и нежно чмокает его в гладкие уши и руки.

«Ковбой Немо» обрастает подробностями. Всех героев Джек назвал одним именем — Немо, однако для удобства у них есть порядковые номера. Общаются они на языке под названием «экологийский». Оказывается, они не совсем супергерои, их возможности ограничены. Они и не киберы, как я было подумал, а люди со сверхъестественными способностями. На слет они собираются для того, чтобы научиться этими способностями управлять: как правильно левитировать, как записывать информацию в мозг [10] Каждый Немо может записывать любую зрительную или слуховую информацию, чтобы потом просмотреть или прослушать. Хотя объем памяти для записи ограничен, эта способность бывает очень кстати, особенно если нужно куда-то ехать и запоминать дорогу. и так далее.