Дэвид Стори - Сэвилл

Девочка взглянула на него, лицо ее было красным от солнца. Она стояла на полдороге между ними и автомобилем и следила за своим братом.

Отбросив волосы с глаз, она крикнула и показала на несжатую пшеницу.

Молодой мужчина выстрелил еще раз.

— Мы сегодня с добычей, — сказал фермер.

Джек, зажав под мышкой свою сумку, уже шел по колее и отряхивался от пыли. Под деревьями он закурил, прикрывая сигарету ладонью, потому что вдруг поднялся легкий порывистый ветер.

Молодой мужчина прицелился и выстрелил туда, куда указывал кривоногий со сноповязалки. В автомобиле залаяла собака.

Девочка пошла к ней.

— Смотри, чтоб пес не выскочил, Одри, — крикнул фермер. — Пока еще не все сжато, пусть там остается.

Колин спустился на колею. Девочка, раскрасневшаяся от жары, стояла, держась за дверцу, и разговаривала с собакой.

Когда он проходил мимо, она обернулась.

— Это какая собака? — сказал он.

— Колли.

Она еще раз быстро взглянула на него, потом прикрикнула на собаку.

На ее шее и над локтями, там, где кончались короткие рукава, виднелась мелкая сыпь.

— Она на кроликов обучена? — спросил он.

— Да нет.

Она открыла машину и ухватила собаку за ошейник, не дав ей выпрыгнуть.

Нагнувшись, все так же держа собаку за ошейник, она пошла по полю.

Колин пошел дальше и на ходу заглянул в машину: патроны, термос, жестяные кружки и что-то завернутое в белое полотенце — наверное, бутерброды.

Он пошел к сараям, отряхиваясь от пыли.

Когда они пришли утром, поле было сжато и снопы лежали рядами поперек склона. Колин работал со старшим внизу. Копны поднимались, как маленькие домики. Следы тракторных шин на стерне серебрились росой.

— Сколько вы вчера подстрелили кроликов? — сказал он.

— Четырех. — Старшой засмеялся. — Зато шуму подняли на целых двадцать.

— А сколько часов у вас вышло сверхурочных? — сказал он.

— Тебе-то что? — Старшой засмеялся. — Этой работы мало, хочешь еще?

Но позднее, когда они шли к сараям, он добавил:

— А вообще-то вчера тебе дело тоже нашлось бы, Завтра надо начинать новое поле. Значит, сегодня придется задержаться, чтобы его обкосить.

Однако старшой с Гордоном ушли на второе поле сразу после обеда, и Колин с костлявым остались работать одни. Костлявый сразу этим воспользовался и подолгу лежал под изгородью, лишь иногда оставляя ее тень, но уж тогда работал быстро, так как Колин в одиночку успевал сделать довольно мало.

— Нет, они побольше от нас потребуют, знаешь ли.

Подниматься и спускаться по склону приходилось все меньше — половина снопов была уже сложена в копны. В середине поля солнце пекло сильнее, чем на колее или по краям, пыль поднималась гуще, запах соломы казался сильнее и удушливее. Его одежда насквозь пропиталась потом. Поджившие было ладони снова кровоточили.

В рощицу у подножия холма пришли играть какие-то ребята. Он увидел их, когда они еще шли по дороге со стороны скрытого деревьями дома. Они принесли с собой ялик, перетащили его через изгородь и спустили в пруд. Около часа он слышал их крики, видел блеск воды — над деревьями время от времени взлетали столбы брызг. Наконец, когда они с костлявым дошли до изгороди, он поглядел на пруд.

На середине его был островок, заросший куманикой. У самой воды виднелось большое гнездо. Из рощицы тянуло запахом гнили.

Трое мальчиков в ялике гребли к островку. Двое были в плавках, и один из них, пока Колин наблюдал за ними, прыгнул в воду и под вопли двух других принялся энергично толкать ялик вперед, осыпая их градом брызг.

