Дженнифер Доннелли - Чайная роза

— …и тогда, Уилл… нет, ты не поверишь… она встает и говорит мне, что обручена с Сомсом. Уже два месяца!

— Что?

— Сказала, что они обручены и что Сомс зашел в «Салазки» случайно, потому что страдает бессонницей. В общем, полная чушь. — Эмс презрительно махнул рукой. — Они думают, что я вчера родился.

«Это счастливейший день в моей жизни, — подумал Уилл-младший, когда Камерон закончил рассказ. — Она сыграла мне на руку».

— Камерон… — медленно начал он.

— Гмм? — Эмс долил его стакан.

— А вдруг я ошибаюсь? А вдруг мой отец посмотрит на эту историю сквозь пальцы?

— Тогда вся наша работа и услуга, о которой я попросил Моллоя, пойдут насмарку. Но он этого не сделает, Уилл. После шумихи, которую поднимут газеты.

— В его нынешнем неустойчивом психическом состоянии возможно все, — сказал Уилл-младший. Он допил виски и посмотрел на друга. — Ну, судья Эмс, кажется, у нас появилась возможность полностью избавиться от мисс Финнеган. И я думаю, что ею нужно воспользоваться.

Камерон посмотрел ему в глаза, кивнул, и Уилл-младший убедился, что они поняли друг друга. Это молчаливое понимание помогало им сначала в детстве, потом в школе, а позже во время университетских экзаменов. До сих пор они с Камероном шли рука об руку, и так будет и впредь.

— Если твой отец когда-нибудь узнает об этом, он меня повесит.

— Не узнает. Откуда? Я-то уж точно не собираюсь ему ничего рассказывать.

— А что я ему скажу, когда он узнает, что официальным судьей был я?

— Какие у него могут быть к тебе претензии? Ты даже не знаешь, кто она такая. Ты когда-нибудь видел их вместе?

— Нет.

— Он тебя представлял?

— Нет.

— Говорил тебе, что они обручены?

— Конечно нет.

— Так в чем он может тебя обвинить? Ты ничего не знал. Просто выполнял свою работу. Когда придет время — если оно вообще придет, — и он спросит тебя об этом, ты скажешь ему, что узнал ее только во время суда, иначе ни за что не согласился бы разбирать это дело.

— Ладно. А теперь иди. Через черный ход. И постарайся никому не попасться на глаза, Уилл. Никому, понял?

— Не попадусь. Не дрейфь, Кам. Сделай это для меня.

Камерон встал и надел мантию. Мужчины договорились встретиться за обедом в Юнион-клубе, и Уилл ушел. Он ощущал неимоверное облегчение. Скоро эта история кончится. Все прошло как по маслу. Отец никогда не догадается, что Камерон действовал умышленно. И что за спиной Камерона стоял он, Уилл-младший. Подготовительная работа была проведена блестяще. Он попросил прощения за плохое поведение, оказал девушке гостеприимство, и отец в это поверил. Идя по темному коридору, которым пользовались приставы, доставляя преступников в суд или увозя их из суда в тюрьму, Уилл-младший говорил себе, что он у Камерона в долгу. Ничего, скоро он с ним рассчитается. Как только займет место в Конгрессе, постарается сделать Кама членом Верховного суда — это заветная мечта его друга. А когда в один прекрасный день попадет в Белый дом, то первым делом назначит Камерона Эмса председателем этого суда. Каждому президенту нужен свой карманный судья.

Фиона обводила взглядом белые стены суда с потемневшими портретами великих людей. Смотрела на американский флаг в углу и позолоченный герб города Нью-Йорка. Смотрела на все, надеясь найти то, что хотя бы отдаленно напоминало о доброте и понимании человеческих слабостей. Искала свидетельство того, что люди, обладающие властью судить других, умеряют эту власть мудростью и терпимостью. Но видела только жесткие и бесстрастные лица судебных приставов и зияющую пустоту на месте судьи.

Эмс ни за что не поверит ее рассказу. Стивен разозлил его. Хилтон подлил масла в огонь, а она добавила последнюю щепку. Он передаст дело в суд высшей инстанции, а потом Ника вышлют из страны.

Внезапно дверь судейской открылась, и она вздрогнула. Вышел Эмс и занял свое место. Все вокруг зашевелились и заерзали. И зрители, и репортеры обратились в слух, гадая, какой оборот примет дело. Эмс не заставил их ждать и сразу вызвал Стивена Эмброуза и Фиону Финнеган.

Он откашлялся и обвел взглядом аудиторию.

— Несмотря на то, что иногда обо мне пишут в городских газетах низкого пошиба, — начал Камерон, в упор глядя на Нелли Блай, — я не лишен понимания. И сочувствия.

В сердце Фионы воскресла надежда.

— Я признаю, что в случае с мистером Сомсом могла произойти ошибка.

У нее подкосились ноги. «Теперь все будет в порядке, — подумала девушка. — Он отпустит Ника!»

— Мисс Финнеган, вы сказали, что мистер Сомс — ваш жених и попал в «Салазки» случайно. Это верно?

— Да, ваша честь.

Эмс повернулся к арестованным:

— Это правда, мистер Сомс?

Ник с испугом посмотрел на Фиону. Она кивнула и сказала взглядом, что это его последний и единственный шанс.

— Да, ваша честь, — тихо сказал он.

— Отлично. Мисс Финнеган, я готов отдать мистера Сомса вам на поруки. Но при одном условии…

— Как скажете, ваша честь, — с широкой улыбкой ответила Фиона, радуясь тому, что ее план сработал. Она спасла Ника! Скоро этот кошмар кончится.

— Я настаиваю, чтобы вы зарегистрировали свой брак с мистером Сомсом сегодня же. В моей судейской. Это будет доказательством вашей искренности.

Секунду длилась мертвая тишина, а потом зал взорвался. Стивен и Тедди бросились к судье и стали кричать, что это неслыханно и абсолютно противозаконно. Эмс крикнул в ответ, что понимает, когда ему морочат голову, и не даст обвести себя вокруг пальца. Репортеры задавали вопросы ей, Нику и Эмсу разом. Счастливые зрители говорили друг другу, что такого и в театре Тони Пастора не увидишь. Молчала только Фиона, потрясенная выбором, перед которым ее поставил Эмс.

Внезапно она заметила какое-то движение. Ник пытался привлечь ее внимание и махал руками, насколько позволяли наручники. Фиона пошла к нему. Никто ее не остановил. Эмс спорил с адвокатами. Два пристава боролись с непокорным арестантом, стараясь усадить его на место. Двое других пытались утихомирить толпу.

— Прекрати, — сказал Ник. — Немедленно. Я никогда на это не соглашусь.

— Согласишься.

— Ты что, с ума сошла? — прошипел он. — Ломаешь себе жизнь! А ради чего? Меня что, повесят? Нет. Признают виновным, я заплачу штраф, и меня выпустят.

— Не выпустят. Тедди говорит, что тебя посадят в тюрьму, продержат там несколько недель, а после суда депортируют. В Англию. Ты понимаешь, что это значит?

— А ты сама-то это понимаешь, глупая девчонка? Ты не сможешь выйти за Уилла, если уже выйдешь за меня! Кое-где такие вещи позволяют — в Аравии, в Африке, в Океании — но не в Нью-Йорке!

— Я не хочу выходить за Уилла.

Никлас закрыл лицо руками:

— Пожалуйста, Фиона. Пожалуйста. За последние двенадцать часов я видел много ненормальных. А теперь и ты туда же.