Рон Палин - Карлица

С робким благоговением Абдулла взирал на ухоженные фермы и беспечно пасущиеся за низким ограждением стада совершенно белых коров. Коровы томно возлежали, пригревшись на солнышке, или паслись, выставляя напоказ огромное вымя. Горный инженер Абдулла прокручивал в мыслях живые картинки, похожие на рисунки красочного букваря первоклассника. Вот на этой странице счастливый новосёл Бельгийского королевства Абдулла работает помощником фермера, на следующей странице он перевоплощается в сгорбившегося на велосипеде почтальона в фуражке, а ещё через несколько быстро промелькнувших страниц — он становится механиком с чёрными руками и чёрной полосой на лбу, ремонтирующим велосипед кудрявого светловолосого школьника. Всё это было вчера, сегодня же отголоски этих приятных успокаивающих мыслей стали едва слышными за монотонным шумом убогой действительности.

Сутулый молодой человек в очках, с волосами хвостиком и острыми локтями, торчащими из вылинявшей тенниски, появлялся время от времени в зале ожидания. Спотыкаясь на каждом втором слоге, он выкрикивал в зал неудобоваримые фамилии. Вялые просители убежища выходили и снова возвращались в зал. Абдулла посмотрел на спящую дочку, почувствовал напряжение в висках, проглотил поднимающий к горлу комок, встал и направился в туалет, расположенный в другом конце зала. Мадина положила свой плащ на освободившийся стул Абдуллы. Абдулла перешагивал через тела спящих, жующих и смотрящих в пространство детей и взрослых, стараясь не задерживаться взглядом на лицах.

На выходе из туалета Абдулла услышал свою фамилию. Их провели в кабинет и показали на полдюжины стоящих перед столом стульев. Они заняли два стула, стоявшие ближе других к столу. Мадина вновь посадила дочку, немного повеселевшую от смены обстановки, к себе на колени.

По другую сторону широкого стола они увидели в профиль круглую краснощёкую чернобровую голову, посаженную на толстую шею и узкие плечи. Голова женщины-следователя слегка повернулась по направлению к ним, большие выпуклые глаза отстранённо отсняли и загрузили в краткосрочную память очередных просителей убежища. Пухлые ручки начали быстро, не останавливаясь, печатать, маленькое туловище со складками на животике заёрзало на стуле. Женщина-карлица задавала односложные вопросы, не дослушав ответа на предыдущие, не поднимая головы от экрана компьютера и обращаясь исключительно к переводчику — грузину с седыми усами. Через полчаса они вышли из бюро, а в четыре часа дня их вместе с одной из многочисленных групп из десяти человек провели в длинный коридор, взяли отпечатки пальцев, поставили вдоль стены и вручили под роспись каждому из взрослых листок с тусклым фото. В данном документе отрицалась обоснованность их просьбы о предоставлении политического убежища.

II

Режин Лёбек — так звали служащую министерства, ведущую допрос Абдуллы и Мадины, — была единственной дочерью в семье разорившихся фермеров. Её родители ежегодно в течение пятнадцати лет приписывали пару нолей к цифре поголовья коров на бланке запроса европейских субсидий. Мошенничество было раскрыто налоговой инспекцией, и ферму пришлось продать с молотка. Тем не менее, им удалось скрыть от фиска кругленькую сумму на заграничных банковских счетах и дожить безбедно до глубокой старости. Мать Режин решила родить первого и единственного ребёнка, когда ей исполнилось тридцать пять лет. (В большинстве семей зажиточных фермеров Бельгии рождается один ребёнок, что обеспечивает неделимый на части капитал при переходе по наследству.) У Режин вскоре после рождения врачи обнаружили аллергию на все без исключения молочные продукты, включая материнское молоко. Этим, наверное, объяснялось её отставание в росте, абсолютно круглая форма головы и некоторые другие отклонения в развитии.

Своё детство, отмеченное оспинами обидных прозвищ и жестоких оскорблений сверстников, она старалась не вспоминать. Одноклассники замечали её только для того, чтобы выразить ей своё презрение или выместить на ней накопившуюся злость. У неё не было друзей, домашние животные в доме были запрещены. Когда ей исполнилось четырнадцать лет, в классе появились два чёрных брата-африканца. Они плохо учились, занимались боксом, держались обособленно, их боялись и обходили стороной. Как-то, по совету родителей, Режин принесла в школу на свой день рождения шоколадные конфеты в блестящей обёрточной бумаге. После занятий двое чернокожих братьев увидели, как хорошо воспитанные, холёные подростки топчут ногами конфеты Режин на баскетбольной площадке перед школой. Братья-африканцы посчитали это подходящим поводом, чтобы проверить на деле свои боксёрские навыки. Честь Режин была защищена ценой нескольких кровавых носов, травля одноклассников в школе прекратилась. Учителя с кривой ухмылкой обсуждали вероятность возникновения отношений между спасателями и спасённой ими жертвой, впоследствии, увы, ни в коей мере не подтвердившуюся.

Ко времени описываемых событий Режин Лёбек уже перевели на низшую образовательную ступень, в класс профессионального обучения. Родители не придали особого значения этому факту, так как считали, что для успешного предпринимательства не нужен диплом университета. Любое дело хорошо, лишь бы приносило хорошие деньги, — пусть это даже будет салон для стрижки собак. Их волновало что-то совсем другое. У Режин отсутствовали упорство, мёртвая хватка, игривая хитрость и уверенность в своей правоте — качества, отличающие настоящих фламандских крестьян или выходцев из крестьян, которыми её родители обладали в полной мере. Режин сидела часами у телевизора, вместо того чтобы подстричь траву или помыть машину и получить за это двадцать евро. В возрасте тринадцати-четырнадцати лет Режин из всеядной потребительницы детского телевизионного канала превратилась в разборчивую зрительницу, особенное внимание уделяющую предвыборным баталиям дебатирующих политиков и комментариям всеведущих журналистов, подаваемым в качестве приправы к злободневным новостям. Примерно в это же время её родители заметили, что в развитии их дочки наметились позитивные сдвиги: по гуманитарным предметам в школе она стала получать невиданные ранее высокие оценки. Характер Режин также стал меняться, её самоуверенность и боевитость росли. Она научилась завоёвывать внимание и уважение учителей, язвительно отвечать на словесные нападки одноклассников. Однажды её даже показали по региональному телевидению. Режин продемонстрировала восхищённым телезрителям утреннего шоу оригинальный способ поедания йогуртов из пластиковых стаканчиков. Вместо срывания и облизывания фольги с последующим тщательным выскребанием йогурта ложечкой она прокалывала пластиковое донышко острым наконечником ножа, срывала фольгу с перевёрнутого верх дном стаканчика — и ровный аппетитный цилиндрик йогурта (вызывающий у Режин аллергию) соскальзывал на тарелку. В самом конце двухминутного прямого эфира самонадеянная уродливая девушка-подросток советовала производителям йогуртов выпускать стаканчики с двумя отверстиями на донышке, заклеенными отрываемой полоской.

Читать дальше