Дженнифер Доннелли - Чайная роза

— Фред! — завопил Шихан. Привратник обернулся; в руках у него была масленка.

— Какого черта… — начал он. Не успел Фред опомниться, как Фиона сделала отчаянный рывок, пролетела мимо него, выскочила на улицу, схватилась за перекладину и захлопнула за собой ворота. Замок щелкнул, и это спасло ей жизнь.

Фиона во всю прыть бежала по Минсинг-лейн. Позади слышался крик: Шихан требовал, чтобы Фред открыл эти чертовы ворота. Она рискнула оглянуться. Привратник нашарил ключ и уронил его. Пришедший в бешенство Шихан пнул ногой сначала Фреда, а потом ворота. Рядом с ними стоял Уильям Бертон и смотрел ей вслед. На мгновение их взгляды встретились, и Фиона поняла, что если сейчас она попадется, то убьет ее вовсе не Шихан.

Добежав до Тауэр-стрит, она увидела омнибус на восток, только что отошедший от остановки, догнала его и вскочила на ступеньку. Тяжело отдуваясь, Фиона села на место и выглянула в окно. Девушка не сомневалась, что преследователи находятся совсем рядом; они наверняка видели, как она свернула с Минсинг-лейн. И могли видеть, как она села в омнибус. А вдруг они наймут кеб и погонятся за ней? Фиону затрясло от страха; она почувствовала себя беззащитной. Омнибус спускался с Тауэрского холма. Когда он остановился, чтобы забрать пассажиров, девушка выпрыгнула наружу.

Она перешла на другую сторону улицы и нырнула в пивную. Отсюда хорошо видна улица. Было около семи, час пик уже прошел, и она замечала каждый экипаж. Мимо проехали омнибус на запад, лошадь с телегой, два старомодных четырехколесных фаэтона и трое двухколесных дрожек. Не прошло и трех минут, как мимо пивной промчалась блестящая черная карета, следовавшая на восток. Фиона спряталась в тень, но успела заметить человека, который кричал на кучера. Это был Шихан. Карета набрала скорость и свернула на Ист-Смитфилд-стрит, преследуя омнибус, на котором уехала Фиона. Девушка закрыла глаза, прижалась к стене и задрожала.

— Мисс, что с вами?

Она подняла голову и увидела водянистые глаза старика, выходившего из пивной.

— Если хотите выпить — а, судя по выражению лица, вам это не помешает, — то женская комната находится сразу за баром. Сами увидите.

Выпить? Что ж, неплохая мысль. До сих пор заказывать что-то в пивной ей не приходилось, но пора когда-то начать. Можно будет несколько минут посидеть, прийти в себя и придумать, что делать дальше.

Она вошла в пивную, миновала переполненный дымный бар, толкнула дверь с надписью «ДЛЯ ДАМ» и оказалась одна в тускло освещенной комнате с несколькими деревянными столами, бархатными табуретками, зеркалами и ворсистыми обоями. Подошел хозяин, принял у нее заказ и исчез. Когда Фиона села и пригладила волосы, он вернулся со стаканом пива. Она полезла в карман за мелочью, но нащупала что-то бумажное. «Что это?» — подумала девушка и заглянула в карман. При виде банкнот у нее сжалось сердце. Она быстро достала полшиллинга и протянула монету трактирщику. Тот отсчитал ей сдачу и ушел.

Она снова заглянула в карман. Черт побери, как они туда попали? Фиона вспомнила сцену, разыгравшуюся в кабинете Бертона. Она швыряла в него все, что попадалось под руку. Должно быть, в тот момент, когда Бертон позвал Шихана, она держала пачку в руке и машинально сунула ее в карман, когда бросилась бежать. Девушка достала деньги и пересчитала их. Двадцать пять купюр по двадцать фунтов. Получалось, что она облегчила Бертона на пятьсот фунтов.

Фиона аккуратно сложила банкноты, снова сунула их в карман, поднесла ко рту стакан, залпом выпила его содержимое и облизала губы. Потом посмотрела на свое отражение в зеркало, подмигнула ему и произнесла:

— Ты мертва.

