Канта Ибрагимов - Сказка Востока

У больного острые боли внизу живота. Сакрел довольно тщательно осмотрел и, как бы консультируясь, отвел Малцага в сторону:

— Случай заурядный: либо почечная колика, простыл, постельный режим, микстуры, травы. Либо воспаление придатка, аппендикс — тоже травы и опиум. А можно операцию — больно, но быстро. Хуже, если киста яичка — это опасно. В любом случае надо обследовать: дам сыворотку и увижу реакцию.

— Так, — указующе поднял палец Малцаг. Он задумал свой диагноз. — Надо больного положить в твою больницу, и надолго.

— Да ты что? — как обычно возмутился доктор. — Ты знаешь мою больницу — для рабов.

— Хм, а разве он не раб? Мамлюк. Организуешь отдельную палату и держи, пусть лечится.

— Что ты задумал? — чуть ли не на цыпочках встал Сакрел, вслушиваясь в слова Малцага.

— Нам нужен борт — бежать.

— Чудо! — прошептал Сакрел, потирая руки, вновь вернулся к больному.

Все оказалось не так просто. Дело в том, что на больного возложена особая миссия, и без него продолжать путь — не имеет смысла. От этого начался спор, который длился до тех пор, пока больной не заорал от нового приступа.

— Ты нам здорово помог, — пожимал руки Малцага капитан. — На обратном пути будут деньжата, в знак благодарности поведу в «Сказку Востока». Ты был там?

Малцаг не ответил, его взгляд затуманился, устремился вдаль вслед за неясными думами. А капитан, загоревшись, продолжал:

— О! Здесь прекрасное заведение. Даже лучше, чем в Константинополе. В «Сказку Востока» Измира приезжают со всего света. Это рай на земле, полный кайфа и блаженства. Вчера ночью пришли, я сразу туда. Правда, деньги нужны, но это стоит того. Поверь мне, стоит. Там такие вина, гашиш, музыка, танцы, девочки, мальчики.

— Шадома, — нечаянно вырвалось у Малцага.

— О, так ты знаешь Шадому?! Блеск! Только вот вчера ее почему-то не было. А я все деньги прокутил. И не жалею. Кайф!

— Пойдем сегодня, — резко предложил Малцаг, ему нужен провожатый в незнакомое заведение. — Я приглашаю.

— Сегодня?! — словно обухом по голове, преобразился капитан. — Так-так-так, — задумался. — А что? Шторм, зачем на ночь глядя в море выходить?

У «Сказки Востока» Малцаг уже бывал, здесь его задержали. И если в тот раз он был буквально сражен — было днем, то теперь вечер — еще краше, загадочней и заманчивей, фонтан огнем горит.

Расписные колонны, статуи и аркады из-под земли освещаются. От целебных источников колдовской аромат стоит, а в вечнозеленом саду — нежная трель птиц. Прямо с улицы от этой фантазии человек пьянеет, завораживается, настроение — жить вот так, хотя бы ночь, а потом трава не расти. И думать о другом не хочется. Да Малцаг думает. Теперь знает он, что не один, а много рабов под этим фонтаном жернова крутят, на десятиметровую высоту воду гоняют, и жить, если это жизнь, они будут недолго. И он бы давно подох, если бы не Шадома. Где она? Что с ней?

Вход платный, очень дорого: золотой динар за двоих. Имена здесь можно скрывать, тогда нужны рекомендации.

— Посол мамлюков, — представил Малцага капитан. — Выше него наш султан, а потом только звезды.

«Сказка Востока» — комплекс дворцов. И внешний шик просто ничто по сравнению с внутренним убранством: всюду гранит, позолота, бархат, шелк, красное дерево. И все это в свете тысячи ламп. И аромат здесь сладко-пьянящий, расслабляющий, утоляющий блажь.

Главная причуда «Сказки Востока» — банная часть. Это три больших бассейна с морской, обычной и термальной водой. Тут же турецкая баня, парная и массажная. Напротив банного комплекса трапезная: есть общий зал, есть кабины, еда прямо на столах и ее столько, что большинство блюд Малцагу просто не знакомо. А если и этого не хватает, можно что еще посвежее заказать. Здесь нет слова «нет», здесь есть все, что съедобно — от блюд Китая до Испании, от Волги до Нила. И спиртного — море: вина всех цветов и стран, буза и водка, даже корейская. Тут же кальяны и наргиле, есть опийный и гашишный зал. Правда, ханки здесь нет, сильно возбуждает — запрещено.

Всюду музыка, разные оркестры. В одном зале хор мальчиков, в другом — смешанный. В полумраке вестибюля — танец живота, дальше — почти обнаженные девочки, которые, танцуя, погружаются в бассейн и там, соблазняя, танцуют.

Всюду на диванах и коврах возлежат и сидят мужчины, поблизости негр-раб, готовый как угодно услужить. По залам, смеясь, словно порхая, прохаживаются местные одалиски, на них лишь полупрозрачная ткань и они так юны, что и скрывать нечего. Здесь нет запретов, поэтому прямо из бани, лишь обернувшись халатом, можно ходить по всем залам. Здесь нет проблем и господствует философия кайфа и неги, сладкого ничегонеделания, тихая эйфория бездумья.

Отчего-то Малцаг вспомнил пир Тамерлана под Тбилиси. С удовлетворением отметил, что Властелин мира не во всем первый. Оказывается, есть места и пощедрее, ведь все перечисленное бесплатно, а платить надо в игорном зале, где тихая музыка, выступают маги и циркачи. Но более всего здесь заняты сами посетители: играют на деньги, в шахматы или кегли, нарды иль шеш-беш, кости иль шары, и самое заманчивое — китайский круг, подобие рулетки. В этом зале нет блаженства и эйфории. Тут царят страсть, азарт, драматизм, ведь порой проигрываются целые состояния.

А еще платить надо на втором этаже, где можно уединиться для интимных услуг. Есть прейскурант цен, и лишь начальная сумма — от одного динара, а дальше все зависит от фантазии и средств.

Капитан — завсегдатай, хотел было начать, как положено, с банного комплекса. Однако Малцаг резко воспротивился: шапку не снять, да и свежие раны на груди и плече. Он сказался уж очень голодным, что так и было, и они начали с застолья, где кавказец чуть пригубил, а капитан изрядно выпил вина, и его сразу же потянуло к азарту, в игорный зал, где новоиспеченный мамлюк сразу же раскошелился на ставку.

Малцаг в играх ничего не понимал, лениво послонялся средь играющих, потом с несказанным любопытством ознакомился с другими развлечениями и, убедившись, что Шадомы нигде не видно, он обратился к администратору — толстому, слащавому евнуху.

— Э-э, к сожалению, — очень обходительны тон и манеры и если бы Малцаг услышал, что Шадомы нет, с ним случился бы удар, но евнух после долгой паузы сказал: — она не принимает. Я могу предложить еще более утонченные варианты, на любой вкус. У нас все есть, и все возможно.

— И концерты она не дает? — на своем настаивал Малцаг.

— Больна, — вежливый и короткий ответ. — Не может обслужить. Но у нас широчайший выбор. Что вы хотите?

— Я хочу ее видеть, — Малцаг незаметно сунул монету в руку евнуха.

Тот понимающе кивнул, быстро удалился. Вернулся не скоро, с кислой миной на лице:

— Простите, даже дверь не открывает. Она много дней не ест. Что-то с ней стряслось, будто подменили.