Грэм Симсион - Проект Рози

Люди начали смеяться. Меня это нисколько не смутило. Когда Бьянка отстранилась от меня, я быстро оглядел аудиторию, выхватывая глазами тех, кто не смеется, — это лучший способ распознать друзей. На этот вечер в моих друзьях оказались Джин, Рози и, как ни удивительно, декан со своей спутницей. Стефан определенно не входил в этот круг.

Для спасения ситуации требовались экстренные меры. Еще во время тренировки я обратил внимание на некоторые танцевальные движения, которые не собирался использовать, но запомнил, поскольку они были оригинальными. Их преимущество — в том, что они не так уж зависят от синхронности шагов или телесного контакта. Пришло время применить их на практике.

Я изобразил бегущего человека, дойку коровы, имитацию рыбной ловли, затягивая Бьянку в свои сети, хоть она и не двигалась, как положено. Фактически Бьянка стояла столбом. Наконец я предпринял маневр, традиционно используемый для эффектного финала, в котором мужчина крутит женщину вокруг себя, подбрасывает ее за спину и пропускает между ног. К сожалению, это требует ответной реакции со стороны партнерши, особенно если она тяжелее, чем скелет. Бьянка не выразила готовности к сотрудничеству, и со стороны все выглядело так, будто я напал на нее. В отличие от айкидо, танцевальная школа не предусматривает обучения технике безопасного падения.

Я попытался помочь ей встать. Но Бьянка отвергла мою протянутую руку и поковыляла в дамскую комнату — к счастью, целая и невредимая.

Я прошел к столу и занял свое место. Стефан продолжал гоготать.

— Придурок, — бросила ему Рози.

Джин что-то сказал ей — видимо, пытаясь предотвратить назревающий скандал, — и она как будто успокоилась.

Бьянка вернулась, но только для того, чтобы забрать свою сумочку.

— Проблема была в синхронизации, — начал оправдываться я. — Метроном в моей голове установлен на другую частоту и не совпадает с группой.

Бьянка отвернулась, но Рози выразила готовность выслушать мои объяснения.

— Тренируясь, я отключил музыку, чтобы сосредоточиться на заучивании шагов.

Рози не ответила, а я услышал, как Бьянка говорит Стефану:

— Такое бывает. Это не первый случай, просто самый неудачный. Мужчины говорят, что умеют танцевать…

Она направилась к выходу, даже не попрощавшись со мной, но Джин последовал за ней и попытался задержать.

Я тотчас ухватился за представившуюся возможность. Вернул свой бокал в исходное положение и наполнил его вином — отвратным мускатом с избытком сахара. Я выпил его залпом и тут же налил еще. Рози встала из-за стола и подошла к группе. Она поговорила с певцом, потом с барабанщиком.

После чего вернулась и протянула мне руку в стилизованной манере. Я тотчас узнал этот жест: я видел его двенадцать раз. Это был знак, поданный Оливией Ньютон-Джон Джону Траволте в фильме «Бриолин». Она приглашала его к танцу. Тому самому, который я репетировал девять дней назад, когда Джин ворвался ко мне в кабинет.

Рози потащила меня на паркет.

— Танцуй, — сказала она. — Вот просто танцуй, и все.

Я начал танцевать без музыки. Так, как обычно. Рози присоединилась ко мне, подстраиваясь под мой темп. Потом она подняла руку и начала размахивать ею в такт нашим движениям. Я расслышал, как вступил барабанщик, и сразу почувствовал, что он настроен на нашу волну. Я даже не заметил, как к барабану подключились остальные музыканты.

Рози хорошо танцевала. Как партнерша она была гораздо послушнее скелета. Я провел ее через самые трудные па, полностью сосредоточившись на технике исполнения и стараясь не допускать ошибок. Отзвучала мелодия из «Бриолина», и все зааплодировали. Но прежде чем мы ушли с танцпола, снова вступила группа. Все захлопали в такт Satisfaction. Возможно, сказался эффект муската, но меня вдруг захлестнуло необыкновенное чувство — и даже не удовлетворения, а полного восторга. Это было то самое чувство, что я испытывал в Музее естественной истории и когда готовил коктейли в гольф-клубе. Мы снова пустились в пляс. На этот раз я позволил себе сосредоточиться на чувственной стороне танца. Наши тела послушно двигались под мелодию из далекого детства.

Музыка смолкла, и все снова захлопали.

Я огляделся в поисках Бьянки и заметил ее возле выхода, где она стояла с Джином. Я полагал, что она смягчится, убедившись в том, что проблема решена. Но даже с большого расстояния и при моей ограниченной способности читать по лицам я смог увидеть, что она в ярости. Затем Бьянка повернулась и ушла.

Остаток вечера был великолепен: наш танец невероятным образом изменил атмосферу бала. Все подходили к Рози и ко мне с комплиментами. Фотограф сделал для нас обоих бесплатные фотографии. Стефан ушел рано. Джин раздобыл в баре какое-то дорогущее шампанское, и мы выпили по несколько бокалов с ним и венгеркой Кларой, доктором с физического факультета. У нас с Рози был еще один танец, а потом я танцевал по очереди почти со всеми женщинами. Я спросил у Джина, стоит ли мне пригласить декана или ее спутницу, но он сказал, что этот вопрос вне сферы даже его компетенции. В итоге я решил не рисковать, поскольку декан явно была не в духе. Присутствующие всем своим видом демонстрировали желание танцевать, а не слушать ее заготовленную речь.

В конце вечера заиграли вальс. Когда музыка смолкла, я огляделся по сторонам и увидел, что на паркете остались только мы с Рози. И все снова нам аплодировали. Лишь потом до меня дошло, что все это время я находился в тесном физическом контакте с живым человеком и не испытывал ни малейшего дискомфорта. Я объяснил это своей предельной концентрацией на правильном исполнении танцевальных па.

— Может, возьмем такси на двоих? — предложила Рози.

Такая идея экономии ископаемого топлива показалась мне здравой.

В такси Рози сказала:

— Тебе надо было репетировать с разными ритмами. И ты не так умен, как я думала.

Я промолчал, отвернувшись к окну.

— Ничего у тебя с ней не получится, — продолжала Рози. — Ни черта. Ты ведь и сам это понял, ага? И это еще хуже. Ты предпочел выставить себя посмешищем, вместо того чтобы попросту сказать ей, что она не твой человек.

— Это было бы невежливо. У меня не было никаких причин отвергать ее.

— Кроме нежелания жениться на попугае, — фыркнула Рози.

Эта реплика показалась мне на редкость забавной — то ли из-за алкоголя, то ли из-за истощения после стресса. Мы оба покатились со смеху, и Рози даже несколько раз тронула меня за плечо. Меня это не покоробило. Но когда мы отсмеялись, мне снова стало неудобно, и я отвел взгляд.

— Ты невозможный, — сказала Рози. — Смотри на меня, когда я говорю.

Но я упорно смотрел в окно. Пожалуй, на сегодня мне хватило эмоций.