Канта Ибрагимов - Сказка Востока

— Шадома!

Говорить о женщине, тем более женщине-рабыне, плохо, — дело, по крайней мере, недостойное.

Шадома, как и Тамерлан, — исторический персонаж. Зачастую у великих людей существует несколько генеалогических версий, где приукрашенных, где, наоборот, очерненных.

За тьмой веков различить истину порою невозможно. И как показывает жизнь, надежнее всего — держаться середины.

Но где эта середина — тоже трудно понять. Во всяком случае, вкратце изложим то, до чего удалось «докопаться».

Точно известно одно: Шадома — персиянка с богатой родословной и историей. При этом ее жизнь тесно связана с Кавказом, в частности, с Грузией и Арменией. По одной из версий, или легенд, ее предок — очень богатый перс, живший в Грузии, при нападении иранского султана Джелал ад-Дина на Тбилиси в 1226 году, вошел с ним в сговор и город сдал.

По другой, чуть позже, в 1239 или 1240 году, дочь грузинской царицы Тамары [109] Тамара, Тамар (около середины 60-х гг. XII в. — 1207 г.) — царица Грузии (1184–1207). В ее царствование Грузия добилась значительных успехов. Русудан из политических целей была выдана замуж за сельджука Рума [110] Так назывались восточные территории Римской империи, примерно территория современной Турции. Кейхусрова II. [111] Кейхусров II — Гияс ад-Дин. Его отец Кейкубад I (ала ад-Дин, правил с 1219 по 1236 гг.) был заточен в тюрьму братом-правителем. Когда последний умер, Кейкубад I был освобожден и возведен на престол. В годы его правления империя Сельджуков стала вновь процветать. Однако при помощи собственного сына Кейкубад I был отравлен. Кейхусров II был бездарным правителем. Женившись на грузинке Русудан, он так влюбился в нее, что отказался от остальных жен и всего гарема. При Кейхусрове II начался распад империи сельджуков; он был задушен своей же свитой, близкими людьми. Их дочь Соркотани (или Есулун [112] На Востоке часты двойные имена. Внучка царицы Тамары в грузинской хронике — Соркотани, а в персидской — Есулун. ) была писаной красавицей, попала в руки завоевателя — монгольского ильхана Ахмеда (то ли в плен, то ли в виде контрибуции). Когда мамлюки Египта разбили монголов под Коньей [113] Конья (Иконий) — город на юге современной Турции. (1227 год), она вновь попала в плен и стала подарком, а позже — женой местного перса, который был проводником у мамлюков.

Сын от этого брака Камаль на службе у монголов становится главным битикчи [114] Битикчи (перс.) — секретарь-исполнитель. у наместника Грузии и всех западных территорий, по имени Юлдузчи (здесь некоторое хронологическое несоответствие, так как Юлдузчи был при эмире Аргуне, а это не совсем стыкуется по времени), и дослужился до внушительной должности помощника ельчи. [115] Ельчи (монг.) — сборщик налогов, главное государственное лицо на захваченных территориях, которому монгольский хан в столице лично вручает именные пайцзу и ярлык — атрибуты беспрекословной власти. Камаль и его потомки женились на грузинках и осели в Грузии. Видимо, они были предприимчивыми и могущественными людьми, если смогли сделать карьеру при грузинском дворе и приобрели сан вельмож и сохранили это влияние на целый век.

Приняли ли они христианство или остались мусульманами — неизвестно. А если судить по воспитанию Шадомы, то они вели светский образ жизни, образцом которого служили манеры Константинопольского двора. Шадома, помимо родных персидского и грузинского, знала греческий, латынь, латынь Востока — арабский. Она с детства обучалась пению, танцам, музицированию, была начитана, наизусть знала «Шахнаме» («Книга о царях») Фирдоуси и «Витязя в тигровой шкуре» Руставели.

Оставаясь в корне персами, были ли предки Шадомы гражданами и патриотами Грузии? Конечно же, были, ибо и дед, и отец Шадомы воевали в рядах грузинской армии против Тамерлана. За это и поплатились: почти все были истреблены, их поместье сожжено, а юная красавица Шадома, которой было лет пятнадцать, попала в плен и, как неземная гурия, отобрана лично для Тамерлана.

В те времена верхом щедрости и доброжелательности считалось подарить соседнему правителю не золото и жемчуга — чем не удивишь, а прекрасную девушку. Тамерлан, насытившись девственным очарованием Шадомы, в явно политических целях, дабы усластить отношения, решил подарить это сладкое создание своему потенциальному сопернику, турку-осману — Баязиду Молниеносному.

Как известно, этого не случилось, и виной тому был молодой Малцаг, который в отсутствие Тамерлана напал на его базовый лагерь под Тбилиси, где освободил много пленных, в том числе и эту прекрасную девушку.

Малцаг был старше Шадомы. Трагедия Шадомы разыгрывалась на его глазах. Еще на пиршестве Тамерлана в честь рождения внука Улугбека, где Шадома уже была наложницей, а Малцаг — буквально заложником, меж ними возник немой контакт или диалог. Они в равной мере и одновременно пострадали от злодейств Тамерлана. Их судьбы растоптали, исковеркали, никого из близких в живых не оставили. Наверное, поэтому, когда Малцаг Шадому спас, между ними изначально сложились не просто нежно-трогательные любовные отношения молодых людей, а некое боевое товарищество. Ибо Малцаг, как абрек, [116] Абрек (осет.) — горец-разбойник, головорез. как партизан и мститель, сколотил из кавказцев сплоченный боевой отряд и всячески досаждал ненавистному врагу.

Казалось бы, что Шадома, изнеженная, избалованная роскошью, не вынесет тягот суровой походной жизни. Малцаг предлагал ей остаться пока в высокогорном ауле у надежных людей, покуда идет война. Этот отчаянный молодой человек покорил ее, и она не хотела и его терять, потому что более в этой жизни опереться было не на кого. Под стать Малцагу, а в момент истины даже отважнее его, оказалась и сама Шадома. В суровую зиму, в пургу, когда на заснеженном перевале Дарьяла жилище Малцага, из-за предательства, окружили воины Тамерлана, рискуя жизнью, защитила Шадома возлюбленного. А Малцаг бежал, бежал на север, за высокие горы, до самой Алании.

Были ли у Малцага после этого угрызения совести? Мечтал ли он позже о Шадоме? Насчет угрызений — вряд ли. Ведь он воин, его цель — сражаться до конца, а не держаться за женский подол. А вот мечтать — мечтал. О такой, как Шадома, не вспоминать и не мечтать нельзя. Мечтали о ней и в стане Тамерлана.

По ней давно вздыхал друг детства Тамерлана старый нойон [117] Нойон (монг.) — крупный военачальник, командующий. Сабук. Не хотел ему уступать ложе и старший из оставшихся сыновей Властелина Мираншах. Дело дошло до драки, и была бы кровь, да их разняли. О случившемся доложили Повелителю:

— Ведь это мой подарок Баязиду, — вспомнил и Тамерлан.