Джеффри Арчер - Блудная дочь

Во время летних каникул вся семья отправилась в Калифорнию. Первые десять дней они провели в Сан-Франциско с Беллой и её семьей в их новом доме.

Клод стал партнёром в юридической конторе, а Беллу назначили заместителем директора школы. Ричард отметил, что со времени их последний встречи Клод немного похудел, а Белла — наоборот — стала ещё крупнее.

Каникулы стали бы радостью для всех, если б не частые отлучки Аннабель. Конфронтация стала неизбежной, когда Белла обнаружила, что девочка курит марихуану на чердаке.

Терпение Флорентины лопнуло, но Аннабель заявила матери, что, если бы та больше занималась делами дочери, а не своей драгоценной карьерой, то поняла бы, что её есть за что критиковать.

Узнав об этом, Ричард немедленно увёз Аннабель на Восточное побережье, а Флорентина и Уильям уехали в Лос-Анджелес, где и провели остаток каникул.

Флорентина извелась и звонила домой дважды в день, чтобы узнать, как там Аннабель. В итоге она и Уильям вернулись домой на неделю раньше намеченного срока.

В сентябре Уильям поступил на первый курс Гарварда, а Аннабель вернулась в школу Мадейры, где не добилась больших успехов, несмотря на то, что большинство уикендов проводила под неусыпным оком родителей в Вашингтоне.

Во время следующей сессии Флорентина значительную часть своего времени посвятила чтению документов по оборонным вопросам и книг, которые ей рекомендовали её сотрудники. Она читала доклады экспертов, разговаривала с заместителями министра обороны и изучала договоры США с союзниками по НАТО, побывала в штабе стратегического командования ВВС, объехала базы США в Европе и на Ближнем Востоке, беседовала с генералитетом и рядовым составом военнослужащих, присутствовала на военных манёврах в Северной Каролине и Калифорнии и даже совершила погружение на атомной подводной лодке, но ни разу не выступила в Палате, лишь задавала вопросы во время слушаний в подкомитете, когда бывала удивлена тем обстоятельством, что самое дорогое оружие оказывалось не самым эффективным. Флорентина начинала понимать, что военной машине надо пройти долгий путь повышения боеготовности, прежде чем она сможет справиться с серьёзным конфликтом. Надо было учитывать и то, что страна не подвергалась испытаниям со времён Карибского кризиса. После года бесед и изучения проблемы Флорентина пришла к заключению, что Роберт Бьюкенен абсолютно прав, а дурой была как раз она. Она с удивлением заметила, как увлекла её новая тема и как её взгляды изменились — настолько резко, что коллеги стали называть её «ястребом», — ведь она считала, что у Америки нет иного выхода, как наращивать расходы на оборону, раз Россия остаётся открыто враждебной.

Флорентина изучила все документы по ракетной системе «MX», которые представил комитет Палаты представителей по вооружённым силам. Когда наступил день обсуждения поправки Саймона, откладывавшей постановку системы на вооружение, она попросила председателя дать ей слово во время дебатов. Она рассказала о своём замысле Ричарду, и тот его одобрил.

Флорентина внимательно слушала выступавших как «за» так и «против» поправки. Роберт Бьюкенен в большой речи высказался против отсрочки. Когда он сел на своё место, спикер внезапно вызвал Флорентину. Депутат Бьюкенен достаточно громко произнёс:

— Что же, послушаем мнение специалиста!

Сидевшие рядом с ним республиканцы засмеялись. Флорентина поднялась на трибуну и положила перед собой листы с речью.

— Господин спикер, я обращаюсь к Палате как убеждённый сторонник ракет «MX». Америка не может позволить себе дальнейшие проволочки в области своей обороны, связанные с тем, что группа депутатов не успела ознакомиться с соответствующими документами. Документы находятся в Палате уже больше года, и эти депутаты могли спокойно ознакомиться с ними, чтобы выполнить своё домашнее задание к сегодняшнему дню. Правда в том, что эта поправка представляет собой не что иное, как попытку противников системы прибегнуть к тактике проволочек. Я осуждаю этих депутатов, пытающихся зарыть голову в песок, пока русские не нанесут упреждающий удар. Разве им не понятно, что и у Америки должна быть возможность нанести первый удар?

Я одобряю базирующуюся на подводных лодках ракету «Поларис», но нельзя все наши ядерные вопросы решать только за счёт средств морского базирования, тем более сейчас, когда наша разведка докладывает, что русские построили подводную лодку, способную развивать до сорока узлов и не возвращаться на базу четыре года. Да, господин спикер, — четыре года!

Не думаю, что вопросы национальной безопасности следует держать в тайне от американского народа. Он избрал нас, чтобы мы принимали долгосрочные решения, а не болтали попусту, не замечая, как страна становится всё слабее. Некоторые депутаты Конгресса, похоже, подражают Нерону, который вместо того, чтобы гасить пожар, устраивает концерт для пожарной команды.

Что же это депутаты так быстро забыли, что в 1935 году у Форда было больше рабочих, чем военнослужащих в американских вооружённых силах, и что в том году наша армия была меньше, чем у Чехословакии, которую по очереди попрали немцы, а затем русские? Наш флот был равен половине флота Франции, униженной немцами, пока мы сидели и смотрели со стороны. А нашу авиацию даже Голливуд не приглашал на съёмки воздушных боёв. Когда появился Гитлер, у нас не было оружия, чтобы им бряцать. Мы не должны допустить повторения такого впредь!

В конце 1950 года русские имели столько же боевых самолётов, сколько и Соединённые Штаты, в четыре раза больше солдат и тридцать танковых дивизий против одной американской. Мы больше не можем позволить такое! Я молюсь за то, чтобы наша великая страна никогда больше не терпела таких катастроф, как вьетнамская, и чтобы никто из нас не стал свидетелем гибели в бою ещё хотя бы одного американца! Но наши враги должны знать, что мы встретим их агрессию в лоб!

Каждому американцу, который считает, что наши расходы на оборону слишком велики, я посоветую заглянуть за «железный занавес», чтобы убедиться, как высока цена демократической свободы, доставшейся нам в этой стране даром. «Железный занавес» закрыл Восточную Германию, Чехословакию, Венгрию и Польшу, Болгарию и Румынию, а Афганистан и Югославия охраняют свои границы, чтобы этот занавес не окружил и их и не потянулся дальше, вплоть до Ближнего Востока. Но и этим Советы не удовлетворятся, им нужен весь земной шар.

Многие страны сыграли свою роль в истории свободного мира и его защиты. Теперь эта ответственность перешла к лидерам данного сообщества. Пусть же у наших внуков не будет оснований сказать, что мы задёшево обменяли эту ответственность на популярность! Пусть каждый американец будет уверен, что его свобода защищена, пусть и ценою жертв, которые придётся принести. Давайте заверим американцев, что мы не станем увиливать от своих обязанностей перед лицом опасности. И пусть в этом зале не будет Неронов, играющих на скрипке. Нельзя допустить ни пожара, ни победы противника!