Дэвид, Вебер - Факел свободы

Капитан Мэддок выглядел как и его собственное спокойствие, профессионально самоопределенным - несмотря на то, что Лафф всегда думал, как по-настоящему смешна униформа Системного Флота Мезы. Были времена, когда у Лаффа на самом деле был соблазн согласиться, что Мэддок ему нравится, но этих моментов было мало, и они были далеко друг от друга. Однако учтивым мезанец мог быть, и Лафф был готов признать, что капитан старался изо всех сил быть учтивым, как возможно, хотя ни один офицер Народного Флота в Изгнании никогда не мог забыть, что в действительности представляет Мэддок.

Их хранитель. Их казначей. "Технический консультант", чьими реальными функциями было сделать так, чтобы некий НФИ был готов выполнить именно то, что было сказано, когда оно было сказано, и где было сказано выполнить это. И тот факт, что их казначеем было что-то такое отвратительное, как "Рабсила", только делал то, что он символизировал еще хуже. Мезанский капитан был живым напоминанием о каждом малоприятном Лаффу договоре, что он был вынужден заключить, всей грязи для которой он и его люди были вынуждены идти в свой крестовый поход, чтобы сохранить то, что могло когда-нибудь надеяться выступить против контрреволюционеров, которые свалили Народную Республику.

Бывало время, особенно поздно вечером, если ему было трудно заснуть, когда Адриан Лафф находил себя интересующимся, будет ли когда-либо это "когда-нибудь". Теперь он знал, что будет. Хотя никто - включая его самого - не спорил бы ни мгновения, что шансы были все еще чрезвычайно против окончательной победы НФИ (или даже его выживания), но, по крайней мере, у них был шанс. Каким бы он ни был бедным и рваным, это был шанс, и он сказал себе - вновь - яростно, что покупка такого шанса стоила даже того, что они собирались сделать по приказу "Рабсилы".

Он взглянул на главную схему, которая показывала иконки кораблей его флота, переходящих постепенно вниз по альфа-полосам, когда они скользили по одной из гравитационных волн в гиперпространстве к стене нормального пространства. Их было много - много других - этих значков, чем было, в том числе твердое ядро линейных крейсеров. Десять бывших "Неутомимых" были меньше, чем четыре корабля класса "Полководец-C", как его собственный "Бернард Монтгомери", которые оставались верными Революции, и у них ["Неутомимых"] была крайне недостаточная - по стандартам Квадранта Хевен, по крайней мере - активная противоракетная оборона.

Но он вынужден был признать, что их основная электроника была лучше, чем любая, что Народная Республика когда-либо имела, хотя программное обеспечение, управлявшее этой электроникой, потребовало значительных настроек. И у них было значительное количество боковых пусковых установок, хотя стандартные соларианские противокорабельные ракеты, честно говоря, были кусками мусора.

С другой стороны, от его мезанских контактов, он знал, что ФСЛ находится в процессе модернизации всех своих стандартных противокорабельных ракет, и вынужден был признать, что "Кольчуги" в магазинах его линейных крейсеров были лучше, чем что-либо, что Народный Флот - или Государственная Безопасность - когда-либо были в состоянии предоставить ему. Они были не так хороши, как многодвигательные ракеты проклятых манти, которые ввели их в употребление (и которые Тейсман и его никогда-не-будут-достаточно-прокляты контрреволюционеры с тех пор разработали), но они предлагали гораздо больше возможностей, чем НФИ когда-либо обладал прежде, и они могли быть запущены изнутри, не требуя подвесок.

Его восемь тяжелых крейсеров были кораблями класса "Марс-D", которые бежали от контрреволюционеров, но пять из его легких крейсеров - все они, на самом деле, за исключением "Пролески", "Фе?лице" и "Ве?роник" - были соларианскими кораблями класса "Бриджпорт", по существу немного бо?льшими чем укрупненные эсминцы класса "Жнец". У "Бриджпортов" было втрое больше энергетических установок на бортах и значительно больше места в магазине, чем у "Жнецов", но у них было одинаковое количество труб и было еще более удручающе, чем у не полностью оснащенных "Неутомимых", пропорционально плохо с активной противоракетной обороной.

Все шестнадцать его эсминцев были "Жнецами", а семь их капитанов были не совсем теми, что он назвал бы надежными. У военно-морских сил Госбезопасности был крен в сторону тяжелых крейсеров и линейных крейсеров, а большинство остальных подразделений ГБ были кораблями стены.

Их реальная функция состояла в том, чтобы обеспечить надежность регулярных кораблей Народного Флота, с которыми они были размещены (и именно поэтому большинство из них было уничтожено в действии, когда корабли регулярного Флота дезертировали в столь массовом порядке в сторону контрреволюционеров), и этим был поставлен акцент на огневой мощи и размерах. А это означало, конечно, что очень немногие военные корабли Госбезопасности были простыми легкими крейсерами и эсминцами.

Он действительно предпочел бы внутренние продвижения, чтобы обеспечить командиров для всех эсминцев, которые "Рабсила" предоставила Народному Флоту в Изгнании, но было гораздо более важно обеспечить прочный хевенитский личный состав его тяжелых единиц в первую очередь, и вдобавок многие "Неутомимые" в его смешанных силах съели квалифицированных офицеров с угрожающей скоростью. На самом деле, он был вынужден продвинуть немало рядового персонала до офицерского звания только, чтобы сделать так много.

Предоставление такого же надежного офицерского личного состава для эсминцев было невозможно, поэтому у него не было иного выбора, кроме как полагаться на нескольких наемников (не было никакого смысла использовать любой другой термин, чтобы описать их), которыми "Рабсила" снабдила его. Он выбрал своих девятерых хевенитских шкиперов на эсминцы, столь многих для прочного вида, как возможно, но хотя он и не обсуждал это ни с кем за пределами своего собственного штаба и флаг-капитана, у него были серьезные сомнения относительно того, сколь многие из этих кораблей НФИ собирался удержать под своей рукой после операции "Феррет".

Было гораздо больше шансов на то, по его мнению, что легкие единицы офицеров-наемников собирались таинственно исчезнуть - с или без одобрения своих капитанов - и создать пиратский бизнес для себя, тем более что наемники хотели бы отмежеваться как можно тщательнее от тех, кто был ответственен за операцию "Феррет". Хотя существовало не очень много того, что он мог поделать с этим, и если это случится, это случится.

Не так, чтобы эти корабли собирались быть огромной потерей для его тяжелой боевой мощи, хотя он будет глубоко сожалеть о потере платформ для коммерческого рейдерства, что они представляли как только было время до начала фактической, поддерживаемой операции против контрреволюционного режима.