Анна Милтон - Слепой (СИ)

Макс медленно отстранился, но продолжал обнимать меня. Он долго смотрел на меня с улыбкой, и я терялась в догадках, как выгляжу со стороны. Наверно, видок еще тот! От представленной мною физиономии растерянности и шока мне хотелось захохотать.

Максим стал медленно приближаться к моему лицу.

О, нет! Он все-таки хочет поцеловать меня!

Конечно же, он хочет этого… А я нет. Не готова. Не время. Не сейчас.

― Погоди, ― пролепетала я, отклоняясь назад.

Максим уставился на меня в полном недоумении.

― Ты чего? ― спросил он, и я услышала в его голосе помимо удивления недовольство.

Вероятно, нет, абсолютно точно Максим хорошо целовался. Я знаю несколько девочек, с которыми он встречался и уверена, что это не все его подружки. Но я-то еще ни с кем не целовалась! Помимо простого нежелания я боялась упасть в его глазах и выглядеть посмешищем, не умеющим целоваться. Возможно, было бы проще, если бы и он был таким же нулем в отношениях, как и я.

Но Макс не знает, что я еще ни с кем не целовалась. Он так же, как и все, думает, что у меня уже имеется опыт в поцелуях и не только.

― По-моему, мы немного торопим события, ― пробормотала я.

В висках пульсировало так сильно, будто по ним колотили маленькими молоточками.

Максим изогнул левую бровь.

― Ты не хочешь, чтобы я поцеловал тебя? ― прямо спросил он.

Нет. Не сейчас.

― Хочу, ― ответила я. ― Но… эй! Ты признался мне в симпатии всего несколько минут назад, ― неужели, прошло так мало времени? Лично для меня эти минуты показались целой вечностью, ― и уже хочешь поцелуя? ― я попыталась завернуть эту неловкую для меня ситуацию в шутку, но, кажется, моя попытка провалилась с треском. Мой голос сильно дрожал от волнения, как и тело. ― Не торопите события, мистер, ― я издала нервный смешок.

Руки Макса немного расслабились на моей талии.

― Да, ― вздохнув, согласился он. ― Ты права, наверное. Хотя мы с тобой не первый день знакомы… Но могу я тебя хотя бы в щеку поцеловать?

Я прикусила нижнюю губу, размышляя.

Вселенная не рухнет, если он поцелует меня в щеку. Буду считать, что это дружеский поцелуй.

― Ладно, ― сказала я. ― Можешь.

Макс победно улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать меня в щеку.

Когда его губы оказались на моей коже, я думала, что прямо сейчас и прямо здесь провалюсь сквозь землю.

― Знаешь, ты не такая, какой тебя многие считают, ― отстранившись, произнес Макс.

Его слова насторожили меня.

― А какой меня считают? ― тут же спросила я.

Он убрал одну руку с моей талии и дотронулся ею до щеки, которую только что поцеловал. Кожа его пальцев была огрубевшей ― это из-за того, что он играл в баскетбол. Но в целом прикосновение мне понравилось.

― Ну, холодной и непреступной, ― шутливым тоном отозвался Макс. ― Как Снежная королева. Красивая Снежная королева, ― он провел указательным пальцем вдоль моей щеки.

Я невольно улыбнулась.

― Бред, ― сказала я. ― Я не Снежная королева. Почему так думают?

― Потому что ты многих к себе не подпускаешь, ― Макс наклонился и снова поцеловал меня, только в другую щеку. ― У тебя такая нежная кожа, ― прошептал он.

― Кого я к себе не подпускаю? ― спросила я, пропустив его последние слова.

― Парней.

Отчасти это было правдой. Я легко общалась со многими мальчиками, но еще никого не подпускала к себе так близко, как сейчас Максима.

― Хм, ― это все, что я могла произнести в ответ.

― Выходит, я настоящий счастливчик, да?

Я вопросительно посмотрела на него.

― Ну, ты же теперь моя девушка, ― с нежностью произнес он. ― Ты ― очень ценный приз, который с этого дня принадлежит мне.

― Ага, ― промямлила я, не вникая в смысл его последнего предложения.

Теперь Макс мой парень. Вчера мы были друзьями, а сейчас встречаемся.

Мой мир сходит с ума.

Остаток свидания я провела в полубессознательном состоянии. Хорошо, что мы почти не разговаривали, иначе бы я наговорила много всякой ерунды от волнения. Еще какое-то время мы гуляли по городу, не отходя далеко от моего дома. Макс все время держал меня за руку, обнимал. Это было приятно ― чувствовать рядом с собой кого-то. Но я не могла выкинуть из своего сердца чувство неловкости и неуверенности. Все, что происходило этим вечером, до сих пор не укладывалось в голове. Мне казалось, что в любой момент я могу проснуться в своей комнате глубокой ночью.

Когда прогулка закончилось, Максим проводил меня и поцеловал напоследок, оставив на моей щеке после своих губ пылающий след. Я вернулась домой с улыбкой на лице.

― Кто этот мальчик? ― в реальность меня вернул голос отца.

Я убрала руку с лица и нахмурилась.

― Друг, ― ответила я.

Папа стал буровить меня испытывающим взглядом.

― Алина, ― начал он.

― Что? ― резко перебила я.

Он вздохнул.

― Нет. Ничего.

Я не собиралась первая мириться с ним. Я всегда так делала, но всему есть свой предел. Мой, наверно, настал сейчас.

― Спокойной ночи, ― пробурчала я и пошла в свою комнату.

У меня было предостаточно тем для размышлений. Я легла в постель рано, и долго не могла уснуть. Все смешалось в голове: затянувшаяся ссора с отцом, начало учебного года, решающего, можно сказать, свидание с Максом, то, что мы с сегодняшнего дня встречаемся… Удивительно, но еще я думала о том слепом парне, который был унижен перед всеми в столовой.

С мыслями о Владе я провалилась в сон.

Глава пятая

Этот день был обречен на провал с самого утра.

Первая мысль, пришедшая мне в голову, когда я распахнула глаза, была о том, что я проспала.

Со скоростью метеорита я соскочила с кровати и стала собираться в школу. Первый урок я уже пропустила. Весь второй урок я буду добираться до школы. Надеюсь, успею к третьему.

И почему меня не разбудил папа?!

Пришлось пропустить завтрак. Я натянула на себя школьную форму, кинула в сумку учебники и вспомнила, что не сделала домашнее задание. Думаю, сегодня фортуна не отвернется от меня, и никто не заметит этого.

Павел уже ждал меня у дома.

― Опаздываем? ― с улыбкой спросил он.

― Угу, ― я залезла внутрь и сделала глубокий вдох. ― У этой машины есть турбо-ускорение?

― Нет.

― Жаль.

Павел подавил смешок и завел автомобиль.

Сегодня только третья сентября, и я рискую упасть в глазах преподавателей с примерной ученицы, отличницы и умницы до прогульщицы. Этого нельзя допустить. И как меня только угораздило проспать?! Раньше никогда такого не случалось!

― Голодна? ― спросил Павел.

― Немного, ― соврала я. На самом деле я просто умирала от голода.

Он пошарил в бардачке и достал оттуда шоколадный батончик «Сникерс».

― Держи, ― Павел протянул руку назад и вручил мне шоколадку.

― Спасибо, ― поблагодарила я и взяла «Сникерс».