Владимир Степаненко - Точка росы

— Кому я здесь нужна?

— Как кому? Всем. Мне. Пядышеву.

— Вашему любимому Пядышеву?

— Вы правильно подметили. Действительно Сергей Тимофеевич мой любимый инженер. Вместе шагаем с Игрима. Там и познакомились. Потом было у нас с ним Медвежье. Доверьтесь ему. Вы, ваши два парня-проектировщики, Пядышев да еще Лавчуков! Да вы каждый узел отработаете в чертежах. Низкий поклон вам будет. Кстати и от Жемчужникова. Мы ведь его не обидим.

Мария Петровна никак не отреагировала на тираду начальника объединения. И Викторенко, воспользовавшись этим, ушел в волновавшие его расчеты. Он мучительно думал о доставке грузов. Существовала одна схема доставки: по железной дороге до Лабытнанги; потом по Оби до Тазовской губы; затем вторая перегрузка на маленькие баржонки и дорога по мелководному Пуру. Вдруг его осенила дерзкая мысль. В первый момент он не хотел поверить, что она осуществима. «А что, если воспользоваться подъемом воды в Ево-Яхе и протащить баржи до стройки? Не дожидаясь зимы, когда начнет действовать зимник!»

— Мария Петровна, — он повернулся к проектировщице. — Женщины во все века вдохновляли на подвиг. Поэты посвящали женщинам лучшие стихи, художники — свои картины!

— Вы решили посвятить мне стихи? — Мария Петровна поймала глаза Викторенко и не отпускала. Высокий мужчина с открытым лбом ей начинал нравиться. Совсем другим он был на техническом совете. До предела собранный, неразговорчивый. Без улыбки, с жестким взглядом.

— К сожалению, я не поэт. — Он удивленно подумал, что вторая женщина назвала его поэтом. — Я подарю вам баржу, которая пройдет по Ево-Яхе.

— Боюсь, что вы опоздали, — женщина не скрывала своей победы. — Пядышев вчера искал человека, который с Пура перегнал бы баржу по Ево-Яхе. Инструктор райкома партии вызвался быть толкачом!

— Кем-кем?

— Толкачом!

— Мишустин?

— Фамилию не помню.

— Мария Петровна, скажите, разве не головастый мужик Пядышев?

— При чем тут Пядышев? Этот, как вы его назвали? Мишустин? Да, Мишустин заявил, что пройдет с баржей по Ево-Яхе. И представьте, тоже обещал мне ее подарить. Удивительно щедрые вы здесь люди.

Викторенко от души расхохотался.

— Крепко, видно, насолил вам Сергей Тимофеевич. Василий, давай поищем Пядышева.

Долго рыскал «газик» по площадке, пока удалось установить, что Пядышева видели около балка строителей.

На строительной площадке у каждого подразделения свои балки. Строители поставили свои буквой «п». Монтажники вытянули в одну линию. Но все выкрашены масляной краской в яркие цвета. У одного из балков Викторенко остановился.

— Здесь Пядышев. Слышу его голос, — сказал он, приоткрывая дверь и пропуская в вагончик проектировщицу.

— Вот и Иван Спиридонович, — сказал обрадованно бригадир монтажников, разгоняя рукой дым. — Здравствуйте, Мария Петровна! Вовремя вы пришли. Грыземся с Сергеем Тимофеевичем. Он требует ставить фундаменты под абсорберы. А нам надо укладывать фильтры. Никуда не денутся ваши игрушки. Придет время — поставим! У меня свой график. Начальник управления подписал!

— Когда график подписан? — зло спросил Пядышев. — Молиться теперь на него? Да?

— Значит, ругаемся? — спросил Викторенко. — Присаживайтесь, Мария Петровна. Грейтесь.

— Сергей Тимофеевич, почему не одели проектировщиков?

— Они не обращались.

— Сам должен был догадаться. Выпишите со склада теплые куртки, плащи, резиновые сапоги.

— Будет сделано! — Пядышев все еще не понимал, какой последует разговор и что означает появление Викторенко в сопровождении Марии Петровны.

— Сергей, а ты поласковее смотри на Марию Петровну, — пряча улыбку, сказал Викторенко. — Кажется, мне удалось убедить ее в необходимости строить мост через Ево-Яху. За обустройство комплекса отвечает институт! А ты, Егор Ксенофонтович, зря полез в пузырек, — обратился Викторенко к бригадиру. — Прекрасно знаешь, что фильтры не доставили, а игрушки, как ты выразился, лежат на своих местах. Так какой расклад получается? То-то же! Я бы на месте Пядышева не слазил с вас, — заключил Викторенко и добавил: — Ставьте абсорберы. Придут фильтры, решим, как быть. Сергей, а ты тоже хорош. Завел тайны. Мария Петровна случайно проговорилась, что ты собираешься исправить схему доставки грузов? Так это?

— Появилась одна, мыслишка.

— Слышал, Егор Ксенофонтович, каков умелец? Хочет заставить Ево-Яху работать на стройку, — Викторенко улыбнулся. Давно он не приходил в такое хорошее настроение. Оказывается, дожди бывают разные. Просто дожди, затяжные дожди, надоедливые дожди и счастливые дожди. К счастливым надо отнести все дожди за долгую неделю: ливни, моросящие и обложные.

— А выйдет? — недоверчиво спросил бригадир, не особенно понимая, что должно произойти.

— Дерзость всегда помогала храбрым, — засмеялся раскатисто Викторенко. — В этом я твердо уверен!

Мария Петровна почувствовала, что с налету ей не разобраться в происходящих событиях. Давно выработались отношения на стройке между начальниками, и повышенные голоса нельзя сразу принимать за возникшую ссору. Слишком скоропалительно она осудила Пядышева по своим саратовским меркам, надеясь на свою особую интуицию угадывать характеры мужчин. Викторенко сразу успокоил двух спорщиков и сделал это легко. Бригадир монтажников забыл о своем рыкающем басе, Пядышев перешел на шепот. Было видно, что оба признавали авторитет Викторенко и слушали его.

Мария Петровна присматривалась к спорщикам. Попробовала сравнить Викторенко и Пядышева. Внешне они совершенно разные. Викторенко высокий, вернее, длинный, выше Пядышева на голову. Но оба фанатически увлечены делом. Делом, которое хорошо знают. «Чего же я перед ними хорохорюсь?» — подумалось вдруг. И впрямь — каждый из присутствующих мог ее многому научить. За ними практика. Умение перевести лист чертежа в металл. Викторенко и Пядышев не дипломаты, как Жемчужников, грубее его, но откровеннее.

При отлете из Уренгоя Жемчужников назначил ее старшей группы и сказал: «Если вам удастся все уладить с проектом, вы будете умницей». Но все доводы «умницы» разбиваются о сильную волю и знания Викторенко и Пядышева. Если по-человечески, да и по-деловому разобраться, они правы. Но тогда надо признать свое поражение!

Совсем некстати сейчас подъем воды в Ево-Яхе. Непостижимо, но забыли, что комплексу нужен мост! Разлилась река, и смену рабочих придется переправлять на плотах. От одного воспоминания о Ево-Яхе она почувствовала, что начала замерзать. А ведь ей еще переправляться через реку. Викторенко предупредил, что придется толкать машину!

Поздно вечером, войдя к себе в кабинет, Викторенко на столе увидел свернутую записку: