Джеффри Арчер - Блудная дочь

— Вы не забыли об ужине, который дает аэрокосмическая корпорация?

— Нет, но он же состоится на той неделе.

— Если вы сверитесь с календарём, то увидите, что ужин назначен на сегодня и вам надо быть там через двадцать минут, — сказала Джанет. — Не забывайте, что вас ждут пятьсот человек!

Флорентина извинилась перед коллегой и спешно выехала в «Мэйфлауэр». Она опоздала на несколько минут и не успела собраться с мыслями. В холле её встретил Дон Шорт.

— Мы сняли отдельный кабинет, — сообщил он, провожая её к лифту.

— Никогда не знала, что в «Мэйфлауэр» есть кабинет, который может вместить пятьсот человек! — заметила Флорентина.

Дон Шорт рассмеялся.

— Мы нашли подходящий, — сказал он, когда лифт остановился, и провёл гостью в кабинет, в котором с трудом могли бы разместиться человек двадцать. Он представил её присутствующим, что не заняло слишком много времени, так как на ужин собралось четырнадцать человек.

За ужином Флорентина слушала сомнительные рассказы Дона Шорта об успехах корпорации аэрокосмического планирования. Она с трудом сдерживалась и не была уверена, что у неё хватит терпения дождаться конца вечера. Завершая ужин, Дон Шорт встал со своего места, постучал ложкой по пустому бокалу и произнёс многословную речь о своём близком друге Флорентине Каин. Флорентина выступила с краткой благодарственной речью и сумела сбежать незадолго до одиннадцати.

Дон Шорт проводил её на автостоянку. Когда она садилась в автомобиль, он вручил ей конверт.

— Мне жаль, что собралось так мало людей, но отсутствующие прислали свои пятьдесят долларов.

Флорентина вернулась в «Барон» и изучила содержимое конверта: чек на предъявителя на 24 300 долларов наличными.

На следующее утро она рассказала обо всём Биллу Пирсону и передала ему конверт.

— Всё это, — сказал он, — позволит нам вскрыть эту аферу! — И, улыбнувшись, запер 24 300 долларов в ящик стола.

Флорентина уехала на выходные, чувствуя, что хорошо выполнила свою часть задания.

Вернувшись в Вашингтон, Флорентина была удивлена, не обнаружив записки от Билла Пирсона. Его секретарь сообщила, что он проводит избирательную кампанию в Калифорнии. Это напомнило Флорентине о том, как мало времени осталось до новых выборов, и что ей надо больше внимания уделять Чикаго.

Через несколько дней Билл Пирсон позвонил из Калифорнии и сказал, что беседовал с одним влиятельным республиканцем, председателем подкомитета по обороне, и оба они считают, что скандал перед выборами принесёт большие неприятности и раздувать его не стоит. Пирсон попросил Флорентину не объявлять пока о пожертвовании, поскольку такое заявление повредит его расследованию.

Флорентина решительно не согласилась с ним и даже подумала было о том, чтобы самостоятельно войти в контакт с руководством комитета, но, когда она позвонила Эдварду, тот отсоветовал ей такой ход, мотивируя свои слова тем, что в офисе ответственного секретаря больше неё знают о взятках, а обращение через их голову могут посчитать закулисными интригами. Флорентина согласилась подождать до окончания выборов.

Когда сессия Конгресса закончилась, она вернулась в Чикаго, чтобы готовиться к очередным выборам.

Флорентина вновь была избрана в Палату представителей от девятого округа Иллинойса, причём её отрыв от соперников в этот раз немного увеличился. Оказавшись в Конгрессе, она заметила, что демократы потеряли пятнадцать мест в нижней палате и три — в Сенате. Среди потерь оказался и Билл Пирсон.

Флорентина несколько раз звонила Биллу домой в Калифорнию, чтобы выразить соболезнования, но его всё время не было. Она каждый раз оставляла послание на автоответчике, но Билл так и не перезвонил. Флорентина обсудила проблему с Ричардом и Эдвардом, и они порекомендовали ей немедленно встретиться с лидером парламентского большинства.

Узнав о происшествии, Марк Чедвик ужаснулся и сказал, что перезвонит в тот же день. Он сдержал своё слово и сообщил Флорентине информацию, от которой та похолодела: Билл Пирсон утверждал, что ничего не знает о 24 300 долларах и никогда не говорил с Флорентиной о взятке. Кроме того, Пирсон напомнил Чедвику, что, если Флорентина получила от кого-то 24 300 долларов, то она должна была сообщить о них как о вкладе в избирательную кампанию, либо как о доходе, а в её избирательных отчётах никакого упоминания об этой сумме нет. По правилам же, принятым Палатой, она не может получать подарки на сумму свыше 750 долларов. Флорентина объяснила Чедвику, что именно Билл Пирсон попросил её не заявлять о деньгах. Марк заверил Флорентину, что не сомневается в её словах, но поинтересовался, как она собирается доказать, что Билл Пирсон лжёт. Он также добавил, что у Пирсона — и это общеизвестно, — большие финансовые проблемы: после второго развода он платит алименты двум бывшим семьям, а когда человек оказывается ещё и без работы, то даже самые честные могут не выдержать удара.

Флорентина согласилась предоставить Марку расследование этого дела, а сама хранила молчание.

На неделе позвонил Дон Шорт, который поздравил её с переизбранием и напомнил, что рассмотрение контракта с военно-морскими силами на противоракетный радар назначено на ближайший четверг. Флорентина прикусила губу, когда он сказал следующее:

— Я рад, что вы обналичили чек. Уверен, что эти деньги пригодились вам во время кампании.

Флорентина немедленно попросила Марка Чедвика отложить голосование по радару до тех пор, пока он не разберётся с делом Билла Пирсона. Чедвик объяснил ей, что если голосование отложить, то средства будут направлены на другие проекты. Министру обороны Брауну безразлично, какая фирма получит контракт, но будет крупный скандал, если тянуть с решением. Чедвик напомнил Флорентине, что она сама не раз выступала против тех, кто затягивает вопросы обороны.

— Вы выяснили что-нибудь, Марк?

— Да, мы знаем, что чек обналичен в «Риггз Нэшнл Бэнк» на Пенсильвания-авеню.

— Мой банк и моё отделение, — сказала не поверившая своим ушам Флорентина.

— Сделала это дама примерно сорока пяти лет, в чёрных очках.

— А хорошие новости есть?

— Да, — ответил Марк. — Кассир посчитал сумму достаточно крупной и переписал номера купюр. Как вам такое?

Флорентина попыталась улыбнуться.

— На мой взгляд, Флорентина, у вас есть два пути. Вы можете заявить о случившемся на заседании в четверг или хранить молчание, пока я во всём не разберусь. Единственное, чего вам делать нельзя, — это заявлять публично о том, что в деле замешан Билл Пирсон.

— И что я должна делать?

— Для партии предпочтительней, чтоб вы хранили молчание, но я знаю, что сделал бы я в подобной ситуации…