— О господи, детка, куда ты пропала? Я чуть не заболела от беспокойства, — сказала Грейс.

Фиона пришла к ней уже после восьми, разгоряченная и запыхавшаяся.

— Извини, Грейс. Я была в «Чае Бертона». Ходила получать компенсацию за смерть отца. Они заставили меня ждать целую вечность! Я пробежала всю обратную дорогу; не хотела тебя задерживать, — сказала она, заставив себя улыбнуться.

— Неужели они сидят там допоздна? Наверное, трудятся на Бертона не покладая рук.

— Да уж. Из него получился бы хороший надсмотрщик за рабами. — Брат сидел за столом и рассматривал книжку с картинками. — Пойдем, милый, — сказала она. — Нам пора. — Фиона застегнула жакет и поблагодарила Грейс, зная, что, скорее всего, больше никогда ее не увидит. У нее возник комок в горле. Грейс и Родди были единственными, кто у нее остался, а после сегодняшнего вечера исчезнут и они. — Спасибо, Грейс, — повторила она.

Та засмеялась:

— Не за что. Твой брат — просто ангел.

— Я имею в виду не сегодняшний день, а все, что ты для нас сделала.

— Ох, перестань, — смутилась женщина. — Ничего такого я не сделала.

— Сделала, и я никогда этого не забуду. — Фиона крепко обняла ее на прощание.

Вернувшись на Уайт-Лайон-стрит, где жил Родди, Фиона внимательно осмотрела улицу, убедилась, что у дома никто не прячется, быстро взбежала по лестнице, втолкнула в квартиру Сими, закрыла дверь на замок и подперла ручку стулом. Потом она начала собирать вещи. Времени было в обрез. Шихан искал ее изо всех сил. С помощью привратника они с Бертоном поняли, что к чему, она ведь назвала Фреду свое имя. Эти люди знали, кто такая Фиона, зачем она пришла и что подслушала. На поиски уйдет день-другой, но она не даст им этого шанса. Нужно бежать из Уайтчепла. Немедленно.

Фиона понятия не имела, куда отправиться, но решила ехать на поезде. Любом поезде, лишь бы он шел как можно дальше от Лондона. Девушка надеялась, что через несколько недель Бертон решит, что она провалилась сквозь землю, и забудет о ее существовании.

Дорожной сумки у них не было, поэтому она положила их с братом одежду в мешок из-под муки, лежавший под раковиной. Что еще? Девушка сняла с каминной полки отцовскую коробку из-под сигар и высыпала ее содержимое на стол. Свидетельства о рождении… Надо взять. Рыжий локон, в детстве срезанный с головы Чарли. Тоже. Свадебная фотография родителей… Она посмотрела на хорошенькую молодую женщину, полную жизни и надежды. Слава богу, мать никогда не узнает, что стоящего с ней рядом красивого мужчину убили. По крайней мере, от этого горя она избавлена.

Ощутив приступ дрожи, Фиона закрыла глаза и оперлась о стол. Она могла думать и совершать поступки, но шок еще не прошел. В ушах звучали слова, смысла которых она пока не осознала. Ее отца убили… Потому что Уильям Бертон не хотел платить своим докерам шесть пенсов в час вместо пяти. Внутри снова вскипела ненависть. «Я не убегу! — гневно подумала она. — Останусь здесь и пойду в полицию. Там мне помогут. Непременно помогут. Выслушают меня. Я расскажу им, что сделал Бертон, и они… рассмеются мне в лицо». Если она обвинит Бертона в убийстве ее отца, этому никто не поверит. Полиция не станет заниматься такими людьми только на основании ее слов. А если и станет, Бертон ни за что не сознается. Скажет им, что она забралась в его контору, нанесла ущерб его имуществу и украла деньги. Скажет, что застал ее на месте преступления, и предъявит свидетелей. А потом ее отправят в тюрьму. Сими останется один; воспитывать его придется Родди и Грейс. Все безнадежно! Бертон убил ее па, а она ничего не сможет с этим сделать. Ей не только не удастся отомстить за смерть отца; если Фиона останется в Лондоне, с ней самой произойдет несчастный случай. Бессильные слезы катились по ее лицу и падали на фотографию родителей.