Антоний Амурский - Путь

— Да там посмотрим. Я пока об этом стараюсь не думать. Завтра вот на пары собираюсь, там решим.

— Мама там хоть нормально, жива-здорова?

— Да вроде, да — Марио тупо уставился в стакан.

— Ладно, Марио, я полетел, домой пора, — Вован протянул руку.

— Вовка?.. А там…Работа у вас еще есть? — Марио смотрел на него печальными глазами.

— А, да. Запиши номер, восемь…

Марио старательно записал номер.

— Все, ладно, давай, я пошел, — Вовка пожал руку и стремительно двинулся к выходу.

— Вовка, пиво не допил! — Марио поднял наполовину полный стакан вверх.

— А…Не хочу! — крикнул издалека Вован.

В проходе он столкнулся с Адьосом, который как будто специально толкнул его плечом.

— Кто это был? — спросил Адьос, приближаясь к столу.

— А, да так, земляк один.

— А что он, мог бы нам пива купить — Ё-моё шлепнул пустым стаканом по столу, — куда-то он заторопился, когда нас увидел.

— Тебя испугался, — оскалился Вася и взял стакан, который оставил Вовка.

— Ну что, еще пива берем, а братух? — Адьос приобнял Марио, дыхнув на него смесью перегара, курева и кариеса.

— Да, берем — Марио достал две розовых купюры из кармана, отдал их.

И вдруг с огромной тоской в сердце почувствовал, что он бы сейчас лучше бы ушел с Вованом, лучше бы покинул это шумящее, кишащее помещение. Но… Друзья не поймут.

Вася с Ё-моё принесли пиво, Адьос в это время на ухо Марио громко доказывал, что пора бы уже найти «ничейный» телефон или взять кредит в банке. Марио молча слушал, изредка кивая. И то, ему казалось, что это Адьос надавливает сзади на затылок ему, чтобы Марио кивал в такт звучавшим словам.

Принесли пиво, значит пора взять по стакану, стукнуться ими за что-то, нелепо и от всей души сказанное Ё-моё, выпить, дальше найти укромную точку в зеленой неоновой подсветке в стене напротив, чтоб вновь уставиться в нее.

Мысли были туги, мозг еле работал. Опять напиться, опять забыться…

«Два парня, стартовавшие совершенно одинаково во взрослую жизнь. Даже я наверно немного лучше стартовал, учитывая оценки в школе. И что…» — Марио тупо смотрел в зеленую точку.

Он мотнул головой влево, увидел пасть Адьоса, которая разевалась и захлопывалась с улыбкой. Адьос что-то весело рассказывал всем. Он перевел взгляд на Васю, тот хохотал, навалившись на стол, его руки лежали между стаканами с пивом. Дальше сидели незнакомых два парня в спортивных костюмах, внимательно слушавших Адьоса, и вовремя подгогатывающих.

Марио мотнул головой вправо, увидел Ё-моё, у которого на плече лежала его рука. Уставился в его скалившуюся рожу. Посмотрел с минуту, ничего не понимая. Перевел взгляд на Малорика. Тот что-то активно и постоянно добавлял, вызывая общий гогот. Дальше сидели еще два парня, которые, видимо, пришли с Малориком.

Опять уставился прямо в укромную зеленую точку. Через 15 минут, выпив еще стакан пива, он повторил опять эту же операцию, переводя взгляд от лица к лицу, пытаясь вникнуть в общий ход беседы.

Вдруг он понял, что ему срочно нужно на улицу, вдохнуть этот вечерний майский воздух. Он неловко привстал, взял куртку со спинки дивана, попробовал немного шагнуть, потерял равновесие и обеими руками грохнулся в пустые стаканы, стоявшие на столе.

Парни вокруг захохотали.

— Ггггы, ххххых — летело со всех сторон.

Марио неловко поднял руку с курткой, протащив ее по столу. Попадали стаканы, что-то брызнуло и потекло по столу.

Он аккуратно, не спеша, начал продвигаться между столом и чужими ногами. Выйдя в проход, он услышал окрик. Адьос уже прекратил смех:

— Марио, ты куда?

— Пппайду…пппакурю… — Марио осоловело смотрел на троящихся-четверящихся Адьосов.

Двинувшись к выходу, он с облегчением обнаружил, что за ним никто не последовал.

Марио брел вдоль дороги. Его накрыло очень сильно, он едва держался на ногах. Вот он споткнулся, неказисто упал, выставив вперед локоть, чтоб не разбить драгоценную бутылку. Он поднялся, запрокинул голову и жадно отпил. Облившись, он поднял руки, посмотрел на разодранный рукав.

— Ну и фиг с ней! — он стянул куртку и зачем-то решил перейти дорогу.

Моросил дождь. Марио пошел наискось, к ларьку. Он не заметил, как белый «Лексус» приблизился к нему. В его помутненном сознании машина ехала слишком быстро, и уже должна была проехать, когда он сделал следующий шаг. «Пииииб! Пиииб!» пронеслось мимо него, обдав ветром и брызгами.

— Эй! Ээээй! — Марио встал посреди дороги и кинул в след машине куртку, — ссукиии! Ээээй!

Он махал руками, пока красные огни не скрылись из виду. Потом он изможденно опустился на колени, и припал лбом к мокрому черному асфальту. «Сссуки! Чёооорт» — простонал он.

Он вдруг показался сам себе совсем никому ненужным, брошенным и абсолютно одиноким. Марио поднялся, отхлебнул из бутылки, и, неловко ковыряя в штанине, извлек телефон.

— Ну чего, вы?! — он обратился к списку контактов, — хоть бы кто-нибудь позвонил!

Он сделал шаг вперед, замахнулся… И чуть не выпустил телефон, в последний момент вспомнив, как трезвый зарекался не разбивать телефоны.

Он опустил его обратно в карман и продолжил свой, как ему казалось, геройский путь.

Он шел, не понимая куда и зачем идет. Идя незнакомой дорогой, он вышел к ларьку. Отсутствующим взглядом уставился в витрину. Пошарил в кармане, вспомнил, что деньги могли остаться в куртке, но идти до нее было слишком далеко.

Достал брякнувшую мелочь, убедился, что этого не хватит. И пиво заканчивалось, что удручало еще больше. Смачно плюнув, он отпил и двинулся дальше. Пройдя с пятьдесят шагов, он остановился и накрепко задумался, зачем и куда он идет. Так и не найдя логического объяснения, он оперся об ограду.

Ничего не хотелось… Даже жить… Не хотелось…

Марио ощутил себя кинутым, подавленным, отрешенным. Он вдруг ощутил все свое ничтожество. Он подумал, что зря родился на свет. Измененное сознание говорило, что последнее время его окружают одни проблемы, и что ему очень тяжело жить в этом мире.

— За что?! За чтоооо?! — Марио поднял слезящиеся глаза к небу. Небо лишь сыпало каплями в него.

— Кому я что сделал?! Кооому?! — Он попытался воздеть руки, но потерял равновесие и, цепляясь свободной рукой за перила, неловко упал.

Не было проезжающих машин. Не было гуляющих собак со своими хозяевами. Не было даже пьяных гопников. Никого… Его свидетелем и сообщником был только дождь.

Марио поднялся, захлебываясь в буре эмоций. Он жадно высосал оставшуюся пену из бутылки. Неожиданно закончившееся пиво и полное отсутствие денег огорчило его еще больше. Вдруг он ясно ощутил, что вся его жизнь состоит из череды неудач и скучных событий, что сам он ничего не добился и вряд ли добьется.