Один из оставшихся в ялике был в майке и шортах, Колин узнал Стэффорда: встав на середине ялика, он отдавал команды второму мальчику в плавках, который никак не мог справиться с веслом.

— Левей! Левей бери! — крикнул Стэффорд пловцу, который изо всех сил колотил по воде ногами.

Ялик ткнулся в берег, и Стэффорд, наклонившись, ухватился за ветку. Он удерживал лодку, пока второй мальчик вылезал на берег. Пловец, все еще в воде, поднялся на ноги. Плечи у него были в черной грязи.

Стэффорд отпустил ветку, схватил весло и оттолкнулся.

— Эй, Невил, — крикнули двое на острове. — Э-эй! Нее-е-вил! Греби назад.

Стэффорд, стоя в ялике, оперся на весло. Отголоски его смеха замерли под деревьями.

— Эй! Свинья ты! — кричали мальчики на острове.

На темном фоне деревьев их ноги и торсы казались совсем белыми.

— Эй, Невил, плыви назад!

Стэффорд опустил весло в воду, нащупал дно и подтолкнул ялик к берегу.

— Да Невил же!

Стэффорд захохотал, ялик качнулся. Мальчики принялись брызгать в его сторону.

— Да ну же, Нев! Плыви назад.

Стэффорд помотал головой и, все еще смеясь, опустился в ялике на колени.

— Тут такой ил, что вброд не перейти, — сказали мальчики.

— А вы доплывите, — сказал Стэффорд.

— Так мелко же, — сказал один из мальчиков.

Стэффорд снова встал, утирая глаза.

— Свинья ты. Пригони лодку назад.

— Сами пригоните.

— Ну, брось, Нев, имей совесть, — сказали они.

— Сколько дадите? — сказал он.

— Сколько тебе надо?

— А сколько у вас есть?

— Да откуда же? — Они указали на свои плавки.

Стэффорд выбрался на берег и сел рядом с яликом.

— Ну, брось, Нев, имей совесть.

Возможно, Колин переступил с ноги на ногу или кто-то из мальчиков на острове посмотрел в его сторону.

Стэффорд обернулся. Несколько секунд он растерянно смотрел на него. Потом приставил ладонь к глазам.

— Привет, — сказал Колин и кивнул.

Стэффорд встал, продолжая растерянно смотреть на него. Мальчики на острове снова закричали:

— Кто это, Нев? Давай плыви сюда!

— А, так это ты, — сказал Стэффорд негромко. Его голос словно угас. — Что ты здесь делаешь? — добавил он.

— Работаю, — ответил Колин и показал на поле позади себя.

— Как работаешь?

Он снова показал на поле.

— Копны складываю.

— Зачем?

— Деньги нужны.

Стэффорд повернулся к ялику. На поле он даже не посмотрел.

— Значит, работаешь?

Колин кивнул.

— Ну, еще увидимся. — Стэффорд влез в ялик и оттолкнулся от берега.

Костлявый на поле окликнул его. От сараев по колее ехал автомобиль, подпрыгивая и пыля.

Он пошел назад и уже складывал копну, нагибаясь к снопам, когда автомобиль остановился и из него вылезли фермер, старшой и кривоногий.

Они работали до самого вечера. Фермер копнил вместе с ними. В шесть часов он сходил к автомобилю и принес термос с чаем. Они сидели в тени изгороди, пили чай из жестяных кружек и ели бутерброды, которые он тоже привез с собой.

Много раньше, почти сразу после того, как подъехал фермер, из рощицы вышел Стэффорд. За ним шли два мальчика и несли ялик. Они посмотрели туда, где он работал рядом с четырьмя мужчинами. Стэффорд шел немного впереди, мальчики продолжали оглядываться на него, но Стэффорд вышел на дорогу, не повернув головы, Он исчез за деревьями, скрывавшими дом. Мальчики, совсем белые на темном фоне, с трудом перетаскивали ялик через изгородь.